Загадка загадочной загадки (СИ)

— Итак, просветите меня, зачем мы собрались?
— Виктора Николаевича всё ещё нет дома, — исподлобья глянула на меня Савостикова. — Надо что-то делать.
Я вздохнул.
— Ну, расскажи про него. С кем он живёт?
— С женой. Вчера она тоже удивлялась, что его долго нет, и он её не предупредил, что задержится. А с утра мне никто не открыл, и сейчас тоже.
— Она работает?
— Да, она рано на работу уходит, но он-то дома должен быть!
— Погоди. Ты ей рассказала про нападение?
— Нет, — замялась Савостикова.
— Почему?
— Сам, что ли, не понимаешь? — сердито воскликнула она.
— Нет, представь себе, не понимаю, — тоже рассердился я.
— Да потому что тогда она рассказала бы всё моим родителям, они дружат.
— Ну рассказала бы, что в этом плохого? — не понял я.
— Ты тупой, что ли?! — взорвалась она. — Да тогда бы меня завоспитывали напрочь, и никуда бы не выпускали, и… и вообще!
И Максим, и Арина подтверждающе закивали, они явно понимали мотивы Верки, в отличие от меня. Что-то я реально не догоняю в этой ситуации.
— Ты не ори, а объясни толком! Что значит — завоспитывали, куда бы не выпускали — в школу? В магазин? С собакой гулять?
Верка слегка поуспокоилась.
— Ну, туда бы выпускали, наверно, — неуверенно сказала она. — Но целыми днями нудили бы, мозги полоскали.
— На тему…? — силился понять я. — Ты же просто шла гулять с собакой, по своему собственному подъезду!
— Да ты попробуй это взрослым объясни, — с горечью сказал Макс. — Время сейчас такое, что ли, все боятся всего.
— Время… — задумчиво протянул я. Кажется до меня начало доходить, что они имели в виду. Время, пожалуй, было и не при чём.
Просто у большинства людей в голове не может уложиться, что никто не застрахован ни от чего, и с любым может случиться что угодно. Этим людям кажется, что всё в жизни можно предусмотреть, если соблюдать правила — пить кипяченую воду, переходить улицу на зелёный свет, быть вежливым, — то ничего страшного, непонятного, произойти просто не имеет права. Но… маньяки похищают отличниц посреди города, пьяные водители сбивают людей на остановках, а сосед, которому ты сделал справедливое замечание, кидается на тебя с топором.
И когда страшное всё-таки происходит, и выстроенная картина мира даёт трещину, эти люди думают, что они что-то не предусмотрели, не так себя повели, что этого страшного можно было избежать, если всё сделать правильно.
Ну, вот как в нашем случае, родители, испугавшиеся, что в их подъезде произошло нападение, стали бы выдумывать новые правила поведения, как будто это могло бы помочь.
Всё это я, как мог, изложил одноклассникам. Они задумались.
— Да, всё так и есть, — задумчиво протянула Вера. — Но моим родителям этого всего не объяснишь вот так просто. Поэтому им лучше и не знать.
— Ладно, вернёмся к нашим баранам. Кем, собственно, работает твой сосед?
— Ну, у него какой-то бизнес, купи-продай, не очень крупный.
— А офис у него есть? Может, он просто на работе? Заночевал где-то у друзей, к примеру, за городом, где нет телефона, и с утра сразу на работу поехал, не заходя домой.
— Если бы на него не напали, то могло быть и так, — вмешалась Арина, — но с нападением это выглядит как-то тревожно.
— А машина у него есть? — вдруг спросил Макс.
— Офис да, есть, и машина есть, — ответила Савостикова, — но жена сказала, она в ремонте, и он пока передвигается общественным транспортом.
— Мог заблудится, — заметил Макс.
Они заспорили, может ли взрослый человек заблудиться в Москве на целые сутки.
— А может, он решил уйти от жены, поэтому и не вернулся, и так много денег с собой взял, — выдвинула новую версию Арина.
Пока они обсуждали и это, я думал о другом. О том, были ли доллары были фальшивые с самого начала, или их подменили в подъезде. И если подменили, заметил ли это Виктор Николаевич дома? Или понёс фальшивки туда, куда и собирался?
— Короче, вот что! — сказал я, и они мигом перестали спорить и так уставились на меня, как будто только и ждали моего решения. Как на главного уставились. Это несколько нервировало. — Собственно, если этот Виктор ушёл от жены, или заблудился, или просто на работе, это само выяснится со временем, и нас это никак не касается. — Я поднял руку, останавливая собирающуюся возражать Савостикову. — Нас касается только, если его исчезновение связано с нападением в подъезде. Потому что об этом никто не знает, кроме нас. Так что давайте думать только в этом направлении, не отвлекаясь на другие версии.
 
— Ты прав, — после паузы признал Макс. — Тут можно долго из пустого в порожнее переливать.
— Ладно, — поморщилась Савостикова.
— Итак, — начал я. — Для начала подумаем, как вероятнее — что Виктор изначально нес фальшивые доллары, или их подменили в подъезде? И если нёс фальшивые, то знал ли об этом?
Савостикова постучала пальцем по лбу.
— Да с чего ты взял, Белов, что они фальшивые?
Я моргнул и растеряно посмотрел на Макса. Блин, девчонки же не знают о том, что он спёр купюру и проверил её. Макс покраснел. Придётся врать.
— Да с того, что я прихватил одну, и Максим её проверил. Она фальшивая.
— Да? А почему нам не сказали? — возмутилась Арина.
— Что? Ты украл деньги у Виктора Николаевича? — возмутилась Савостикова.
— Не украл, а взял на проверку, — с достоинством ответил я. — Если бы она оказалась настоящей, я бы вернул.
— Да прям, — фыркнула Савостикова. Какая же она противная всё-таки! — Так бы и пошёл и вернул?
— В почтовый ящик кинул бы! — рявкнул я, не чувствуя за собой никакой вины. — Давайте ближе к сути!
— Ты знал, что деньги фальшивые, ещё до проверки! — обвиняюще ткнула пальцем в мою сторону Савостикова. — Ты никак не мог об этом догадаться, ты знал! Потому что, Белов, ты сам всё это подстроил!
Я мученически закатил глаза:
— Что именно подстроил? И каким образом?
— Вера… — примиряюще начала Арина, но я её прервал:
— Нет уж, давайте всё выясним сейчас! В чём конкретно ты меня обвиняешь?
Она вскочила с дивана и заходила по комнате. Мне пришлось развернуть кресло, чтобы видеть её, а то ещё кинется.
— Ты как-то узнал, что Виктор Николаевич понесёт куда-то деньги в три часа.
Макс вроде хотел возразить, но я махнул на него рукой, мне правда было интересно, на чём она собралась строить обвинение.
— Наверно, у тебя родственник или знакомый в том магазине. Ты нанял бандитов, и он пустил их в подъезд. Они напали на Виктора Николаевича, отняли у него деньги, а рядом разбросали фальшивки, чтобы он не сразу кинулся в милицию.
Я скучающе слушал. Такое обвинение не выдержит никакой критики.
— Потом он поднялся к себе, и увидел, что деньги фальшивые. Он побежал с ними в милицию, но по дороге его схватили, и возможно, держат в том же магазине. Поэтому ты и отговаривал Максима поразведать там! — торжествующе заключила она.
— Но, Вера, — серьёзно спросила Арина, — где же доказательства?
— Не-не, сейчас я сам расскажу, как дело было! — Я вскочил, и заставил Савостикову сесть на своё место. — Ты! — я упёр в неё палец. — Ты была знакома с Виктором Николаевичем, твои родители дружат с ним, и вот однажды ты услышала, что четвёртого сентября в три часа он пойдёт отдавать долг. Как друг семьи, ты знала, где они хранят запасные ключи, зашла по-соседски одолжить парочку яиц, и пока тебе несли с кухни яйца, спёрла эти ключи.
Савостикова молча открыла рот. Лицо у неё было растерянное.
— Далее, подкараулила в глазок, когда соседи уйдут, преспокойно зашла в квартиру и подменила приготовленные доллары на фальшивые.
Макс с Ариной переглянулись с восторгом.
— Потом ты решила обеспечить себе алиби, для этого подговорила своего знакомого из магазина подшутить над соседом. Ты ведь давно живёшь в этом доме, и конечно, знаешь сотрудников магазина, и то, что запасной выход ведёт в подъезд. К тому же, ничего красть ты не предлагала, а просто накинуть простыню и раскидать деньги. Но ты решила всё проконтролировать. И напросилась в гости к новой подруге, чтобы было, кому подтвердить твоё алиби. Придумала повод, чтобы выманить нас на улицу, а самой остаться в подъезде, чтобы после нападения первой оказаться на месте происшествия! Теперь, даже если он обратится в милицию, то будет думать, что деньги подменили в подъезде. А на самом деле они давно у тебя! — и я торжествующе ткнул в неё пальцем, как она в меня недавно.