Моя Госпожа (ЛП)

Однако я не была готова к тому, что два горячих мужчины в черных кожаных фартуках будут готовить. Точнее, в задумчивом молчании занимающихся подобием готовки. Гидеон работал у плиты. Детектив нарезал перец и бросал его в миску.
— Доброе утро, — сказала я, переведя взгляд на обоих мужчин.
Взгляд Гидеона скользнул по мне в его халате, и в нем чувствовалась признательность.
— Доброе утро, — ответил он.
— Ты готовишь, — сказала я вместо очевидного вопроса.
Он посмотрел на детектива, потом на меня и снова на меня.
— Да.
— Вы готовите.
— Я одинокий мужчина, Чарли. И мне нужно есть…хотя бы когда-нибудь…
Я смотрела туда-сюда, пытаясь понять, что передо мной. Он ничего не выдал.
— Ну, уборка тоже, но ты… — Не получаю от этого удовольствия.
— А у тебя в душе восемьдесят пять средств для волос, — заметила я. — Кто т ы?
— Мужчина, у которого сестра владеет салоном.
— А, — сказал я. Это объяснило и лосьон. Может быть.
— Мне нравится готовить, — сказал он, снова сосредоточившись на том, как легко переворачивает омлет. — Это помогает мне расслабиться.
— Я впечатлена, — сказала я.
— Не стоит, — пробормотал детектив Бруссар, не отрываясь от ловкого процесса нарезки. — Он сказал мне, что может приготовить яйца и мясо, и все.
— Я приглашаю тебя в свой дом, — сказал Гидеон, не сводя с него глаз и перекладывая яйцо на тарелку. — Предлагаю тебе еду, пока ты ждёшь, а потом ты меня критикуешь.
Детектив Бруссард ухмыльнулся.
— Предлагаешь? Ты заставляешь меня работать. — Он завернул только что приготовленный омлет в тортилью и откусил кусочек. — Это потрясающе.
— Это было для Чарли.
Я покачала головой.
— Мой желудок не… — Я махнула рукой. — Я действительно ничего не хочу.
— К тому же, от их странной новой вибрации у меня разболелась голова. Что за чертовщина?
Гидеон сузил глаза.
— Ты в порядке?
Я не ответила, предпочтя свернуться калачиком на соседнем диване, подтянув под себя ноги. Вокруг меня витал запах Гидеона, а его слишком большой халат облегал мое тело.
Детектив Бруссард откусил еще кусочек, затем отложил его и, сняв фартук, подошел к барной стойке.
— Я здесь не для того, чтобы усложнять вашу жизнь, мисс Вон, — сказал он. — Я знаю, что события прошлой ночи потрясли вас.
Я подняла на него глаза, размышляя, насколько я могу ему доверять.
— На прошлой неделе была убита моя лучшая подруга, детектив. А теперь девушка, которую я едва знала, но верила, что она в безопасности, работая на меня. — Я закрыла глаза. — В здании, где я живу и сплю. Потрясение — это еще не все.
Он кивнул.
— Вы знаете какую-нибудь причину, по которой?..
— Она могла быть там? — закончила я. — Нет. Но, как вы отметили на днях, любой может прийти и уйти, так что, возможно, она слышала, что в подвале есть тренажерный зал.
— Я хотел спросить, не знаете ли вы причин, по которым кто-то может так поступать с вами, — сказал он. — Мы говорили об этом на днях. — Глаза детектива стали серьезными, и я почувствовала, как внимание Гидеона переключилось.
— Тогда мне показалось, что это довольно надуманно, — сказала я. Не настолько, чтобы не пойти прямо в кабинет Гидеона и не ударить его этим по голове, но все же. — А теперь… — Я выдохнула. — Теперь мне нельзя ходить домой одной, а мои друзья под охраной.
— Так я слышал, — сказал он. — Рад, что вы серьезно относитесь к этой теории.
— Это все равно не объясняет, почему Сторми оказалась в спортзале здания, — сказала я.
— Она не была там.
Я моргнула.
— Подождите, что? — Мысли снова вернулись к ужасным фотографиям в телефоне Гидеона. Фон. Обои. Тот факт, что Джей Ди сказал, что она была именно там. — Да, она была там.
Он сделал секундную паузу.
— Она не умерла там.
Гидеон отвернулся от плиты и посмотрел сначала на детектива, а потом на меня.
— Черт, — пробормотал он, откладывая лопатку.
— Она… — начала я.
— Ее переместили посмертно, — без нужды, пояснил детектив Бруссард.
У меня похолодела кожа, а глаза стали горячими. Глубоко внутри меня опасно сжался живот, и я вскочила на ноги, даже не обращая внимания на то, что завязки халата ослабли. Мне оставалось только добежать до симпатичного черно-белого туалета и упасть на колени, прежде чем все нечистое извергнется наружу.
 
Два извержения, и большие руки откинули мои волосы назад.
Я не могла перевести дыхание, когда мое тело взбунтовалось снова и снова.
Месяц назад я бы рассмеялась в лицо любому, кто предположил бы, что Гидеон будет держать меня за волосы, пока я ношу его халат и блюю в его ванной.
— Мне так жаль, — вздохнула я.
— Я с тобой, — сказал он.
— Детектив… — Ушёл.
Не могу его винить. Я вытерла лицо, покрытое тонким слоем пота, и посмотрела в сторону.
— Что это было там?
— Какая часть?
Я хотела улыбнуться, но не смогла. Я просто указала назад в сторону кухни.
— Отвлекающий маневр, — сказал он, приглаживая прядь волос над моим ухом. — Ко мне в дом приходит коп, и я даю ему какое-нибудь занятие, чтобы он не слишком присматривался.
Меня снова вырвало, и я пожалела, что в туалете нет волшебной кнопки, чтобы проглотить меня целиком.
— Нет ничего сексуальнее этого, — поперхнулась я, и мои глаза снова наполнились слезами, которые не имели ничего общего с рвотой.
— Ну, это правда.
Я рассмеялась, что быстро переросло в слезы, а затем в рыдания. Господи, я была в полном расстройстве. Ему нужно было бежать. Но он не убежал. Гидеон намочил мочалку и протер мне лицо, затем сложил ее и прижал к шее.
— Иди сюда, — сказал он, присел у стены и притянул меня к себе на колени.
Накинув на меня халат, он подтянул мою голову под подбородок и заключил меня в свои объятия. Я не могла сопротивляться. У меня ничего не оставалось.
Никогда в жизни я не чувствовала себя в такой безопасности и в то же время в таком ужасе. Все рушилось с грубой силой, все сразу, и все, что я могла сделать, — это вцепиться в его рубашку и держаться.
*** — Как жизнь в замке Кейнов?
Не слишком уловимое поднятие бровей Вай, сопровождавшее ее язвительный тон, только подпортило мое и без того раздраженное настроение. Она поднялась ко мне в кабинет, чтобы пообедать со мной, умолчав о назначенной встрече.
С момента убийства Сторми прошло три недели — двадцать два дня, если быть точным. И хотя я повторно одобрила выезды эскорта через неделю, я не включала Вай в ротацию.
— Я могла бы сказать то же самое об этом офисе как о замке «Камео», но, вижу, ты не против поесть здесь с шиком, — сказала я.
— Ладно, остынь, девочка, — сказала она, отталкиваясь от своего завернутого в бумагу бургера. — Если бы мне нужен был стиль, я бы не была здесь, не была бы на работе, и что, черт возьми, тебя грызет?
— Я не хочу, чтобы ты выходила на улицу, — призналась я.
— Я должна зарабатывать на жизнь, — возразила она, подняв палец, когда я открыла рот. — Нет. Ты не можешь продолжать делать то, что ты делаешь, — бросать продукты, которых у тебя оказалось слишком много, или оставлять наличные в карманах моего пиджака — да, я знаю, что это была ты. — Она наклонилась над нашим маленьким пуфиком для пикника, чтобы сжать мою руку. — Я люблю тебя за это, но нет.
— Вокруг меня умирают люди, Вай.
— И это ужасно и смертельно опасно, но я не собираюсь уходить таким образом, — сказала она, подмигнув.
— Что ты имеешь в виду?
Вай слегка пожала плечами.
— Просто Джейд была такой близкой, понимаешь? Быть брошенной в таком состоянии. — Она закрыла глаза и покачала головой. — Так публично и унизительно.
А Сторми, это просто такая грустная ирония. Девушка с расстройством пищевого поведения, помешанная на своем теле, найдена мертвой в спортзале. Правда?
Я отпрянула назад, потрясенная.
— Что? У Сторми было расстройство пищевого поведения?