"Фантастика 2023-128". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

В целом кураторы были довольны, им удалось соблюсти баланс между кнутом и пряником, уравновесив гнет наказания целым букетом мотиваторов к хорошей работе, сделав основную ставку на перспективную молодежь и «старичков» советской закалки, не растерявших бодрости духа и пороха из пороховниц. Высокая, по любым меркам, заработная плата, прикосновение к тайне, осознание, что твоя работа приносит реальную пользу. Голливудские сценаристы только придумывают, а ты уже прикоснулся к реальной тайне, что может быть захватывающее? По совету психологов руководство центра установило в операционном зале доску, на которой вывешивалась информация о том или ином прорыве в отечественной науке, которому втайне способствовали «иномиряне» третьей группы, а фактически сворованные ими в развитых мирах научные открытия или технологии. Особо грели душу копии распоряжения председателя правительства о выделении из стабфонда круглой суммы в свободно конвертируемой валюте. Деньги направлялись на финансирование строительства двух заводов полного цикла по производству микроэлектроники. Новая электроника должна была произвести настоящий фурор на рынке, так как к ней можно было подставлять приставку «нано», а способствовал прорыву всего лишь один мини-портал и небольшая коробочка, с треть спичечного коробка, с сотней терабайт интересной информации. Специальная команда потом неделю адаптировала иномирный гаджет к земной электронике, а группа лингвистов под руководством индийского гения больше месяца приводила информацию и чертежи к требуемым стандартам, но это другая история, а пока ночная смена готовилась к трудовой вахте. Последнее время на «ночников» сваливали наблюдение за магическим миром, руководство шибко интересовалось творящимся там безобразием, магическая война была богата на «улов» и давала обильную пищу для умов, причем «пища» была сопоставима с потоком информации из технологических миров. Одни пространственные экраны и боевые големы чего стоят.
Некоторые горячие головы рассматривали вариант по приобретению пары штук за энное количество золота или же предлагали просто провести экспроприацию, но как быть с магическими источниками и как они будут вести себя в условиях Земли? Вопросов было множество, десятки башковитых парней (штат закрытого научного центра разросся многократно) работали над загадками магических прибамбасов, сворованных из лучших побуждений. Мини-окно, импульс на открытие портала – и никакого мошенничества. Исключая то, что значение слова «воровство» заменялось на «добыча образца» или «экспроприация».
– Витя, ты чего пасть разеваешь шире ворот, – прикрыв рот ладошкой, сказал Николай Одинцов своему коллеге, корректировщику временных потоков. – Зевай незаметно, заразно, понимаешь ли. Днем не выспааалссся?
– И тебе рот не рвать, Коля, – ответил Виктор, встряхнувшись. – Не могу я днем спать, привычка.
– Привычка, – проворчал Коля. – Ты во время запуска «окна» не усни, кто синхронизировать будет, если ты на массу придавишь?
– Не боись, не первый раз замужем. Полину попросим. Полиночка! – Виктор елейным голосом обратился к фигуристой белокурой лаборантке, затянутой в белый халат, который ни столько скрывал, сколько подчеркивал соблазнительные округлости девичьей фигуры. – Подменишь меня?
– А можно? – тут же вступила в игру Полина и обворожительно улыбнулась.
– Поля, тебе, солнце мое, все можно, – продолжал дурачиться Виктор. – За твои ямочки на щеках и один благосклонный взгляд я отдам не только рабочее место, но и сердце в придачу и руку. Не буду больше базарным торговцем, бери меня всего, со скидкой.
– Ну-ну, – девушка обошла паяца кругом и охлопала его по карманам. – Пусто что-то, Витек. В твоих карманах не брякают ключики от машины, квартиры и сейфа, в котором деньги лежат, а я девушка с запросами, меня красной корочкой приобретенного в переходе метро диплома не купишь. Безумные волосатые ученые тоже нынче не в цене, мы, девушки, существа приземленные, нам надо что-нибудь материальнее звезды с неба.
 
– Поля, какая машина?! Я тебя на руках носить буду!
– Здоровья хватит? – Полина скептически оглядела сухопарую фигуру «носильщика».
– Зуб даю, мамой клянусь, что займусь бодибилдингом! – щелкнув ногтем по зубу, поклялся Виктор.
– Кончаем базар! – В операторский зал вошел начальник ночной смены. – Поля, не слушай ты эту балаболку, он тяжелее карандаша в жизни ничего не поднимал. По местам, командовать парадом буду я!
– А где шеф? Куда Чуйко подевался? – спросил кто-то.
– Взял отгул по семейным обстоятельствам, по крайней мере так сказал куратор.
– Понятно, опять тайны мадридского двора, – обиженно прокомментировал тот же голос.
Начальник смены сурово оглядел ученых и приставленных к коллективу «консультантов» от профильных органов и рявкнул:
– По местам, коллеги!
– Какой график «окон», Петрович? – спросил Николай начальника смены.
– Иланта, Ортен. Через три часа Тэриум, научный комплекс, изучаем подходы, определяем точки выхода и постановки порталов. Приступаем, Коля, начинай предпусковую подготовку.
Николай, шутливо приложив руку к голове, запустил тестовую программу.
Через пятнадцать минут на главном экране появилась картинка осажденного города с высоты птичьего полета. На Иланте было раннее утро, небо на востоке только-только розовело. Повинуясь команде начальника смены, управляющий порталом оператор щелкнул костяшками пальцев, осторожно тронул джойстики и повел портал вниз.
– Это что за демонстрации? – удивленно спросила Полина, разглядывая две колонны людей, идущих по параллельным улицам в сторону одного из мостов, связывающих городские районы между собой. На тротуарах, казалось, собрался весь город. Жители, в полнейшей тишине, бросали на дорогу зерно и хлебные крошки, даже дети не кричали, а тихо взирали на странное шествие. – Что-то у меня нехорошее предчувствие, мальчики.
– Ты права, детка. Не похоже на Первомай. Наблюдаем, – тихо сказал Петрович.
Люди шли к мосту, многочисленные наряды стражи и армейских патрулей, не чиня препятствий, расступались перед ними и сгибались в низких поклонах. Шествия были более чем странными, так как большую часть «демонстрантов» составляли, скажем так, люди с ограниченными возможностями. Тем более невероятным было почтение, оказываемое горожанами, стражей и армейцами. Колонки доносили до наблюдателей стук костылей по мостовой, шарканье ног и прерывистое дыхание. Никто не произносил ни одного слова.
– Мальчики, – нарушила молчание Полина, – может, я ошибаюсь, но мне не дают покоя белые рубахи на людях и орках, как и мантии на магах в голове колонн.
– Не ошибаешься, – ответил Петрович, – памятуя наших предков, я склонен выдвинуть версию, что скоро мы увидим нечто невероятное. Почему я так говорю? Наши предки надевали чистое белье и белые рубахи перед смертью. Белый цвет в старину ассоциировался с трауром и загробным миром, на Востоке, в Китае, к примеру, белый цвет до сих пор считается цветом смерти. Я одного не пойму, почему береза считается исконно русским деревом?
– А что не так? – спросил Виктор.
– Где-то я читал, что славяне не любили березу из-за того, что она быстрее всех вырастала на пустырях и пожарищах. Наши предки предпочитали сосновые боры и широкие дубравы, но никак не березняки.
– Да ладно вам, – вклинилась в разговор Полина. – Похоже, они дошли, смотрите, от первой колонны отделился маг в черной мантии, от второй – в черно-белой.
– Угу, – Виктор закусил карандаш. – Миффа, дай кафтинку блифе. Ми-ш-ша, – выплюнул он канцелярскую принадлежность, – уснул, что ли? Приблизь волшебников.
Изображение резко скакнуло вперед.
– Хорош!
Черный и белый маги, что-то шепча про себя, обнажили клинки и начали расчерчивать прямо по брусчатке сложную пентаграмму. Проведенные мечами линии тут же вспыхивали странным черно-белым цветом. Закончив с рисунком, они застыли неподвижно, казалось, что на этом представление завершилось, но не тут-то было – в воздухе стали загораться неизвестные ученой братии руны или какие другие магические символы, от которых к пентаграмме тянулись красные светящиеся жгутики.