«Древоходец». Приблудный ученик. Книга первая

Сумма получалась достаточно значительной, и сейчас родительницы спорили, кто больше всех виноват в поднятой истерии, и потому должен больше всех заплатить.
Секретарь жестом пригласил Костю, тот немного замешкался и мастер Ярич решил легонько подтолкнуть его в спину – мальчик зашипел от боли и воскликнул: «Осторожней!».
Все окружающие благодушно засмеялись.
– А ничего так выглядит – молодцом! – позволил себе заметить администратор школы. – На других и после десяти розог лица нет, а этот – прямо здоровячок!
– Питался хорошо, вот здоровья и набрался, – двусмысленно высказался Ярич.
– Мы должны записать в листки допроса, в каком месте сейчас находится эта вредоносная книга, описывающая ритуал жертвоприношения, – объявил секретарь.
– Но в ней описывалось не жертвоприношение, – попытался возразить Костя.
– Не тебе судить, чадо, – заметил дознаватель, – Так, где же та книга?
Костя было напрягся, но быстро осознав, что сейчас не контролируется дознавателем, спокойно ответил: «Дома у бабушки в Тагилии».
– А где эта Тагилия? – поинтересовался секретарь.
– Островное государство в Южном океане, очень далеко отсюда. – быстро выпалил Костя.
– Так бы сразу чётко и сказал, а то: «Бабушка живёт на земле, бабушка живёт на земле!», – проворчал дознаватель.
– Так остров, на котором мы живём, так и называется – Земля.
– Хм, странное название.
– Ничего странного, – вмешался мастер Ярич, – наверное, моряки долго плыли, не видя суши, а когда заметили остров, закричали: «Земля! Земля!», вот название и осталось.
– А, тогда всё понятно. Только остров твой Земля, очень далеко и нам неинтересен, – сказал в заключение секретарь, отпуская Костю с Яричем.
Когда они оказались на улице и порядочно отошли от школы, Костя произнёс: «Здорово вы придумали: рассказать на допросе про пирог с кошачьей лапой – это их сразу всех сбило. И трактирщицу, наверное, тоже вы ущипнули?».
– На всякий случай, я и сел так, чтобы её зад видеть, а затем – лёгкая судорога маленькой части ягодичной мышцы и всё сразу закрутилось.
С этим ладно – всё обошлось, – продолжил Ярич, – но знай: на тебе теперь ещё долг и за адвоката – придётся его гонорар тоже отрабатывать. А этот ушлый, потому стоит дорого.
– Да чего в нём такого ушлого, за что платить? Только два слова и сказал.
– А ты, конечно, не задумывался, как так удачно получилось, что за два дня до допроса, тебя сосед по комнате пирогом с мясом угощает, а там лапка котёнка? А пирог куплен в харчевне Голуна, чья жена в числе активисток по твоему делу?
– Вот оно что! – протянул Костя. – Так это всё подстроено? И Цыгаша подговорили, пирог принести?
– Да, подстроено. Адвокат, как узнал, что жена Голуна активно участвует, сразу и предложил.
А мне сегодня посоветовал сесть так, чтобы её видеть и в случае чего драку устроить. А ты говоришь: «Чего он такого сделал?».
– И что теперь с ними будет, – с Голуном и его женой?
– Думаю, если дознаватель от мэрии даже ничего особого не накопает – запашок от истории всё одно останется и с харчевней им придётся расстаться.
– Как-то нечестно получилось. Вдруг они действительно не виноваты? Вам их не жалко?
– Уверен, в чём-нибудь, да замешаны. Испорченное копчёное мясо выпившим клиентам подсовывали – точно знаю, – лечил нескольких. Так что, – не жалко. И пиво у него, ладно, дрянное, так ещё и разбавляет. Да и морда трактирщика мне всегда не нравилась, и жены его тоже…. Дочка-то у них, что с тобой учится, хоть симпатичная?
– Симпатичная ли дочка? – переспросил Костя, – Да так, ничего. Попка аппетитная – так бы и укусил, – вспомнив вопрос дознавателя, ответил он и засмеялся.
Ярич тоже улыбнулся, и дальше они некоторое время шли молча, каждый занятый своими мыслями.
Сказать точнее, Костя, занят был не только мыслями, но и ощущениями. Слова о попке дочки Голуна, вернули его внимание к свей собственной, которую нестерпимо жгло и это стимулировало возрождению планов мести подлому истопнику.
Мастера же Ярича, тревожили размышления: не слишком ли он подставился, когда спровоцировал скандал при допросе. Адвокат не дурак: этот ход – вызвать драку, у них был запланирован на крайний случай, и теперь ему известно – скрытие информации, откуда появился Костя, для Ярича являлось крайне важным. Успокаивало то, что адвокат в городе появился не так давно, ни в одну влиятельную группу в княжестве не входит и связываться с колдунами, которые походя могут остановить его сердце – не решится.
 
– Когда тебе поставят печать ученика, – снова заговорил Ярич, – ты, так же как и сейчас с дознавателем, не сможешь врать мэтру Гарвилу, на прямо поставленные вопросы. Сегодня вот и получил некоторый опыт, как можно манипулировать в подобных ситуациях, обходя прямое враньё.
– А чего ещё ждать после печать? Ребята говорили – полная кабала.
– Много чего: ты впрямую будешь не способен нанести вред учителю – ни физический, ни материальный.
Когда учитель призывает к себе ученика – тот, практически, не может сопротивляться зову. Если же ученик, по каким-то причинам, не в состоянии быстро оказаться рядом с учителем, то место, где стоит печать, начинает болеть. Если сильный призыв, то жжёт, как огнём. Ну, а то, что невозможно врать учителю –это я уже говорил.
– И как долго держится печать? – спросил Костя.
– Максимально пятнадцать лет. Уверен, мэтр Гарвил постарается привязать тебя на самый долгий срок – ты же Древоходец.
– А освободится от печати? Есть способы?
– Только по желанию учителя, или в связи с его смертью, или, сам понимаешь, твоей.
Они опаять некоторое время шли молча. Мастер Ярич, обратив внимание на поникшую голову Кости, спросил:
– Что идёшь ни весел? За владельца харчевни всё ещё переживаешь, или о жизни с печатью задумался?
– Котейку жалко, – ответил Костя. – Котёнка, у которого лапку отрезали и мне в пирог засунули. Кто же это сделал?
– Костуш, Костуш! Ты же будущий целитель! Тебе придётся резать и вскрывать людей. Ты увидишь очень много страданий и смертей, а тебе котёночка жалко! Да их десятками топят в ведре хозяйки.
Костя в ответ только пожал плечами.
Через несколько дней, по представлению храма, состоялся допрос дознавателем от мэрии владельца харчевни. Сам Голун кошек не ловил, но вот поставщик, снабжавший его мясом, занимался этим в полной мере. Разделанные куски собак, кошек, а ещё и других, традиционно малосъедобных зверей, он продавал задёшево, и Голун знал, отчего такая низкая цена, и из какого мяса он готовит свои блюда.
У Голуна и его поставщика отобрали помещения, где те занимались своим преступным промыслом, приговорив дополнительно на год к подневольным работам по уборке города.
Услышав о приговоре, Костя посчитал, что котёнок, чью лапу ему подсунули в пирог, погиб не зря.
А помещение харчевни у мэрии выкупил другой владелец, и повесил новую вывеску с названием: «Ни Мур-Мур».
Глава 6.
Наступили летние каникулы. Экзамены за пятый класс в городской школе Костя сдал без проблем, но по-настоящему отдохнуть ему было не суждено.
Мастер Мелиус продолжал с ним занятия, заставляя заучивать целые разделы по болезням человека их диагностике и лечению, а затем проверял, как усвоил материал.
Костя спрашивал, зачем ему это – ведь в следующем году, помимо городско школы, он начнёт посещать лекции в училище при госпитале, где его будут обучать тому же самому. На что Мелиус отвечал, что Костю, после получения печати ученика, будут больше отвлекать, как Древоходца, и лучше сейчас, пока есть время, начать изучать курс.
Пользуясь моментом, увеличил объём персональных занятий с ним и преподаватель физической подготовки – мастер Фабех. Он избегал нагружать позвоночник Кости подъёмом тяжестей: мальчик активно рос, но заставлял много заниматься на турнике и накачивать мышцы рук и ног используя примитивные тренажёры. Постепенно начал давать и основы фехтования. Работал Костя тростью колдуна, и просто с одним внутренним клинком, и в паре с ножнами.