Лабиринты чувств
«Надо найти дорогу…» «Хочу домой…»
В темноте она больно стукнулась лбом о нависшую ветку, и от удара даже эти примитивные мыслишки смешались в полную кашу.
Юлька с трудом понимала, кто она и где находится. Только ноги по инерции продолжали делать шаги.
«Я лягу и умру… я больше не могу… — Юльке было ужасно жалко себя. — Мамочка…»
У нее не было сил даже обрадоваться, когда между деревьями показался просвет, и глухой страшный лес неожиданно оборвался перед высокой насыпью из щебенки…
Царапая в кровь ладони, Юлька вскарабкалась на насыпь.
По верху в обе стороны разбегались железнодорожные рельсы.
Наконец-то цивилизация… Вот только куда идти: вправо или влево?
Впрочем, ей было уже абсолютно все равно…
Юлька не знала, сколько она прошагала по насыпи, когда впереди показалась маленькая платформа…
Ура! Она не ошиблась! Здесь ходят электрички…
Она с трудом поднялась по витой железной лесенке и села на скамейку.
Лунный серп выглянул из-за туч и осветил крупные, покосившиеся буквы названия станции: Электроугли.
Юлька с облегчением вздохнула. Наконец-то становится понятнее. Электроугли… Они проезжали их с Квентином, следуя по пути Венечки Ерофеева.
Ну так отсюда всего час до Москвы…
Интересно, который час? Стрелок на часах не разглядеть. Неужели ушла последняя электричка?
Людей совсем не видно. И в обе стороны ни одного огонька…
Юлька скрючилась на лавочке, пытаясь согреться.
В лесу, пока она шла, ночной холод не так чувствовался, а здесь, на открытом месте, сифонил ветер. Он пронизывал до костей сквозь тонкий свитерок. Через несколько минут Юлька уже стучала зубами и тряслась, словно в лихорадке.
Нет, она не доживет до первой электрички. Надо идти вперед. Вот только ноги отказываются сделать еще хоть шаг…
Рельсы, рельсы… Шпалы, шпалы…
Сплошная клетка перед глазами. Весь мир клетчатый. А линии мелькают, подпрыгивают в такт шагам и уплывают назад.
И сознание сосредоточено только на одном: шаг… еще шаг…
Сколько она прошла, пока не разглядела появившуюся рядом с железной дорогой узкую ленту шоссе?
Надо спуститься. По дороге идти удобнее, а то длинные ноги никак не могут приноровиться к маленькому расстоянию между шпалами. Перешагивать через одну — не получается, попадаешь между, а наступать на каждую — семенишь. К тому же если электрички не ходят, так может по дороге проедет припозднившийся автомобиль…
Юлька почти безнадежно глянула назад и… О, чудо! На дороге горели, приближаясь, два ярких пятна — свет от фар…
И она торопливо заскользила по насыпи вниз, боясь, что машина проедет мимо, пока она успеет спуститься…
Пограничный «газик» остановился рядом с Юлькой, а она без сил скатилась ему под колеса.
— Стоять! — зычно гаркнул кто-то над ухом.
Дверца лязгнула, и чьи-то крепкие руки рывком поставили ее на ноги.
— Спасибо… — прошептала Юлька.
— В машину!
Какие чуткие люди… Даже просить не надо подвезти. Видят, что она устала… Одним рывком забросили ее на высокую ступеньку…
Вот только зачем светить в лицо фонариком? Не надо… И так глазам больно… Все кружится…
— Документы!
— У меня нету… — с трудом разомкнула губы Юлька.
— Интересно… Потеряла? — с издевкой спросил невидимый, держащий фонарик…
— Нет… В сумочке…
— А сумочка где? Козлов, видел сумочку?
— Не было ничего.
— Выбросила?
— Нет… Дома… — пролепетала Юлька.
Ой, кошмар! Как же она теперь попадет домой? Там же ключи… Придется опять будить Лиду…
— Обыщи!
И чьи-то руки быстро ощупали ее всю сверху донизу.
На секунду силы вернулись к Юльке, и она гневно вырвалась из этих рук.
— Да не лапайте вы меня! Пустите! Я лучше сама пойду!
— И далеко ты собралась? — усмехнулся кто-то.
— Домой.
— И откуда идешь?
Действительно, откуда?
Юлька честно напрягла извилины, но не нашла ответа на этот вопрос.
— Не знаю, — призналась она.
— Неужели забыла?
— Ага…
— Ничего, вспомнишь, — мрачновато пообещали ей. — Что на насыпи делала?
— Шла…
— Домой?
Вот тупые! Им говоришь, а они все переспрашивают…
— Ну да. В Москву, — разозлилась Юлька. — Или вам не по пути?
— По пути, — заржали рядом. — Вот только далеко ли еще? Как ты думаешь, сколько?
Юлька подумала.
— Километров… тридцать… или сорок…
— Хватит мозги компостировать, девочка, — раздраженно бросил тот, что держал фонарик. — Ты что, не знаешь, где находишься?
— Знаю. Не хуже тебя! — обиделась Юлька.
— Тогда сиди и не вякай. В штабе разберемся.
«Газик» взревел мотором и помчался вперед.
— В каком штабе? — испуганно дернулась Юлька — Куда вы меня везете? Я буду жаловаться!
Фонарик наконец-то отвели от ее лица, и прежде, чем он погас, Юлька успела разглядеть на своих спутниках зеленую военную форму.
— Вы меня арестовали?!
— Догадливая…
— Не имеете права! Я корреспондент ОРТ!
— А может, Би-би-си? Или «Китайской волны»?
— Закрой варежку, — велел ей сидящий впереди военный. — Ты находишься в пограничной зоне особого патрулирования. И здесь на сто километров в обе стороны никакого жилья. Так что откуда ты явилась и с какой целью, разбираться будем не мы, а начальство.
Короткая летняя ночь незаметно подошла к концу.
За окном забрезжил серенький рассвет, и небо стало цвета топленых сливок… и такое же густое, сплошь затянутое облаками.
Измученная бессонной ночью и длинным бесцеремонным допросом, Юлька клевала носом, сидя на стуле перед хмурым пограничником с большой звездой на погонах.
Она то и дело сползала со стула, усилием воли стряхивала липкий, опутывающий все тело паутиной сон и опять выпрямилась.
— Понятно, — исподлобья поглядывая на нее, говорил в трубку пограничник. — Командировочное подтвердили? — Он посмотрел в лежащий перед ним на столе протокол. — Да. Верно. Синичкина Юлия Викторовна… Хорошо, пусть выезжают.
Он поднял голову и строго сказал Юльке:
— Нельзя столько пить, товарищ Синичкина.
— Ой, нельзя… — со вздохом согласилась она.
Во рту было горячо и сухо, а в висках стучали частые громкие молоточки…
— Козлов, завари крепкого чаю.
— Есть, товарищ майор! — козырнул молоденький парнишка, который подобрал Юльку на дороге.
— И одеяло принеси, — велел майор. — Пусть полежит пока.
— Ну, где тут наша лягушка-путешественница? — громко и весело сказал кто-то за дверью.
Юлька спала на топчанчике, завернувшись в казенное одеяло, разморенная горячим чаем и теплом.
Она смутно понимала, что ее поднимают, дают подписать какую-то бумагу, ведут к белому японскому микроавтобусу…
Незнакомый мужчина накинул ей на плечи свою куртку.
— Куда ее? — спросил шофер.
— В гостиницу. Потом на прииск поедешь, заберешь этих любителей тигров…
Глава 7
АБСТИНЕНТНЫЙ СИНДРОМ
— Ну ладно, мать… Ну прости… Виноват, каюсь…
Костя вымаливал прощение. Он действительно чувствовал себя виноватым… Сам до утра не сомкнул глаз, кружил по тайге в поисках Юльки.
Лишь когда к утру вернулись так и не дождавшиеся тигра, протрезвевшие и злые охотники, они наконец сообщили по рации, что в пограничном районе в тайге пропал человек…
И если бы не это сообщение, неизвестно, сколько еще Синичкина Юлия Викторовна считалась бы шпионкой и диверсанткой…
Ради нее на рассвете подняли начальство телестудии, получили подтверждение о регистрации из владивостокской милиции, отправили на дальнюю заставу студийный автобус…
А она все дуется… Лежит носом в стенку и тихо плачет…