Клянусь тебе в неверности (СИ)

- Маш, иди ко мне. – прохрипела я осипшим голосом, взглянула на дочь и протянула к ней руки. Я рада, что поездка обошлась без последствий и они не попали в аварию по дороге. Но это не отменяет того факта, что Богдана я готова сейчас задушить собственными руками. Ведь он даже не задумался о безопасности дочери.
Машка немного испуганно взглянула на Славу, затем обернулась на отца и ускорила шаг. Но Богдан поймал ее за капюшон дождевика.
- Подожди-ка. – произнес он, криво улыбаясь девочке. За доли секунды я успела оценить ситуацию – муж гораздо пьянее, чем хочет казаться. Взгляд заволокло алкогольным туманом, а походка выдает его с потрохами.
- Отпусти ее. – я сжала кулаки и сделала шаг вперед, пронзая мужчину колючим взглядом. – Ты пьян.
Семейные разборки при дочери – это последнее, чем мне хотелось бы сейчас заниматься. Как бы не сложились обстоятельства дальше, Маша не должна запомнить маму и папу ненавидящими друг друга. Но разговор как ни в чем не бывало сейчас – был просто мне не по силам.
- Все в сборе, значит? – ухмыльнулся муж, надменно исследуя меня взглядом.
- Тебе сказали, девочку отпусти. – Слава вступил в диалог, и я мысленно закатила глаза. Богдан точно не станет терпеть такого пренебрежения в просьбе.
Напряжение буквально повисло в воздухе, как перед сильной грозой. Казалось, что прямо над нашими головами затянулись тяжелые черные тучи и один разряд электричества послужит толчком для безумной бури.
Я сделала глубокий вдох и на секунду прикрыла глаза. Нужно просто-напросто успокоиться.
Все мы взрослые люди. Разумные существа. Вполне способные держать свои эмоции под контролем.
- Так, - я выдвинула ладони веред. Посмотрела сначала на мужа, а затем на мальчишку. Выдавила что-то отдаленно напоминающее улыбку. – Давайте все успокоимся. – твердо произнесла, видя, как у Славы играют желваки на щеках. – Мы можем поговорить, как взрослые люди. Но не при ребенке.
Я сделала еще шаг к Машке, присела на корточки, и приобняла ее.
- Не пугайся. Все в порядке. – ободряюще шепнула я ей.
Поднялась на ноги и процедила сквозь зубы:
- Почему не предупредил меня, что собираешься забрать дочь?
- Мне что, нужно твое разрешение, чтобы увидеть собственного ребенка? – высокомерно отозвался Богдан. – Ничего не перепутала, Мирра?
Настойчивое желание отвесить мужу пощечину, чтобы привести его в чувство, никак не покидало сознание. Но я лишь продолжила давить вымученную полуулыбку.
- Нет. Тебе не нужно моего разрешения. – почти по слогам произнесла я. – Но, пожалуйста, предупреди меня в следующий раз. У нас были планы.
Ритм сердца начал приходить в норму. Кажется, буря медленно миновала. Сейчас мы вежливо попрощаемся и разойдемся в разные стороны.
- Планы? – агрессивно отозвался Богдан. Черт, видимо я расслабилась раньше времени. – Собралась знакомить моего ребенка со своим ёбарем?
Дыхание встало тяжелым комом где-то в груди.
Я схватила Машку за плечи и тут же рванула ее на себя.
На подсознательном уровне уже понимала, что последует за этими словами. Матвеев не останется в стороне.
Затылком почувствовала дуновение ветра от резких движений за спиной. Боковым зрением выхватила картинку разъяренного парня, со скоростью света летящего на Богдана.
А в следующий миг визг дочери:
- Мамааа! – прокричала Маша, прижимаясь к моей ноге.
Но собственное тело перестало откликаться на сигналы рассудка. Я встала как вкопанная, боясь даже пошевелиться и просто смотрела.
Смотрела, как Слава налетает на моего мужа и занеся руку оставляет на скуле Богдана звенящий тяжелый удар.
Тот, пошатнувшись в ответ, концентрирует рассеянный взгляд на мальчишке, и продолжает подло ухмыляться в ответ.
- Щенок. – прошипел он, будто только и ждал наступления.
Замахнулся и нанес ответный удар с нечеловеческой яростью. Слава почти увернулся, и крепкий кулак Богдана пришелся по шее, а не по лицу.
- Давно пора было тебе ебало начистить. – хладнокровный голос Матвеева прозвучал для меня будто из-под воды. Я наблюдала за ними как из стеклянного купола, где секунды тянутся как минуты и мгновения можно видеть только в замедленной съемке.
 
Богдан не стал дожидаться пока Слава ударит вновь. Не останавливаясь, замахнулся еще раз, и теперь его кулак впечатался прямо в нос Славы. В ту же секунду хлынули алые струи крови.
- Сука. – процедил мальчишка сквозь зубы и набросился на Богдана, словно безумный зверь.
- Мама, мне страшно! – только сейчас до меня дошло, что дочь плачет, прижимаясь ко мне.
Это заставило пылающий разум снова включиться.
- Хватит! – я заорала не своим голосом, но эффекта это не произвело. Мужчины насмерть вцепились друг в друга, и не желали прекращать драку.
- Идем. – я рванула Машку за руку и поспешила увести к подъезду. Наспех обняла холодными пальцами горячие детские щеки и быстро шепнула. – Стой тут. Все будет хорошо. Не бойся.
Затолкала дочку в подъезд и закрыла дверь.
За эти доли секунды мужчины успели повалить друг друга на землю и сейчас Слава прижал Богдана к асфальту, нанося один безжалостный удар за другим. Лица обоих украшали бурые кровоподтеки.
Все внутри меня болезненно сжалось. Заныло. Собственная беспомощность в такой ситуации не добавляла уверенности. Как их разнять? Не бросаться же третьей в их драку? В таком состоянии они наверняка не разберут кто есть кто, а значит высока вероятность что и мне перепадет один из крепких ударов.
- Пожалуйста! – прохрипела я жалобную мольбу, подбегая обратно к мужчинам.
В один миг зарядил дождь. Его шум будто изолировал от меня матерные слова и крики. Пелена ливня тут же разрослась до невообразимых масштабов.
- Господи! Да прекратите! – я все-таки подбежала к Матвееву, и уцепилась за рукав его голубой рубашки, которая сейчас была мокрой и грязной. Каким-то чудом он понял, что я прошу их остановиться и на секунду ослабил хватку.
Этой секунды хватило, чтобы Богдан взял реванш. Два хлестких удара тут же прошлись по лицу Славы. Парень пошатнулся и повалился на землю. Но Богдану и этого оказалось недостаточно.
Он проворно поднялся на ноги и тут же зарядил тяжелый удар в живот оппоненту. Мальчишка согнулся и сплюнул кровь, которая тут же смешалась с дождем и растеклась красной лужей.
Из моих глаз хлынули слезы.
- Богдан, пожалуйста! – состояние на грани истерики. Руки трясутся, а тело отказывается помнить инстинкты банального самосохранения. Я бросилась к мужу и ухватила край его пиджака. Пыталась оттащить, пока он вновь и вновь врезал носок своего дорогого ботинка в тело мальчишки.
А затем тяжелый удар локтем прямо мне в солнечное сплетение. Дышать стало больно, из глаз посыпались искры, и я сама отлетела на мокрый асфальт, лишь отдаленно понимая, что именно произошло.
Когда вновь открыла глаза, Матвеев уже крепко стоял на ногах. А лицо Богдана превратилось в одно кровавое месиво.
Удар. Еще удар. Я перестала их считать. Знала только, что с каждым последующим муж все больше перестает сопротивляться сопернику.
Его стеклянные глаза на миг прояснились, а затем вновь затуманились пеленой. Богдан отступил на шаг. Пошатнулся.
Еще шаг назад. И он медленно осел по стенке своей же машины прямо под ее колеса.
Что с ним? Я не пыталась подняться с асфальта. А Слава не пытался догнать Богдана следующей атакой.
Мы просто наблюдали как лицо мужчины из багрово - красного превращается в бледное. Он теряет координацию и перестает ориентироваться в пространстве.
- Мама! Папе совсем плохо! – голос Машки появился будто из ниоткуда. Я не заметила, когда она успела вышмыгнуть из подъезда. А может и вовсе меня не послушала и все это время наблюдала за дракой.
Но по крайней мере сейчас дочка неслась к отцу, растирая по щекам горячие детские слезы.
- Пааап. – захлёбываясь рыданиями, протянула она, садясь на колени рядом с Богданом. И я наконец-то нашла в себе силы подняться с асфальта.