Блитвуд (ЛП)

Так же быстро, как наше снижение началось, столь же быстро и закончилось. Его крылья расправились, рассекая воздух, и хлестко ударили за спиной. Мы приземлились на толстый сук сосны, рассыпав снег. Дерево целиком качнулось от удара, сосульки на ветвях застучали друг об друга, подобно музыкальной подвеске. Я ощутила движение ступнями ног, когда они коснулись коры дерева, двигалось не только это дерево, но и соседние деревья раскачивались в симпатии, весь лес перемещался, начиная с заострённых вершин деревьев вниз до самых корней, окопавшихся глубоко в богатой глинистой почве. Я ощутила себя частью всего этого…
Пока он не отпустил меня. Тогда я стала размахивать руками, а мои колени дрогнули. Он рассмеялся и придал мне устойчивости крылом.
— Твои ноги, должно быть, одеревенели. Ну, а пока, возможно, тебе лучше присесть.
Всё ещё удерживая меня своим крылом, он поднял игольчатую ветвь и нежно подтолкнул меня вперёд. Я шла на ощупь в темноте, пока не почувствовала твёрдое дерево под своими ногами. Мы оказались на некого рода платформе, созданной на ветвях дерева, но для меня было слишком темно, чтобы разглядеть насколько далеко она тянулась. Я встала смирно и подняла взгляд вверх. Меж переплетённых ветвей я увидела звезды, настолько яркие и такие близкие, что мне показалось, будто я смогу потянуться и коснуться их.
Затем вокруг меня разгорелся свет, словно одна из этих звёзд взорвалась. Я опустила взгляд и увидела Дарклинга, склонившегося над фонарём, поправляя его фитиль. Свет отбросил тень его крыльев на изогнутую стену позади него и отлогую крышу над нами, украсив всё пространство изящным, подобно кружеву, узором пера.
Он поднялся, и пространство преисполнилось биением его крыльев, которое было громче биения моего сердца. Я отступила назад… в стену. Я могла видеть, насколько крепко была сложена грудь и крылья Дарклинга. Упругие мускулы перекатывались под его мраморно-белой кожей. Чёрные крылья стегали воздух, создавая шторм. Один лишь отрывистый удар этих гигантских крыльев может сокрушить меня. Всё также я держала перо между нами, как будто могла с его помощью дать ему отпор.
— Что, по-твоему, ты будешь делать с этим? — спросил он, сложив руки на груди.
— Оно вызвало тебя, не так ли? — спросила я, неожиданно почувствовав себя глупой, но решив не показывать это.
Его губы изогнулись в насмешливой улыбке.
— Думаешь именно поэтому я пришёл на твоё спасение? Потому что ты махала пером в воздухе?
— Спасение? — я пронзительно воскликнула. — Так вот что это такое? Больше похоже на моё похищение. Если ты спасал меня, почему ты принёс меня в своё… своё логово?
— Логово? — он вскинул бровь. — Оглядись. Разве это похоже на логово?
Я осмотрелась по сторонам. Мы находились в округлой комнате с полом, выложенным гладкими досками, стены и потолок были сотканы из тесно сплетённых ветвей, перекрученных и скрепленных мягким зелёным мхом. Даже глубокой зимой, в пазухах со мхом росли растения — орхидеи и ампельные папоротники, и душистые травы. Среди запаха сосны, я уловила аромат розмарина, мяты и нечто восхитительно сладкое… фиалки! Некоторые росли во мхе, но здесь также был и букет, стоявший в стеклянной вазе на полке рядом со стопкой книг. Заварочный чайник и чашки с синим трафаретным рисунком в китайском стиле расположились на другой полке вместе с множеством часов, некоторые из которых были разобраны, и с другими металлическими хитроумными изобретениями. Фиалки? Часы? Чайные чашки? Он был прав. Это место крайне сложно было назвать логовом.
— Ты… живешь здесь? — спросила я.
Он снова начал смеяться, но затем заметил мой взгляд. Постепенно он успокоил биение своих крыльев и прижал их ближе к спине, пока они не сложились аккуратно между его лопаток. Затем удерживая мой взгляд и двигаясь тем же осторожным шагом, — точно также действовал Жилли при приближении к крапчатому ястребу, — он потянулся к висевшей на крючке рубашке и надел её. Я заметила, что рубашка имела аккуратно простроченные прорезы, что позволяло выпускать крылья.
 
— Всё хорошо, — сказал он, — я не причиню тебе вреда.
Когда он заговорил, я осознала, что отбивавший в моей голове звон прекратился. Означало ли это, что опасности здесь не было — или Дарклинг был способен заглушить его?
— Почему я должна верить тебе? Ты убил мою маму.
Это заставило его резко остановиться.
— Убил?.. — выглядел он неподдельно оторопелым. — Почему ты так думаешь?
Я махнула чёрным пером.
— Потому что я нашла это рядом с ней. Ты отрицаешь, что это одно из твоих — или одного из вашего рода?
Он зашагал вперёд, пока не оказался всего в нескольких дюймах от меня. Его крылья забили у него за спиной, всколыхивая воздух. Я ощутила лёгкий ветерок от них на своём лице и, несмотря на все мои причины опасаться этого создания, я почувствовала, как мой страх рассеивался.
Он взял перо из моей руки и пробежался пальцами вдоль его пластины, затем поднёс к своему носу.
— Это один из наших, но оно не моё, — сказал он, передав его назад мне. — Другой Дарклинг, должно быть, приходил к твоей матери, когда она умирала, но он не причинил ей вреда. Почему ты считаешь, что кто-то из нас навредит тебе? Я появился на фабрике «Трайангл», чтобы помочь тебе; я поймал тебя, когда ты падала с крыши.
— Но ты позволил Тилли умереть! — воскликнула я.
— Ты так считаешь? — гневно спросил он. — После всего того, что я сделал, дабы помочь тебе и твоим подругам?
Смутившись, я вспомнила, как он помог нам с Тилли и Эттой подняться на крышу. Но затем я вспомнила ещё кое-что.
— Ты доставил меня в «Бельвью»!
Его лицо помрачнело, и крылья снова начали раскрываться, но он плотно сжал челюсть и заставил крылья сложиться между лопатками. Он сделал глубокий вдох, и я увидела, как его губы задвигались, как будто он считал про себя, пытаясь преодолеть свой гнев. Я стала гадать, слышал ли он звон в своей голове. Когда он заговорил, его голос был ледяным и формальным.
— Я сожалею, что ты оказалась в этом ужасном месте, но не понимаю, почему ты считаешь, что это я отнёс тебя туда. Я положил тебя на тротуар, так чтобы я смог помочь другим девушкам. Я спас нескольких, но это единственное, что я смог сделать.
Его губы задрожали, и он отвёл от меня взгляд. Я увидела боль, разъедавшую его лицо. Неожиданно я поняла, что его злость была направлена не на меня — он злился на себя за то, что не смог спасти больше девушек и за то, что ему не удалость вытащить меня из «Бельвью». Всё же, когда он потянулся к полке с часами и чайными чашками и передвинул одно металлическое хитроумное изобретение, я подпрыгнула.
— Что ты собираешься с этим делать? — подозрительно спросила я.
— С этим, — сказал он, сменив свой леденящий тон на грозное ворчание. — Я собираюсь приготовить тебе чай.
* * *
Я села на низкую скамью, в то время как Дарклинг-похититель выполнял непритязательную и земную домашнюю работу по приготовлению чая. Металлический объект оказался маленькой газовой плиткой. Он зажёг её и налил воду (талый снег, как он мне сказал) из керамического графина в железный чайник.
— Я думала, фейри не могут прикасаться к железу, — сказала я.
— Я не фейри, — ответил он, покачав жестяной банкой. — Эрл Грей или Дарджилинг?
— Эрл Грей, — ответила я. — Получается, ты… Дарклинг?
Его губы снова изогнулись в кривой улыбке — это были полные, точёные губы, в форме лука — он тихо посвистывал себе под нос. Я слышала, как соколы в своих клетках издавали подобный этому звук.
 
— Разве в твоём обществе не следует сначала представляться по имени, прежде чем определять чью-то расовую принадлежность?
— Ох, — произнесла я, почувствовав себя так, будто получила выговор от мисс Фрост. — Я не думала…
— Что у меня есть имя? — спросил он, насмешливо вскинув бровь. — Что ж, у меня оно есть. Рэйвен.
— Ох! Я рада с вами познакомиться, мистер Рэйвен.