"Фантастика 2023-128". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Андрей погладил Анию по носу, отошел чуть в сторонку, сменил ипостась и накрыл жену крылом. Дракона поерзала на месте, приваливаясь к горячему боку мужа и поглаживая лапой внутреннюю часть накрывшего ее крыла. Пришло время Андрею млеть от наслаждения и томно закрывать глаза.
Вопреки предположениям ожидание загадочной гостьи оказалось недолгим. Не успел Андрей насладиться ласками жены, как в двадцати саженях от драконов полыхнул открывающийся портал. Точность привязки объяснилась просто – Руигар притащил с собой маячок. Разорвав серебристое покрывало, на землю шагнули миуры. Первой, облаченная в голубое ритуальное сари, шла Иллушт. Позади молодой Великой Матери ступали знаменосцы и гвардейцы в парадных доспехах. На три шага позади правительницы, осторожно озираясь, шел высокий самец-башкун. Одежды самца и широкий наборный пояс были цветов правящего дома, а длинный ритуальный кинжал с множеством цветных ленточек на рукояти не оставлял никому сомнения в том, что перед ним спутник жизни Великой Матери. Миуры остановились в пяти метрах от лежавших на земле драконов и одновременно опустились на колени. Иллушт расстелила белую салфетку, вытянула из ножен кинжал и положила его перед собой. Лезвием к себе, черной рукоятью к Андрею. Сменив ипостась, он подошел к миуре и взял кинжал, который больше напоминал тесак, в руки. Руигар и Ания вскочили на ноги, опустив головы к земле и раскрыв крылья. Драконы поняли, что сейчас должно было произойти, хотя один из них знал это.
– Жизнь свою отдаю, честь и душу завещаю, – произнесла Иллушт древнюю клятву верности, которую вассалы давали сюзерену на Нелите.
Андрей надрезал об острое лезвие кинжала правую ладонь и коснулся окровавленной рукой щек кошколюдки, тройка ярких красных капель упала на ритуальное сари. Торжественность момента не нарушал даже ветер, несколько минут назад рвавший кроны деревьев, а тут стихнувший как по мановению волшебной палочки.
– Кровью защищаю. Жизнь, душу и честь принимаю и разделяю, – мазнув Иллушт кровью по лбу, сказал Андрей.
– Свидетельствуем! – рявкнули драконы.
– Свидетельствуем! – вторили им сопровождающие свою повелительницу миуры.
– Встань, Мать подгорного народа, – приказал Андрей. Когда Иллушт встала с колен, он подошел к ней, придержал ножны на ее поясе и вогнал в них кинжал.
– Императрица освободила нас от всех древних клятв, – опережая вопросы, сказала миура. – Нам дарована свобода. Императрица сказала, что отныне мы вольны в своем выборе.
И они выбрали, дав клятву верности императорскому дому в лице наследника престола. В лице того, кто привел их на новую планету.
– Великая Мать Ашша знает, – снова предвосхитила вопрос Иллушт и коснулась рукой лба. – У нас есть связь. Подгорный народ горы Лидар больше не связан обетом оседлости.
– Передай Ашше мои поздравления и самые наилучшие пожелания, – сказал Андрей. Миура на несколько мгновений замерла, взгляд ее остекленел.
– Ашша благодарит тебя, – отмерла от транса миура.
Андрей обернулся к Руигару, тот сделал морду тяпкой и чуть приподнял над спиной крылья. Жест можно было расценить как фразу о хате с краю. В свете новых обстоятельств отказывать в мелкой просьбе о восстановлении Великого Леса стало как-то неудобно и несколько оскорбительно. Обложили, волки, со всех сторон обложили.
* * *– А их зачем пригнали?
Андрей смотрел на ровные ряды пленников. Даже в плену «волки» Леса умудрялись источать такую спесь, презрение и ненависть к окружающим их эльфам Нелиты, людям и драконам, что хотелось подойти и врезать по мордасам полукровок. Если бы не понимание того, что этих созданий злого эльфийского гения с пеленок воспитывали относиться с пренебрежением и ненавистью ко всему, что не относится к Лесу, то чувствительное эго его высочества потребовало бы немедленной сатисфакции. Несколько тысяч «волков» и лесных эльфов из разбитого под Ортеном воинства пригнали на пустоши для наглядной демонстрации мощи драконов. Ягирра не собиралась воевать с владыками Леса, он решила поступить проще, показав им, что на стороне новой империи не только сила, но и другие эльфы, которые из лап императрицы получат то, что чопорным «лесовикам» и не снилось. Действовало, надо сказать, на все сто процентов. Пленники из-за спин миур-конвоиров с удивлением взирали на соплеменников, мирно беседующих с драконами, и на громадную кадку с молодым мэллорном. «Волкам» и «лесовикам» популярно объяснили, что они присутствуют при историческом событии – посадке первого мэллорна будущего Великого Леса, который отойдет к союзникам драконов. Постоянный шумок громких возгласов, перешептываний и рваных фраз висел над рядами переваривающих новость пленников. «Волки» отнеслись к сообщению пофигистски, а вот чистокровные эльфы возбудились не на шутку. Умные ушастики моментально разглядели мину замедленного действия, закладываемую ублюдочными драконами под боком у Светлого Леса. Для многих эльфийских дворян и офицеров не было секретом, что основная масса мэллорнов их леса стара и не плодоносит из-за заклятия, наложенного врагами три тысячи лет назад. Пройдет сотни две-три лет, и деревья начнут отмирать, эльфы, связанные магией с древами жизни, останутся у разбитого корыта, если не найдут какого-то способа спасения. Скорее всего не найдут, значит, придется идти на поклон к драконам… иначе смерть.
Руигар объяснил расклад, пояснив, что местным ушастикам будет полезно поприсутствовать, может, чего доброго надумают, а то спесь из них так и хлещет – даже драконам тошно. Андрей покивал, соглашаясь с советником.
– Может, следовало подобрать другое место? – задал он вопрос, осматривая высушенную солнцем равнину с невысокой пожухлой травой. – Вряд ли тут что-нибудь вырастет.
– Место хорошее, – ответил Руигар. – Миуры тут все до последней травки обнюхали, их жрицы говорят, что здесь обширные подземные озера, как раз для мэллорнов, а там лес разрастется и сам будет сохранять влагу, и горные реки перестанут пересыхать.
– Хорошо, убедил, – согласился с доводами «лесовод», он смотрел на кадку и жалел, что не взял с собой жену, Лили и Тыйгу, им тоже было бы интересно посмотреть на посадку мэллорна по древнему ритуалу с привязкой на кровь. Андрей сам не понимал, почему решился на такой экзотический метод, вычитанный когда-то Великой Матерью Ашшей в старинном фолианте и перекочевавший в память драконьего оборотня во время слияния разумов. Просто стало интересно провести эксперимент, испытав способы, которыми пользовались тридцать тысяч лет назад. – Начинаем! – сказал он распорядителю церемонии – старому седому эльфу.
Старик важно поклонился, развернулся к соплеменникам, которые тут же затянули какой-то гимн. Вторая группа лесных эльфов с Нелиты и людей Пограничья маленькими деревянными лопатками и голыми руками принялись откапывать ямку под саженец, через минуту к ним присоединился Андрей, и дело пошло веселее. Когти дракона, способные рвать сталь, пришлись как нельзя кстати. Под дружное хоровое пение, поддержанное присутствующими драконами и миурами, откопка ямы была завершена за пять минут. Старый эльф торжественно разрушил кадку каким-то заклинанием, его помощники, используя чары левитации, подхватили саженец и осторожно опустили его в подготовленную яму. Андрей подошел к мэллорну и стал засыпать яму землею, до момента соединения древа с астралом и окончания ритуала больше никто не имел права приближаться к саженцу ближе чем на десять саженей. Закрыв глаза, он восстановил рунную схему из древнего ритуала. Заклинание было сложным. Состояло из нескольких блоков и требовало громадных энергетических затрат. Составить такое и наполнить маной мог только истинный.
Нырнув в астрал, Андрей чуть приоткрыл внутренние «вентили», расставляя руны, он не видел, как челюсти эльфов и многих драконов начали путешествие к земле и пожухлой траве. Наполняясь энергией, руны становились видимыми без помощи магического зрения. Они светились ярче солнца, заставляя самых впечатлительных медленно отступать назад, потом это движение стало всеобщим. Люди, миуры, эльфы и драконы не понимали, что происходит, но инстинкт самосохранения заставлял всех держаться подальше от сверкающей четкими геометрическими гранями рунной схемы.