Приёмыш на заклание

— Слушаюсь, сэр, — ответил один из полицейских и занял место за столом дежурного.
— Сюда, мистер Хамфри, — пригласил Перл.
Элтон Хамфри пошел в том направлении, куда ему указал начальник полиции. Казалось, что он не только нервничает, но и озадачен.
Два детектива, сидевших в комнате дежурного, встали и неторопливо пошли вслед за ним. Хамфри исподтишка бросил на них быстрый взгляд.
— Вон в ту дверь в конце холла, — показал Перл.
В сопровождении Перла и двух детективов Хамфри пересек холл, но у двери заколебался.
— Заходите и садитесь, мистер Хамфри. Я — сейчас.
Перл отвернулся и тихо заговорил о чем-то со своими детективами.
Хамфри нерешительно вошел в кабинет Перла. Полицейский, до этого дежуривший в приемной, сейчас стоял у окна, затачивая карандаш на машинке. На стуле рядом с большим вращающимся креслом начальника полиции Таугуса лежала тетрадь для стенографирования. Полицейский взглянул на Хамфри, подошел к стулу, взял тетрадь, раскрыл ее в ожидании и сел.
В кабинете был еще один стул — явно неудобный с прямой спинкой. Миллионер заколебался, но затем опустился на него.
Вскоре в кабинете появился Перл, обошел вокруг стола и тоже сел. Хамфри искоса взглянул на дверь, на матовом стекле которой виднелись силуэты детективов, оставшихся в холле.
— Вы все обставили весьма внушительно, мистер Перл, — улыбаясь, заметил Хамфри. — Можно подумать, что вы намереваетесь меня арестовать.
Вращающееся кресло заскрипело, ибо Перл, сердито хмурясь, откинулся на спинку.
- Мне, вероятно, следовало прийти к вам с адвокатом, — все в том же шутливом тоне продолжал Хамфри.
— Сегодня адвокат вам ничем не сможет помочь. Сейчас мы вам кое-что предъявим и послушаем ваше объяснение. Затем вы можете приглашать хоть десять адвокатов.
— Предъявите мне? — спросил Хамфри. — Наволочку, мистер Перл?
Перл встал, подошел к двери, распахнул ее и сказал:
— Дик!
Хамфри привстал.
Ричард Квин вошел в кабинет со свертком в коричневой бумаге.
—- Квин! — воскликнул Хамфри, переводя взгляд с лица старого инспектора на коричневый сверток и обратно.
— И вы, мисс Шервуд, — проворчал Перл.
Вошла Джесси.
— Мне следовало бы этого ожидать, — вставая, медленно проговорил Хамфри. — Мне следовало бы этого ожидать!
— Ну, а теперь, Дик, командуй ты. — Перл взглянул на стенографиста. — Гаррис, начинайте стенографировать.
Остро заточенный карандаш застыл в готовности.
— Если ты не возражаешь, Эйб, я положу это на твой стол.
Инспектор действительно положил сверток на стол, развязал бечевку, но не снял ее. Хамфри не мог оторвать глаз от коричневой бумаги. Квин выпрямился и посмотрел Хамфри в глаза.
— Это исключительно серьезное вещественное доказательство, мистер Хамфри. Вы очень не хотели, чтобы мы его нашли, и это не удивительно.
Хамфри как-то сжался и напрягся, словно готовясь к прыжку. Он все еще не сводил взгляда с коричневого свертка.
— Тут все, — продолжал Ричард Квин. — Эта улика не только полностью опровергает заключение следователя о смерти в результате несчастного случая, но и доказывает, что Майкл Стайлс Хамфри был умышленно убит, как мисс Шервуд все время настойчиво утверждала. Но и это еще не все, мистер Хамфри. Эта улика не только доказывает, что ребенок был убит, но и прямо указывает на убийцу.
Квин быстро повернулся и сорвал бумагу со стекла.
— Мисс Шервуд, — быстро сказал он, — порядка ради и для внесения в протокол, я хочу, чтобы вы опознали эту наволочку. Это та самая наволочка с подушки, которую вы видели на лице и груди Майкла Стайлса Хамфри вечером первого августа, когда обнаружили его мертвым?
Джесси подошла к столу.
— Да, та самая, — напряженно ответила она и вернулась на свое место.
Хамфри вздрогнул. Его бледность перешла в желтизну. Медленными, подпрыгивающими шагами он обошел вокруг письменного стола и уставился на закрытую стеклом наволочку.
— А вы были убеждены, что мы ни за что не найдем ее, правда? — мягко спросил Квин. — На ней есть отпечаток руки — в свое время его видела мисс Шервуд. Как вы можете убедиться, мистер Хамфри, это не просто отпечаток правой руки. Это отпечаток грязной правой руки, на которой нет первой фаланги мизинца!
 
Перл внезапно протянул свою огромную лапищу и схватил правую руку Хамфри. Он легко, словно у ребенка, разогнул мизинец, на котором не было фаланги.
— Вы — мерзавец, убивший двухмесячного ребенка, которому сами дали свое имя! — воскликнул Эйб Перл. — Уж теперь вам не удастся откупиться, Хамфри. Ваша песенка спета. С этой наволочкой в качестве вещественного доказательства вам не откупиться. Самый лучший и единственный выход для вас — сесть вот сюда и начать давать показания. Отпираться бессмысленно.
Он с отвращением отбросил руку Хамфри, показал на неудобный стул и отвернулся.
— Поздравляю, господин начальник. Вы сыграли свою роль превосходно!
Эйб Перл тут же снова повернулся к Элтону Хамфри, который стоял, улыбаясь. Никакой нерешительности в его улыбке теперь уже не оставалось, теперь это была злобная и ехидная усмешка.
— Что вы сказали? — переспросил Перл.
— Мне следовало бы заблаговременно предупредить вас о Квине, мистер Перл. Совершенно очевидно, его сумасшествие — заразное. — Хамфри принялся расхаживать по кабинету, с отвращением посматривая вокруг себя, как если бы он находился в какой-то трущобе. На Квина и Джесси Хамфри не обращал никакого внимания. — Должен признать, что разыграно все, как в кинофильме. Бессмысленный обыск моего особняка. Неоднократные звонки по телефону. Вызов сюда — со скрытыми угрозами. Сыщики, готовые наброситься на злого серого волка, схватить его и запереть куда полагается. И наконец... — Миллионер презрительно взглянул на Квина и Джесси и на прикрытую стеклом наволочку. — И наконец, эти двое шарлатанов с их «произведением искусства». Это вы состряпали, Перл? Или это Квин? Наверное, Квин — с помощью своих добровольцев из бывших полицейских. Без умелых полицейских рук тут не обошлось. К сожалению, вы сделали ошибку. С первого же взгляда на ваше «доказательство» я понял, что это подделка. Но вы-то этого никак знать не могли, правда? И это все впустую. Весь труд, подготовка и расстановка декораций, превосходная игра, статисты за кулисами...
Элтон Хамфри подошел к двери в холл и распахнул ее настежь. От двери отскочили два детектива и, ничего не понимая, уставились на него. Хамфри рассмеялся.
— Можно брать его, начальник? — спросил один.
— Прочь с дороги, дурак! — крикнул Хамфри и быстро вышел.
— Ничего не понимаю, — сказал Квин.
Эйб Перл молчал. Стенографист Гаррис ушел еще раньше, и сейчас они были в кабинете втроем.
— Мне вообще не следовало впутывать тебя в это дело, Эйб. И вас, Джесси.
— Не говорите, пожалуйста, так, Ричард.
— До определенного момента он был у нас полностью в руках, — пробормотал Квин, обращая взор к наволочке на столе. — Мы поймали его, как рыбу на крючок, под самые жабры. Но только взглянув на наволочку, он сразу же сообразил, что все это инсценировка. В чем мы допустили ошибку? Может быть, что-то не так с наволочкой, Джесси? Не та ткань, не те кружева, не тот размер?
– Нет, Ричард, дело не в этом. Наша наволочка – точная копия исчезнувшей. Я видела ее много раз и неоднократно говорила миссис Хамфри, какая это красивая вещь.
– Может быть, мы что-то не так с нею сделали? Возможно, отпечаток помещен не там, где следовало бы...
– Насколько я помню, отпечаток находился именно там, где я просила мистера Кунцтмена поместить его.
– В таком случае мы что-то недоделали с наволочкой. В конце концов, вы видели ее всего в течение нескольких секунд и при плохом освещении. Предположим, на ней было нечто такое, на что вы просто не обратили внимание?
– Вероятно, да, – безжизненно ответила Джесси. – Теперь видите, как вы ошиблись, полагаясь на меня. Сейчас вы отдаете себе отчет, в какую историю я вас втянула?