Тень чужой луны (СИ)
— Нет, автопилот отлично справляется, — ответил Даймаан. — И у меня как раз есть свободное время.
Мы были пристёгнуты каждый к своему сиденью, колени вплотную прижаты к внутренней обшивке йегмы под приборной доской, что очень затрудняло свободу движений. Но он всё равно исхитрился повернуться ко мне всем корпусом, взял за плечи и нас вновь поглотил водоворот романтики. Голова моя закружилась, сердце готово было вот-вот выпрыгнуть.
Даймаан прервал наш очередной поцелуй, чтобы спросить:
— Ты не собираешься опять потерять сознание? Нормально себя чувствуешь?
Я могла только кивнуть.
— Мне кажется, ты будто стесняешься происходящего. Если я и правда тороплю события и тебе это всё неприятно, скажи.
Какой он внимательный и чуткий, вот что значит — мужчина из другого мира. Он пытливо смотрел мне в глаза, ждал ответа. Я подыскивала слова.
— Видимо, ты сомневаешься? Извини за самонадеянность, но твоё тело подсказывает мне, что я тебе не противен. Похоже, сопротивляется твой разум?
Я опять кивнула.
— Для меня это всё очень неожиданно. Нет, я о тебе думала, хотела видеть, поговорить. Даже иногда отгоняла эти мысли. Но ведь я — в иной реальности и надеюсь вернуться домой. Я не хотела ни к кому тут привязываться. А то что у нас сейчас… не могу это воспринимать как лёгкое приключение во время деловой поездки.
— Для меня всё серьёзно, — сказал Даймаан. — И я надеюсь, ты передумаешь искать выход с Сомасты. С тех пор, как ты у нас появилась, я могу думать только о тебе. Когда ты у нас жила, в твоей комнате велось постоянное наблюдение… Не везде, не думай. Санузел мы не отслеживали.
— И на том спасибо. Хотя это не логично. Если вы следите за террористом, разве душ и туалет меньше подходят для всяких коварных планов, чем остальное пространство?
— Согласен с тобой. Но по отношению к тебе у нас была своя этика. Я хотел сказать, что ждал своих дежурств у этой камеры, мне хотелось видеть тебя. Так я и заметил, что ты управляешь монитором без пульта. И решил, что ты в курсе своих возможностей и вообще не так наивна, как притворяешься. Ты теперь меня, наверное ненавидишь за то, что я подглядывал?
— Ты не подглядывал, а выполнял свою работу, — вздохнула я.
— Но мысли у меня при этом были не служебного характера.
— Всё равно, прощаю. Просто за то, что ты симпатичный.
Он рассмеялся, радостно, с видимым облегчением.
— Если я не ошибаюсь, ты в первый раз сказала обо мне что-то приятное.
— Не у тебя одного включается защитная реакция.
— Да ты вообще сплошная самозащита. Пытаешься отгородиться от всех. Тебе это особенно тяжело, поскольку ты Пласхаемаэро. И влюбляться в такую — настоящее безумие. Но так уж получилось. Как только ты ответила на мой поцелуй, я понял, что буду бороться за тебя. Даже если на пути встанут твои собственные страхи.
В ответ я просто уткнулась лбом в его плечо. Мы молчали, он гладил мою руку. Совершенно невыносимо было думать, что мы летим с кем-то воевать и нас могут даже убить. Сейчас, когда в моей жизни начиналась самая завораживающая любовная история, о которой я и мечтать не могла, с удивительным, достойным, умным и интересным человеком. По законам жанра, хеппи-энда тут быть не может, такая любовь должна замирать на взлёте, уж простите за мой пессимизм.
— Мы почти прилетели, — тихо произнёс Даймаан. — Я не хочу рисковать тобой, если ты не уверена, что тебе это нужно, только скажи. Высажу тебя в более-менее безопасном месте.
— Нет, не ты будешь рисковать мной. Я вполне могу сделать это сама за себя. Пошли совершать подвиги. И смотри, чтобы я нечаянно не разнесла ваш суперкомпьютер.
Глава 10. О подвигах ратных…
Мне хотелось, чтобы путь к цели был бесконечным, но увы, ничто не могло его замедлить.
— Я слышала, что Верховный Советник находится в башне.
— Да, это правда. Самой сейсмоустойчивой в нашем мире. И полностью её занимает. Это огромная система, к которой допущены избранные. Но там есть пункт обслуживания, в который можно проникнуть. Теоретически. Нам надо начать с Правительства, потому что все проблемы идут именно оттуда.
— Как и везде, — пожала я плечами.
Наша йегма уверенно шла на снижение прямиком к посадочной площадке пирамиды Правительства.
— А нас не попытаются задержать прямо здесь, на подлёте?
— Возможно. Но других путей нет. Если мы будем пробираться хитрыми тропами, это ещё опаснее.
Маленькая летающая посудинка прибыла на место и остановилась.
Даймаан повернулся ко мне:
— Я люблю тебя.
И не ожидая ответа, отстегнул ремни, открыл дверцы йегмы. Мы выпрыгнули наружу. Удивительно, но никого не было, нас не ждали. Мысль о том, что сообщество противостояния может проявить такую безумную наглость, видимо, не посетила этих людей, чьи поступки диктовались исключительно рациональным машинным разумом. Возможно, поступая нелогично, мы можем поставить их в тупик.
Хаппоор Даймаана не сработал на вход, зато я с открытием дверей справилась отлично.
— Вам назначено? — спросил зверолицый охранник огромного роста. В руке он держал предмет, похожий на маленький дорожный фен, но я знала, что это мощное оружие большой поражающей силы. Не только высушит, ещё и в клочья разорвёт.
Тут он узнал меня и направил инструмент в мою сторону. Пришлось действовать быстро. Обе руки вперёд, и стражник беспомощно взлетел к потолку. Даймаан рванул меня за руку, побуждая бежать. Я услышала звук падающего тела. Надеюсь, зверолицый не очень расшибся. Мы добрались до фойе, где был вход в зал заседаний Правительства. За стойкой приветствия, аналогом нашего ресепшн, находились испуганные администраторы, юноша и девушка. А по обе стороны от входа стояли охранники. По всем признакам, члены Правительства как раз за дверью.
— Пустите, у нас есть важное сообщение для руководителей Сфата. Мы не причиним никому вреда.
Даймаан направил хаппоор на одного из стражников, но голос его звучал вполне миролюбиво.
— Мы не имеем права говорить с вами и тем более, пускать кого бы то ни было внутрь, — отчеканил мужчина, оказавшийся у Даймаана под прицелом.
Пора вмешаться мне. Жаль, что меня за всё время моего пребывания здесь больше исследовали, чем помогали разобраться в способностях и я толком не понимала, что могу сделать. Пришлось положиться на свои ощущения. И призвать на помощь все виденные мной фантастические фильмы. Одно я знала точно, чтобы магия или что там у меня, сработало, рука должна быть вытянута вперёд, ладонь полностью раскрыта, пальцы сомкнуты. Я приняла боевую позу, а затем резко развела руки в стороны, произведя что-то вроде взрывной волны. Стражники разлетелись в разные стороны, стойку администраторов тоже снесло, двери зала с треском раздвинулись.
Даймаан ошарашенно на меня посмотрел. Такого эффекта он вряд ли ожидал. Мы зашли в помещение. Восемь пар глаз вопросительно смотрели на нас из-за стола. Члены Правительства, похоже, не сразу поняли, что происходит. Четверых я видела ранее, остальные мне были незнакомы.
— Пожалуйста, выслушайте меня, — попросил Даймаан и опустил хаппоор.
— Это же сын моего многоуважаемого предшественника, — спокойным, ровным голосом произнёс Тарб. — Может, он нам как раз и объяснит, почему я не могу занять своё новое рабочее место в соответствии с высшим распоряжением?
Он нас не боялся, на лице играла издевательская улыбка.
— Даймаан Сафон, вы понимаете, сколько законов сейчас нарушили? — по-отечески поинтересовался Унви. — Да ещё и нашу гостью втягиваете в этот балаган. Какое представление о нас у неё теперь сложится?
— Поэтому вы организовали её похищение, чтобы лично объяснить, что происходит? — спросил Даймаан.
— Вот именно, — кивнул Унви. — Но теперь, похоже, вы настолько сбили её с толку, вовлекли в свою преступную деятельность, что нам придётся объявить государственными преступниками вас обоих.
— Объявляйте. Только сначала выслушайте, — согласился Даймаан.