Приёмыш на заклание

Дверь распахнулась еще до его звонка.
— Ричард, Джесси! — воскликнула Бекки Перл, горячо обнимая их. — Дайте-ка взглянуть на вас... Эйб, да они оба просто цветут! Ты видел когда-нибудь, чтобы люди могли так измениться за такое короткое время?
— Да уйди ты с дороги и дай им пройти, — проворчал ее муж. — Я совершенно не понимаю, почему ты не разрешила мне сразу открыть им дверь.
Миссис Перл так взглянула на своего супруга, что тот прикусил язык.
— Давайте сюда вещи, Джесси. Конечно, Эйбу нужно было настоять, чтобы вы приехали к нам до обеда. Он так глуп в некоторых вопросах!
Бекки ушла с Джесси, а Эйб провел своего друга в гостиную.
— Я уже перестал надеяться, что ты когда-нибудь приедешь. Что тебя задержало, Дик?
— Дневной свет. — И инспектор все так же осторожно положил свой сверток на обеденный стол. — Ты не возражаешь, если я закрою шторы?
— Ты разводишь такую таинственность! В чем дело? — Перл не сводил глаз со свертка.
— Давай подождем наших дам.
Квин тщательно прикрыл все шторы и занавеси, а потом подошел к столу и стал около него.
Оживленно болтая, вошли женщины. Однако, увидев выражение лица старого инспектора, Бекки Перл умолкла и уселась на стул в углу. Здесь же расположилась Джесси и сложила руки на коленях.
— Эйб, — заговорил инспектор Квин, — что ты скажешь, если я сообщу тебе, что нам в конце концов все же удалось найти неопровержимые доказательства, изобличающие Элтона Хамфри?
Начальник полиции Таугуса перевел взгляд с Квина снова на сверток.
— И они находятся в этом свертке?
— Да.
— Следовательно, все опять возвратилось ко мне. — задумчиво сказал Перл. — Давай взглянем.
Инспектор осторожно развязал бечевку и снял плотную обертку, а потом отступил в сторону.
— Боже мой, Дик! — воскликнул Перл.
Между двумя кусками толстого стекла была проложена наволочка, украшенная по краям кружевами; на ней были заметны следы складок, словно ее нашли скомканную, а потом пытались разгладить. Наволочка была сшита из дорогой материи, и кружева на ней стоили очень дорого. На наволочке явственно и неприятно выделялся отпечаток грязной мужской руки — хотя и несколько размазанный, но все же достаточно хорошо видный. Он находился почти в центре — след правой руки без верхней фаланги мизинца.
— Где вы это нашли? — требовательно спросил Эйб Перл.
— Как это тебе нравится, Эйб?
— Нравится? — Перл склонился над стеклом, озабоченно рассматривая наволочку. — Один этот изуродованный мизинец чего стоит! Я представляю, что скажет Меррик, когда увидит.
— По-моему, Эйб, тебе следует извиниться перед Джесси, а? — улыбался Ричард Квин.
— Конечно, конечно, мисс Шервуд! Нет, но я хочу видеть лицо Хамфри, когда он взглянет на наволочку! — ликующе воскликнул Эйб Перл. — Но ты, Дик, до сих пор не сказал мне, как ты это добыл.
— Очень просто. Мы сделали ее сами, — спокойно ответил Квин.
Перл от изумления раскрыл рот.
— Это самая настоящая подделка, Эйб, и, надо думать, хорошая, раз она произвела на тебя такое впечатление. Если нам удалось провести тебя, мы так же обманем и Хамфри.
— Нет, но подделка...
— Мы потратили целую неделю. Джесси обошла в Нью-Йорке сотню магазинов, прежде чем нашла точно такую же наволочку, как та... Джесси, я опять забыл, как называется это кружево?
— Хонитоновое. Наволочка же сделана из батиста. — Джесси взглянула на начальника полиции Таугуса. — Разумеется, мистер Перл, вы можете теперь взять свое извинение обратно.
Перл нетерпеливо махнул рукой.
— Рассказывай дальше, Дик.
— Один из моих приятелей — Пит Анжело — отправился в Бостон. У Хамфри изуродован мизинец, и мы решили, что он шьет себе перчатки на заказ. Наше предположение подтвердилось: Пит нашел его перчаточника. У него оказалась пара перчаток, сделанных для Хамфри, но не понравившихся ему. Потом мы обратились к Вилли Кунтцмену — в свое время одному из лучших специалистов нашей технической лаборатории, — Квин улыбнулся, — а сейчас, конечно, пенсионеру, и он поработал на славу. Он сделал слепок правой руки Хамфри из пластмассы или из чего-то еще очень похожего на вид и на ощупь на кожу живого человека. Джесси описала виденный ею отпечаток. Вилли принялся за наволочку — и результаты его работы налицо!..
 
— Тебе не кажется, что ты идешь на риск?
Квин спокойно взглянул в глаза другу.
— Я готов к этому и хочу надеяться, что ты — тоже.
— Ты хочешь, чтобы я предъявил это Хамфри?
— Я хочу, чтобы ты проделал некоторую предварительную работу.
Перл задумался.
— Видишь ли, абсолютной необходимости в этом нет, в крайнем случае я могу справиться сам. Однако было бы гораздо эффективней, если бы начал ты. Преступление совершено на территории, находящейся в твоем ведении. Вполне естественно, если наволочку обнаружишь ты.
— Где?
— Нет никакой необходимости сообщать Хамфри, где; да он даже не подумает задать такой вопрос. Стоит ему только увидеть наволочку и он потеряет самообладание.
- Знаешь, Дик, это палка о двух концах, — медленно сказал Перл. — Ну, хорошо, Хамфри оставил на подушке отпечаток правой руки и отделался от наволочки прежде, чем подоспели мы. Но как? Мы скажем, что наволочка нашлась. Ведь Хамфри-то знает, что он с ней сделал. Может быть, он изрезал ее на мелкие куски и спустил в унитаз, а мы предъявим ее целенькую? Или просто сжег, а мы покажем ее ему? — Эйб Перл покачал головой. — Нет, этот трюк не годится. Он сразу же поймет, что мы морочим ему голову.
— Не думаю, Эйб, — спокойно возразил инспектор. — Я не был согласен с тобой и Мерриком в тот вечер. Маловероятно, чтобы Хамфри сжег наволочку, так как та августовская ночь была очень жаркой и камин не топился. Резать наволочку на куски тем более не требовалось. Она сшита из такого тонкого материала, что ее легко скомкать в маленький шарик. В таком виде он, конечно, мог спустить ее целехонькой в унитаз. Человек, только что убивший ребенка и понимающий, что сейчас к нему нагрянет полиция, — что бы там у него ни текло в жилах вместо крови — вряд ли начнет размышлять, как надежнее всего отделаться от такой улики. Я уверен, что в то время Хамфри думал только об одном: как бы сделать это побыстрее и попроще. Конечно, мой план связан с определенным риском. Однако, как мне представляется, мы имеем шансы на успех. Но, если ты не хочешь рисковать...
— Не говори глупостей, Дик! Разве в этом дело? — И Перл принялся щипать свою толстую нижнюю губу.
Квин молча ждал.
— Дело в том, Эйб, — послышался насмешливый голос Бекки Перл, — что ты, конечно, думаешь обо мне.
— Ну знаешь, Бекки, — крикнул Перл, — хоть ты-то оставь меня в покое!
— Или, может быть, я заблуждаюсь, и ты думаешь только о себе и о своей работе?
— Бекки! — заорал ее супруг.
— Беда в том, дорогой, что в Таугусе ты уже начал прокисать. Работа здесь совсем не беспокойная, ты раздобрел, растолстел и распустился.
— Бекки, ты можешь не лезть в чужие дела?
— Как ты себя почувствовал, если бы убили не того маленького мальчика, а Донни или Лоренса?
- Да что ты мне суешь в нос моих внучат! — Эйб Перл с такой силой бросился в мягкое кресло, что пол в комнате заходил ходуном. — Ну хорошо, Дик! Выкладывай свой план.
На следующее утро две полицейские машины промчались по дамбе на острове Нэр и подкатили к особняку Хамфри. Из машины выскочили восемь детективов и полицейских из Таугуса во главе с Перлом.
Садовник-сторож Столлингс, стоя на коленях посреди клумбы, сажал луковицы.
— Опять что-нибудь произошло, начальник?
— Тебя это не касается, Столлингс, — сердито ответил Перл. — Занимайся своим делом. Борчер, ты вместе с Тинни займешься домом. Все остальные расходятся по усадьбе и тщательно ее обыскивают; все знают, что мы ищем. Один из вас отправится на пляж и будет присматривать за землечерпалкой, на случай, если там окажется то, что нам нужно.