"Фантастика 2023-128". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
– Умеешь ты поднять настроение, – усмехнулся Худой.
– Лети давай, тебя, поди, командование заждалось. До встречи, не вздумай умирать!
– Сам не сдохни, иначе тебя Любаэль домой не пустит.
– Это точно.
– До встречи.
Тимур, проводив взглядом улетающего друга, спустился вниз. К центральным воротам скоро должны были подойти военный комендант и губернатор Этран. Командиры эвакуационных команд напрямую подчинялись бывшему ректору магической школы. Спустился он вовремя. Губернатор, комендант и, как ни странно, над-князь Мидуэль уже были у ворот и о чем-то переговаривались с сотниками ополчения и командирами серых орков, коих в городе было больше десяти тысяч. Переселенные с северной оконечности серые на несколько дней сдержали орду «зеленух», но силы были неравны, им ничего не оставалось, как скрыться за городскими стенами. Древний эльф, возвращаясь с какой-то встречи, решил заглянуть к Этрану, и тот и другой имели что-то общее или какую-то общую тайну, и застрял в городе. Орки поймали город в ловушку четырехсотлетней давности – история любит повторяться. Шаманы, еще за сто лиг от главной цели орды, принесли в жертву несколько тысяч пленников и установили пространственные щиты.
Тимур остановился за спиной губернатора, кивнув головой многочисленным знакомым. Благодаря незавершенной интриге короля молодых героев Ронмира знали многие, Тарг им в печень.
– Господин губернатор!
Из-за угла ближайшего дома, в окружении десятка старшекурсников школы магии, выскочил гралл Некрос – преподаватель некромантии, от розовощекого жизнерадостного блондина остались только светлые, чуть тронутые платиной волосы. За время осады Некрос превратился в тень самого себя и сейчас как никогда соответствовал каноническому описанию некроманта: серая дряблая кожа, бескровные губы, впалые щеки, темные круги под глазами, которые сверкают лихорадочным блеском.
Этран обернулся на возглас:
– Что вы хотели, гралл Некрос?
– Господин губернатор, ректор, – взволнованно сказал некромант, доставая из-под мантии древний фолиант, от которого так и веяло охранными заклятиями, печатями и глубокой стариной. – Я был на нижних уровнях школьного архива и нашел один фолиант, в котором описываются заклинания, примененные драконами три тысячи лет назад для уничтожения Великого Леса. Мы можем применить его на орках.
– Не можем, – отрезал древний эльф, взмахом руки одновременно останавливая губернатора и отметая возможные возражения гралл Некроса. – Я читал о «Поцелуе Богинь», драконы добровольно отдали себя в жертву. Не факт, что у вас получится, заклинание рассчитано на драконов, на их магию. Тем более для ритуала требуется маг жизни и люди, готовые вонзить в себя ритуальный нож. Драконы же просто сгорали в своей магии, отдавая силу. Где вы собрались искать мага жизни? Они все наперечет, или вы хотите оголить какой-нибудь из госпиталей?
Некромант смутился и беспомощно осмотрелся по сторонам. Губернатор, над-князь и комендант не стали принимать доклады начальников эвакуационных команд, перенеся их на два часа, и направились инспектировать стены. Тимур задумчиво смотрел в спину древнего эльфа, вдруг он почувствовал взгляд между лопаток.
– Ты ведь маг жизни? – услыхал он и обернулся, столкнувшись взглядом с некромантом. – Я помню тебя и твоего друга, он оказался драконом.
– Предположим, – осторожно ответил Тимур, которому совершенно не понравился взгляд и лихорадочный блеск глаз преподавателя.
– Прошу, выслушайте меня!
– У вас пять минут.
– Мне хватит, – ответил некромант. Он раскрыл фолиант и принялся объяснять смысл заклинания. Некрос говорил с таким пылом и жаром, что невольно зачаровывал, но чем больше он описывал действие заклинания, тем больше ужасался его слушатель. Если неизвестный автор прав, то сила «поцелуя» такова, что перед ним меркнет «огненная стена», которую применил четыреста лет назад Бахыг Трехпалый. Подобным заклинанием можно уничтожить большую часть орды.
– Уважаемый гралл Некрос, остался один неучтенный нюанс – жертвы, где вы наберете добровольцев на заклание?
– Добровольцы будут, – от скрипучего, надтреснутого голоса, прозвучавшего справа, Тимур вздрогнул и оглянулся. Увлеченный рассказом маньяка-некроманта, он не заметил, что их окружила толпа, состоящая из городских жителей и беженцев, многие из которых были серыми орками. Говорил старый орк, весь покрытый страшными шрамами от ожогов. – Многие не хотят жить, но умирать просто так не желают, но ради победы они готовы отдать свои жизни.
Несколько искалеченных мужиков закивали. Тимур почувствовал, как в груди образовалась сосущая пустота…
* * *Тимур, стараясь не потревожить и не разбудить уснувшую Любаэль, присел на край кровати, но, как всегда, тщетно…
Девушка спала чутким сном, так иногда спят лани, разделив восприятие. Одна половина в стране Морфея, вторая бодрствует, внимательно прислушиваясь к окружающему миру. Стоит где-то треснуть сучку или колыханию пучка травы от ночного ветра выбиться из общего ритма, как лань тут же подскакивает на ноги и скрывается во тьме ночи, так и Любаэль. Стоило ей заслышать легкий поскрип сапогов любимого человека, как она проснулась, но еще некоторое время лежала не шевелясь. Вот Тимур тихонько прокрался к кровати, присел на самый краешек и впился взглядом в ее лицо. Наверное, это дар, чувствовать других людей по бросаемым на нее взорам. Любаэль всегда определяла, что испытывает тот или иной человек, лишь однажды она не смогла прочесть чужой взгляд, слишком много в нем было намешано и слишком он был потусторонним – нечеловеческим. Так на нее смотрел Керровитарр, чуть позже эльфийка убедилась в своих предположениях. Дракон не может быть ни человеком, ни эльфом, хотя носил личины обеих рас, но взгляд… Теперь девушка знала, что всегда сможет отличить взгляд дракона. Не прочесть, но отличить запросто. Сейчас, когда драконами близко не пахло, она почувствовала на себе похожий взгляд, в котором перемешались безмерная любовь, тоска и сожаление, толика грусти, алмазная твердость принятого решения, смертельная усталость и… Любаэль открыла глаза и посмотрела на любимого. Глубоко в глазах Тимура поселились смерть и надежда.
– Я люблю тебя, – сказал он, пересев в изголовье и поцеловав ее в губы. Вроде банальность, молодые люди по сто раз на день говорят подобные слова своим половинкам, но не в данном случае. Девушку охватил страх, она привыкла, что ее избранник не часто показывает свои чувства прилюдно, чаще всего он закрыт щитами воли и только волны обожания, окатывающие ее от его взгляда, говорили ей, что за каменной маской скрывается живой человек, от прозвучавших в ночной тиши слов захотелось закрыться одеялом.
– Тимур, что случилось? – Ничего умней в голову не пришло. Банальный вопрос, но столько в него вложено: от интонации и дрожи до широко распахнутых глаз.
Тимур отвернулся.
– Я никуда тебя не отпущу! – крикнула Любаэль, намертво вцепившись в него руками. – Слышишь! Что ты задумал?
Тимур резко развернулся и прижал ее к себе.
– Что ты обещал Хель? – чуть отстранившись от него, спросила девушка почти спокойным голосом. – Не лги, я видела в твоих глазах смерть.
– Я ей ничего не обещал и не давал клятв. – Тимур несколько секунд смотрел в никуда, потом, собравшись с духом, без утайки рассказал про вечерние события. – Я не хочу сказать, что это бессмысленно, что это должен быть кто-то другой, что город выстоит и орки не возьмут штурмом Мидлл. Не знаю, но Нижний город мы не удержим, зомби разрушили двадцать процентов стены, и только чудо, что они не ворвались в город сегодня. Завтра внешние стены падут. Сегодня я эвакуировал жителей мастеровых кварталов и беженцев. Если орки войдут в Нижний город, они его сожгут, маги не смогут бороться с дымом, у нас все погодники на грани, а ведь «зеленухи» атакуют мертвяками, поднятыми из убитых в Мерии и в наших северных селениях, только три раза в штурме принимала участие их пехота и один раз кавалерия. Орки завалят улицы трупами и накидают в пожарища луковиц ядовитых растений. Мы задохнемся от вони разлагающихся тел, смрад накроет и Мидлл, и Лайлат.