Танец масок (СИ)

- Леди, я забираю вашу камеристку. Она нужна в столице для следствия. – Эш встал, потянулся к селки, и та отпрянула от него, вся сжалась.
Леди Вустремор спокойно поставила чашку с недопитым чаем на стол.
- То есть как, забираете?
- Леди, прошу вас. Я императорский…
- Да-да, я помню, - её голос звучал по-прежнему вежливо, однако стал сильнее, настойчивее. – Но вы никого никуда не заберёте. Мира, прошу, оставь нас. Подожди меня в своей комнате.
- Да, миледи. – Девочка поклонилась и неслышно вышла из гостиной.
- Леди Вустермор, - начал было Эш, но она снова его перебила:
- Милорд, при всём уважении к вам, могу я попросить вас показать приказ об аресте Миры?
- Конечно, нет, - выдохнул Эш. – Его не существует. Пока. Но Его Величество наделил меня властью поступать по моему усмотрению в таких ситуациях, и я прошу вас не мешать мне.
- Это только слова, милорд, - холодно улыбнулась леди. – У вас есть подписанный императором приказ, подтверждающий их?
- Нет, - начиная закипать, отозвался Эш.
- Тогда Мира остаётся. – Леди встала. – Всего хорошего, лорд Виндзор.
«А ведь она беременна, - вдруг с удивлением понял Эш, глядя на леди Вустермор. – Человеческая потаскушка!»
- Вы будете на открытии сезона? - Вопрос вырвался сам собой, но леди от него застыла, прямая, как доска. Потом медленно обернулась.
- Возможно.
- Видите ли, леди, я подыскиваю себе невесту… - Эш сделал многозначительную паузу.
Леди пронзила его презрительным взглядом.
- Желаю удачи. Кажется, она вам пригодится.
Эш ухмыльнулся.
- А вам, леди, не одиноко здесь одной, в глуши? Нет?
Она не побледнела и не покраснела – только прищурила глаза и запах чуть-чуть изменился. Что-то острое, перечное. «Забавно она сердится», - подумал Эш.
- Подите вон.
- Но отчего же вы так невежливы, миледи? Ведь вы вдова, а я ещё не знал радостей брака. Быть может, вместе мы найдём своё счастье…
- Если я стану вашей женой, - перебила его леди Вустермор. – Я повешусь на вашем зелёном шейном платке. Всего хорошего, милорд.
***
«Ну каков мерзавец! – билось в голове Фриды, когда дверь за горничной и лордом Виндзором закрылась. – Ни манер, ни воспитания, один титул. Несчастной будет та, кого он выберет себе в невесты». И тут же: «А если выберет меня?» Фрида вдохнула, выдохнула, осторожно села обратно в кресло, слушая, как удаляются шаги лорда. Отточенные, резкие – все его движения были такими. Никакой плавности – сиятельного лорда словно что-то постоянно сдерживало, и он пытался из этого вырваться. Тесная одежда, например. Хотя уж конечно одежду ему шили на заказ, и она была точно впору.
«Я думаю о его одежде! - мысленно простонала Фрида. – Какой ужас… осталось только о его волосах задуматься. А… А какие у него волосы? Я даже их цвет не запомнила, а всё его платок… Впрочем, был бы милорд-наглец рыжим, я бы, конечно, заметила, - она усмехнулась. - И всё-таки нет, меня он не выберет. Такие, как он, любят забитых слабых женщин, которые от прислуги отличаются лишь богатством платья да родословной. Так что мне волноваться совершенно не о чем. И хвала богам!»
- Миледи?
Фрида ахнула и резко обернулась – камеристка тут же отпрянула, часто-часто моргая, словно сдерживала слёзы.
- Мира… - выдохнула Фрида, держась за сердце. – Как ты меня напугала!
У её новой камеристки был тихий шаг. Настолько тихий, что даже Фрида, благодаря отцу-фейри отличавшаяся чутким слухом, не всегда могла точно сказать, в комнате ли камеристка или уже нет. Если только Мира не маячила перед глазами, чего она без приказа предпочитала не делать. Кажется, Мире нравилось оставаться незамеченной. «Или я становлюсь мнительной», - усмехнулась про себя Фрида.
- Мне принести вам что-нибудь, миледи? – голос девочки дрожал не то от страха, не то от слёз, и Фриде стало стыдно.
Она попыталась успокаивающе улыбнуться.
- Нет, ничего не нужно. Посиди со мной, дорогая. Хочешь чаю? – И, не дожидаясь ответа, взяла вторую кружку – лорд Виндзор к ней так и не притронулся.
 
- Меня снова заберут? – прошептала Мира, глядя в никуда. – Миледи, прошу, не отдавайте меня… Не отдавайте меня ему!
- Что, тебе лорд Виндзор тоже не понравился? – усмехнулась Фрида, подавая ей чай. – Выпей, тебе станет легче. И нет, никто тебя не заберёт, я никому тебя не отдам. Что же до выше упомянутого лорда… У него нет никакого права тебя забрать, а значит, ты останешься здесь. Если хочешь, конечно.
Мира в ответ робко улыбнулась.
- Очень хочу! Вы так добры, миледи… Но он же вернётся, - обречённо добавила она.
- Может быть, - задумчиво протянула Фрида и тоже глотнула чай. Он уютно пах липовым мёдом и согревал душу лучше всякой магии. – Ну и пусть. Как вернётся – так и уедет. Я не отдам ему тебя. Не бойся. Хорошо?
Мира коротко кивнула и вдруг тихо спросила:
- Миледи, а вы тоже его слышали?
- Слышала?
- Когда милорд задавал мне вопросы, я слышала его тут, - Мира коснулась правого уха. – И тут, - палец переместился к виску. – И это были разные вопросы.
- Он спрашивал тебя мысленно? – заинтересовалась Фрида. – Правда? И что именно? Что ты чувствовала?
- «Кто ты?» Он спрашивал меня: «Кто ты?» И ещё: «Откуда ты?». И это было… Как будто огонь трещит. Знаете, когда сухое полено подложишь… - Мира запнулась, подыскивая слова.
- Вот мерзавец! – с чувством вымолвила Фрида, сжимая кулаки. – Колдовал в моём доме!..
- Колдовал? – эхом повторила Мира. – Но… как же? Миледи, колдовство ведь запрещено…
- Для всех, - криво усмехнувшись, продолжила Фрида. – Кроме императорского мага. Виндзоры столетиями были магами короны, и им колдовать, конечно, можно. Правда, особыми чудесами они нас не поражали уже лет, кажется, триста… Но, видимо, в семье не без, хм, гения. Мыслеречь…
- Но почему же можно только им? – Мира всё ещё дрожала, однако, в её голосе слышался теперь неподдельный интерес.
- Потому что они клялись в верности императору. Давно… не помню, в каком году. Послушным магом быть можно, Мира. Это как… - Фрида кивнула на закрытый ширмой с журавлями камин. – Как огонь. Тебе нравится за ним наблюдать? Да? Пока он совсем ручной? В камине, в свечах. А представь лесной пожар – его не приручишь. Вот и с магией так же: придворные маги как ручное пламя, а от всех остальных император не знает, чего ждать. Поэтому колдовать можно только Виндзорам…
- Но, миледи, почему тогда другие колдуны не принесут императору клятву верности?
Фрида посмотрела на девочку: глаза блестят, щёчки порозовели… Ни дать ни взять, человек. Только в ошейнике для фейри.
- Ни один колдун так просто не откажется от свободы. Никто точно не знает, что произошло с Виндзорами: официальные хроники пишут, что они по своей воле признали власть императора. Вряд ли. Свобода для мага – всё.
- Но почему, миледи? Если выбирать между смертью и клятвой…
- Смерть, - убеждённо выбрала Фрида. – Никакой клятвы, никогда. Лучше смерть, чем проклятая жизнь на привязи.
Мира, всё ещё хмурясь, поставила пустую кружку на столик.
- Спасибо, что рассказали мне, миледи. – Она запнулась – и захлопнулась, как раковина. Фрида очень ярко это почувствовала. – Какие будут указания?..
- Мира, скажи, ты видела когда-нибудь море? – глядя на её ошейник, осторожно поинтересовалась Фрида.
- М-море? Я… Я не помню, - голос Миры снова задрожал. – П-простите, миледи…
- Всё хорошо, Мира. Мы отправимся на море этим летом, тебе понравится, уверяю. А теперь, будь добра, займись моим гардеробом… - Фрида запнулась. – Или лучше давай вместе займёмся.
- Простите, миледи, - сконфуженно прошептала Мира. – Я всё ещё не понимаю, какие туфли к какому платью подходят, и когда их полагается надевать…
- Вот я тебе ещё раз и объясню, - пообещала Фрида. А про себя вспоминала Мэри, которой такие вещи рассказывать не приходилось. Что ж, зато она крала по мелочи и шпионила. Никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь…