"Фантастика 2023-128". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Да.
— Послушай, — Хейграст огляделся, — скажи Лукусу, чтобы он посматривал за Дженгой и его охраной. Передай наш разговор. И пусть Саш подойдет ко мне. Я буду у лошадей.
Дан кивнул и побежал к костру. Лукус уже закончил приготовление ктара, и теперь все члены отряда, за исключением Хейграста и Дженги, усевшегося на свой ящик, потягивали из походных чаш горячий напиток. Дан шепнул Сашу, что Хейграст ждет его у лошадей, и подсел к Лукусу. Саш наполнил две чаши ктаром и понес их в сторону привязи.
— О чем там спорили Хейграст и Дженга? — сам спросил негромко Лукус.
— Дженгу очень заинтересовал меч Саша, — ответил Дан. — Хейграст хотел, чтобы ты знал об этом.
— Да я уж и так заметил, — кивнул Лукус.
— Чудно! — крякнул Швар, отрываясь от чаши. — На вкус ктар, а аромата никакого. Когда салмская гвардия останавливается на привал и кашеварит, запах стоит такой, что у противника слюнки текут.
— Давно ли салмская гвардия встречалась с противником? — спросил Ангес. — Мне кажется, что последние неприятности на границе с авглами были больше дюжины лет назад?
— Неприятностей у Салмии всегда хватало, — не согласился Швар. — То кьерды, то авглы, то нечисть всякая. Правда, теперь авглы — основа второго легиона гвардии, так что нынешние неприятности не от них. Только попомните мое слово, это уже не неприятности. Дело идет к войне. К большой войне!
— И с кем же ты воевать собрался? — не унимался Ангес. — Неприятностей из-за этих бандитов, что объявились на Мертвых Землях, будет еще предостаточно, но серьезная вражеская армия ниоткуда не возьмется. С Империей у Салмии мир. Об Аддрадде уже с полварма лет ничего не слышно.
— Не знаю, — нахмурился Швар. — Только я за свою жизнь такого не помню, чтобы воин не мог один по старой дороге проехать от Утонья до Заводья. Самое страшное, что могло угрожать, — это стая белых волков. Да и то только зимой в лютый мороз. А теперь женщины дерри как оленихи, прежде чем к грядке наклониться, стоят, слушают, только что не нюхают ветер.
— А по мне, все равно, — удовлетворенно прогудел Титур, откинувшись на ткань. — Война — значит, буду воевать, мир — буду отдыхать. Сильные воины всегда нужны.
— Не все сила решает, — откликнулся с повозки Дженга. — Голова тоже пока еще никому не мешала.
— Согласен, — кивнул Титур. — Только умных, которых об колено ломали, я много видел. А сила — она никогда лишней не будет.
— У меня два охранника, — ответил Дженга. — Оба слабее тебя. Друор чуть старше, опытнее, крепче. Бока тоже хорош, но, когда они между собой схватываются, из трех схваток в двух верх берет Друор. Готов поставить три золотых, что Бока тебя поборет в честной схватке.
— Схватку на унижение хочешь? — спросил, приподнимаясь, Титур.
— Зачем же? Обычная борьба, — ответил Дженга. — Без ударов. Только захваты. Кто первым коснется земли чем-то, кроме сапог, тот и проиграл.
— Детское баловство, — пробурчал Титур. — Но три золотых — хорошая цена. А охранники твои не против побороться? Или это тоже входит в их обязанности?
— Проиграешь — отдашь свою лошадь, когда придем в Заводье, — ответил Дженга. — Бока, тебе нужна хорошая сварская лошадка?
Все посмотрели в сторону охранников. За день пути от них никто не услышал ни единого слова. Вот и теперь Бока молча поднялся и стал стягивать с себя куртку.
— Моя лошадь, конечно, не стоит и одного золотого, — пробурчал Титур. — Но ты сам предложил. Только предупреждаю сразу: подножки на меня не действуют. Я от них не падаю. А если и падаю, то при этом ломаю подставленную ногу.
Гвардеец неожиданно легко вскочил на ноги. Дан хотел подробнее рассказать Лукусу о разговоре Дженги и Хейграста, но белу, как и все, внимательно наблюдал за происходящим.
— Дженга, — заметил Швар, — должен тебя предупредить, что не только в Утонье, но и в Заводье нет никого сильнее Титура. Ты сильно рискуешь.
— Нет, — банги поморщился, — я никогда не рискую без нужды. И ты скоро убедишься в этом.
Тем временем Бока уже стоял недалеко от костра и ждал Титура. Он остался в черных имперских сапогах и штанах из грубой ткани, подпоясанных сыромятным ремнем. Дан пригляделся к его рукам и понял, что Бока опытный и серьезный боец. Еще малышом Дан любил потолкаться на городской площади Лингера, когда там отмечали плежские праздники, и мужчины, шутки ради или на спор, пытались сбить друг друга с ног. Чаще всего побеждали именно такие, как Бока. Среднего роста, крепко сбитые, не отличающиеся чрезмерно развитыми мускулами, но словно сплетенные из огромного количества крепких сухожилий. Вот и теперь мальчишка с удовольствием рассматривал тренированное тело молчаливого охранника. Наконец и Титур распутал завязки рубахи и стянул ее через голову. Швар хмыкнул, а Лукус, Ангес и даже Дженга с Друором невольно выдохнули: под кожей вечно жующего Титура не оказалось ни капли жира. Только мышцы бугрились на руках, плечах, шее, животе и спине. Титур побрел к Боке и встал напротив, прогудев при этом:
 
— Если что, можно и передоговориться. Я и на два золотых согласен. А если биться сразу откажешься, то меня и один устроит.
— Нет, — неожиданно резко ответил Бока. — А то еще решишь отдать мне не всю лошадь, а только ее третью часть.
— Ну как знаешь, — добродушно прогудел Титур и, расставив руки, медленно пошел на Боку.
— Прямо арх, настоящий арх, — восхищенно прошептал Лукус. — Проиграет, конечно, но силен! Ничего не скажешь!
— Как же проиграет? — удивился Дан. — Да он же больше Боки в два раза!
— А ты смотри, — посоветовал Лукус.
Тем временем Титур подошел вплотную к охраннику, который все так же неподвижно стоял на чуть согнутых ногах, и попытался схватить его за плечи. Непостижимым образом в самый последний момент, когда огромные руки Титура уже были готовы сплющить противника, Бока присел, ухватил Титура за большой палец правой руки и, выворачиваясь вокруг себя, оказался у него за спиной. В следующее мгновение, жалобно хрюкнув от боли в вывернутой и поднятой вверх руке, Титур воткнулся головой в траву.
— Лошадь твоя, — довольно сообщил Боке Дженга.
Бока пошел одеваться, а Титур, присев на траву, принялся тереть вывернутую руку и растерянно водить головой из стороны в сторону.
— Неплохо, — наклонил голову Швар. — Только в настоящем-то бою редко доходит до схватки на руках. Есть умения и важнее, чем ловкие захваты.
— А ты думаешь, я сварским хлебом торгую? — возмутился Дженга. — Будь уверен, на мечах Бока может показать больше, чем в борьбе. Только ведь это умение лучше демонстрировать на врагах? Не так ли?
— Так, — сказал, подходя, Хейграст. — Но иногда тишина может оказаться важнее умения драться. Лукус, проверь руку Титура. Еще не хватало лишиться хорошего бойца. Всем приготовиться к бою. Со стороны Утонья движется враг. Дан, залей угли водой. И ни звука. Кто хорошо разбирается в лошадях?
Друор молча шагнул вперед.
— Можешь сделать так, чтобы лошадки не выдали себя ржанием? — спросил нари.
Друор кивнул и пошел к лошадям.
— Что еще за враг? — недоверчиво спросил Швар. — И почему со стороны Утонья? Там же застава!
— Я знаю об этом не больше, чем ты, — отрезал Хейграст. — Враг примерно в дюжине ли, и темнота ему не помеха.
— В дюжине ли? — удивился Швар. — Откуда ты знаешь? Гонца принял? Только не говори мне тут всякую колдовскую чушь. Я пятую дюжину разменял и в сказки верить перестал уже давно.
— А дерево смараг посередине постоялого двора в Утонье тебе не показалось сказкой? — спросил Хейграст. — Говорить будем после. Они движутся быстро. А нам нужно успеть приготовиться.
— Приготовиться? — не понял Швар. — Да объясните, наконец!
— С рукой все в порядке, — успокоил нари Лукус. — С головой вот хуже. Нет, не повреждена, но Титур никак не может поверить, что его победили. На беднягу с расстройства напал зверский аппетит. Думаю, что он способен уничтожить сейчас собственный недельный запас.
— Пусть, — кивнул Хейграст. — Главное, чтобы не чавкал, когда враг приблизится. Сюда движется конный отряд. Примерно две дюжины воинов. Саш их почувствовал. Нужно, чтобы они проехали мимо. Лукус, еще раз проверь место схода с дороги!