Особые запросы (СИ)
― Именно. Вперёд. И спокойной ночи. ― Крис отключился. Хань послушал короткие гудки, забрался обратно на диван и уставился на телефон в ладони. Через миг он метался по квартире и собирался впопыхах. Когда он повис на стойке в “Якоре”, Лин удивлённо моргнула.
― Поменялись местами? Теперь твой кореец решил тебя выгнать?
― А? Что? Он не здесь?
― Нет, не видела я его. Эй, погоди!
Хань даже не оглянулся, выскочил на улицу и притормозил только тогда, когда пробежал целый квартал.
Стоп. Куда Чонин мог пойти? Дома тут у него нет, жил он у Ханя и мог остановиться только в “Якоре”. Хотя… Кабинет! Он мог вернуться на работу, точно. Наверное, при себе сегодня денег не было, вот и не пошёл в “Якорь”.
Ханя притормозили на входе, стрясли документы, но пропустить внутрь отказались. Пришлось соврать, что он работает с детективом из Кореи и должен сообщить важную информацию немедленно, только тогда и пустили. Хань поднялся на нужный этаж, пробежался по коридору и замер у двери. Так, просто сказать и… И что тогда? Ладно, неважно. Лучше решать проблемы по мере их возникновения. Сейчас Хань просто желал увидеть Чонина.
Он зажмурился, решительно распахнул дверь и заявил от волнения по-китайски:
― Я не собираюсь тебя отпускать, зараза!
― П-простите?..
Этот голос Хань определённо слышал впервые. Он распахнул глаза и уставился на молодого человека в форме, тот сидел за столом и ошарашенно смотрел на него. И “простите” он произнёс по-корейски.
― Мне нужен детектив Ким Чонин. Извините, ― объяснил по-корейски Хань и хотел выйти, но не успел.
― Подождите, ― помахал рукой тип в форме и выбрался из-за стола. ― Детектив Бён. Я прибыл, чтобы сменить Ким Чонина. Он ведь завершил дело, из-за которого приехал сюда. У нас договор сотрудничества по ряду дел с…
― Да, я наслышан. А Ким Чонин где сейчас?
― Полчаса назад порт покинуло корейское судно. Детектив Ким отпрашивался, но вернулся быстрее, чем планировал, и…
― Минуту! Он, что, уехал? ― уточнил Хань, стараясь говорить спокойно, а не возмущённо орать на весь этаж.
― Разумеется, он ведь завершил дело и…
― Мне нужен его адрес, ― прикрыв дверь, заявил Хань и двинулся к детективу Бёну с решительным видом.
― Зачем?
― Он жил у меня, и у меня остались его вещи. Раз уж мы разминулись, нужно же как-то вещи переслать, правильно? ― сочинял на ходу Хань. Он прекрасно понимал, что достать адрес будет непросто, поэтому следовало воспользоваться нынешней ситуацией. И соколиным взором он различил на столе бумаги о переводе. Такого рода данные вполне могли в них содержаться. Самое главное, убедить детектива Бёна этими данными поделиться. ― К тому же, я помогал детективу Киму в этом деле, хоть открытку отошлю, а то и попрощаться не успел.
― Вы могли бы передать вещи мне, а я уже…
― Детектив Бён, вы будете загружены своим делом. К чему вас обременять? У меня же сейчас полно свободного времени. Адрес, пожалуйста.
После коротких прений Хань адрес всё же добыл, аккуратно записал в блокнот и рванул домой, на ходу измываясь над девушкой из справочного бюро по телефону. Следующей жертвой стал куратор, которого Хань поднял с постели и озадачил парой поручений, после чего взялся за Криса.
― Поверить не могу… ― сонно пробормотал в трубку Крис. ― Теперь-то что горит?
― Лечу в Корею.
― Прости?
― Улетаю в Корею. Вот прямо сейчас.
― Что ты там забыл?
― Не что, а кого. Эта зараза умотала в Сеул.
― Какая зараза?
― Чонин. Убрался из страны и даже ничего мне не сказал.
― Может, он пытался, а ты не дал ему и рта раскрыть? ― Иногда Криса хотелось удавить из-за его проницательности. ― Ты уверен, что хочешь ехать в Корею?
― Корея мне нафиг не сдалась, но там Чонин.
― Как всё запущено… ― судя по приглушённому голосу, Крис уткнулся лицом в подушку. ― Ну так поезжай и прекрати терроризировать город. Ты хоть кому-нибудь дал сегодня выспаться? Надеюсь, твой кореец отфутболит тебя на Луну ― оттуда проблематично будет дозвониться. Ну или хоть затрахает до такого состояния, чтобы ты не мог двигаться и говорить хотя бы неделю.
― Последний вариант мне нравится больше.
― Извращенец.
― Угу. Так что мне делать?
― Господи, как же ты невыносим… Лети в Корею, найди своего корейца и просто скажи, что не собираешься его отпускать. Он либо спустит тебя с лестницы, либо оттрахает как следует. Первое будет означать, что ты ему и даром не нужен. Второе ― он тебя любит. Всё понял? Не перепутаешь?
― Ты редкостная скотина, знаешь?
― Ага, только поэтому, как видно, я до сих пор отвечаю на твои звонки. Я плохой друг, да? Хоть позвони потом и расскажи, как всё прошло. Удачи.
***
Хань сидел на ступеньке у квартиры Чонина и печально разглядывал чемодан, стоявший перед ним. Он прилетел в Сеул четыре часа назад, долго ломился в квартиру, пока не сообразил, что кораблю требуется больше времени на дорогу, чем самолёту, а теперь вот просто ждал. И с каждой секундой ждать становилось всё труднее.
Мысли в голове скакали с пятого на десятое. Хань уже успел двести раз пожалеть о том, что поехал в Корею, обругать и себя, и Чонина последними словами, и сейчас он уже не знал, о чём и как ему думать.
― И что ты тут делаешь?
Заслышав знакомый голос, Хань вскинул голову и уставился на Чонина. Тот был в строгом чёрном костюме. Рубашка казалась ослепительно белой из-за смуглой кожи. И он небрежно ослабил галстук. Невозможно красивый, и плевать, что взгляд холодный и тяжёлый.
― Тебя жду, а что? И мне, кстати, жить негде. Можно у тебя переночевать?
― Нельзя.
Чонин спокойно обошёл его, открыл дверь ключом и захлопнул прямо перед носом у Ханя. Чтобы прийти в себя, потребовалось несколько минут, потом он забарабанил в дверь руками и ногами.
― Эй!
― Никого нет дома.
― Не ври! Открой!
― Нет.
― Но почему?
― Надоело.
― Что тебе надоело? ― перестав ломиться, спросил Хань и прислонился к двери плечом.
― Всё, ― донеслось из-за двери после долгой паузы. ― Прости, но я не твоя личная игрушка, которую можно прогонять всякий раз, как тебе этого захочется.
― Это потому, что я не выслушал тебя? ― уточнил Хань. ― Ты должен был уехать, а я не дал тебе сказать об этом? Я сожалею, правда. И я же сам приехал к тебе, что не так?
― Предлагаешь мне поступать так же? И выгонять тебя всякий раз, как я того пожелаю?
― Если это утешит тебя.
― Я не нуждаюсь в утешении.
― А в чём тогда? Детектив, арестуйте меня, я совершил преступление.
― Перестань.
― И не подумаю, ― упёрся Хань. ― И открой ты уже эту чёртову дверь! Как ты меня арестовывать будешь?
Дверь Чонин открыл, Хань немедленно повернулся к нему спиной и скрестил запястья.
― Наручники при себе? Надевай.
― Перестань.
― Нет уж. Арестуй меня, чёрт возьми, тебе понравится, обещаю. Ну?
Он дождался, пока на нём защелкнули наручники, встал к Чонину лицом и сделал один шаг, чтобы прижаться всем телом и тронуть губами смуглую кожу на подбородке.
― Я должен кое в чём вам признаться, детектив Ким.
― Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде, господин Лу.
― Прекрасно. Так вот… Я не хочу тебя отпускать. ― Хань вновь коснулся губами подбородка Чонина и тихо добавил: ― Никогда. Пусть суд это учтёт при вынесении приговора.
― Тебе трудно придётся. Ты ― в Китае, я ― в Корее…
― Неа, меня перевели в местное подразделение. То есть, должны перевести на днях. Так что насчёт переночевать? Я отработаю. ― Хань поймал лёгкий выдох губами и поцеловал Чонина, демонстрируя полную готовность к “отработке”.
― Твой чемодан… ― чуть позже пробормотал Чонин.
― Чёрт с ним. Так что с приговором? Я жду.
― Ты ненормальный.
― А сам-то? Оба психи, чего уж там. У тебя стены тонкие.
― Могу выдать кляп.
― Нет, спасибо. Где у тебя кровать?
― У меня нет кровати.