Туманная радуга (СИ)
— Нет, но когда мне было лет десять, я пару раз играла в футбол в нашем дворе.
— В вашем дворе жил Жозе Моуринью?
— В смысле?
— Ну кто-то же научил тебя бить в девятку.
— Меня тренировал парень, который где-то потерял фалангу от мизинца, и поэтому все называли его «Девять и три четверти». Он был очень хорош в игре. Не помню, как его настоящее имя, но, скорее всего, не Жозе.
Вероника немного слукавила. Она действительно играла в футбол во дворе, но это было не пару раз, а все лето. В то время ее родители целыми днями трудились над важным проектом в своем НИИ, а подруги как назло разъехались кто куда. С неделю просидев дома, Вероника решила выйти во двор. Она села на лавочку перед импровизированным футбольным полем и стала наблюдать за игрой мальчишек. Потом снедающая скука придала ей мужества, и она решилась попроситься в игру. К ее удивлению, никто не стал возражать. Так началась ее скромная «карьера» в дворовом футболе.
Воспоминания вихрем пронеслись в голове, вызывая на лице легкую ностальгическую улыбку. Но рассказывать обо всем этом Тимуру у девушки не было никакого желания. Он все равно считает ее ни на что не способной идиоткой, так что пускай думает, что хочет. Но втайне ей все же хотелось, чтобы теперь в его глазах она стала немного лучше. Возможно, он даже решит, что у нее природный дар к футболу, и это придаст ее персоне хоть какой-то значимости в его глазах.
Тимур еще немного повыпытывал у нее правду насчет футбольных секций, а затем спросил, нравится ли ей футбол в целом, любит ли она смотреть матчи по телевизору и болеет ли за какую-нибудь команду. Из чистого принципа на все вопросы она ответила отрицательно. После этого он сменил тему и принялся рассказывать разные смешные истории про своих одноклассников.
При каждом легком дуновении ветерка Вероника ощущала запах его духов и пьянела с каждым новым вздохом. Она даже не могла уследить за ходом его мысли, из-за чего смеялась невпопад и наверняка выглядела еще глупее, чем обычно.
Постепенно они дошли до поворота, ведущего к автобусной остановке. Идти оставалось всего ничего, и Вероника еще немного замедлила шаг. Ей не хотелось расставаться с Тимуром, ведь возможно сегодня — последний раз, когда они вот так гуляют вдвоем. Погрузившись в свои мысли, она снова упустила начало его фразы.
— Не знал, что тебе нравится Queen, — сказал он, вероятно имея в виду сегодняшнее утро. — Я узнал песню, она часто играет у отца в машине.
Веронике стало ясно, что он ни разу не читал информацию в ее профиле, хотя они были друзьями ВКонтакте. При этом сама она наизусть знала все его предпочтения. Ей стало обидно.
— На моей странице в ВК об этом написано, — с укором в голосе сказала она, тут же пожалев об этом.
Тимур пожал плечами:
— Я особо не вчитывался. Обычно у вас у всех там Дима Билан, Сумерки и все такое. Тебе же нравится Дима Билан?
— Да, очень, — вспылила Вероника.
Она не имела ничего против подобной музыки, но в ее профиле не было ни единого упоминания о Диме Билане.
— Окей, тут не попал, — развел руками Тимур. — А что насчет «Сумерек»? — Вероника повернулась к нему с мрачным выражением лица. — Типа, не смотрела? Да ладно? Там же этот… Роберт Паркинсон!
Вероника не выдержала и расхохоталась. А за ней и Тимур. Вся неловкость между ними сразу куда-то исчезла, им вдруг стало легко и весело вместе. Они оба это почувствовали.
Тимур начал рассказывать разные смешные истории про свою футбольную команду, про своего рыжего друга Валеру Шелепова и про своего пса породы «корги» по кличке Диего. Вероника не знала, что у него есть собака, да еще и той самой породы, которая ей всегда нравилась. Оказалось, что Диего — еще щенок, которому недавно исполнилось четыре месяца, а домой к Тимуру его привезли только вчера. Вероника тут же представила, как они вдвоем гуляют по парку вместе с Диего. Она не сомневалась, что эта прогулка возможна лишь в ее воображении, поэтому не видела ничего плохого в своей чрезмерной мечтательности. По крайней мере, в мечтах она была по-настоящему счастлива.
Они дошли до автобусной остановки, и Вероника остановилась, чтобы попрощаться. То ли ей показалось, то ли Тимур действительно был немного расстроен тем, что их прогулка подошла к концу. «Конечно, показалось» — подумала она.
На остановке находился торговый ларек, где продавалась всякая всячина. Пока Вероника ждала свой автобус, Тимур что-то там купил и положил в карман куртки. Девушке стало немного обидно, что он даже не спросил, не нужно ли ей чего-нибудь. Она бы все равно отказалась, но зато в ее глазах он бы остался воспитанным парнем.
— Ладно, пока! — сказала она, когда нужный автобус подошел к остановке.
Тимур достал из куртки большую плитку молочного шоколада и протянул ей:
— На, съешь по дороге. После напряженной игры бывает полезно.
Ему каким-то фантастическим образом удавалось сначала испортить все впечатление о себе, а в следующее мгновение вновь стать лучшим парнем на свете.
— Спасибо, — смущенно пробормотала Вероника, почувствовав на щеках предательский румянец. — Моя любимая!
В тот момент она и сама поверила, что это действительно ее любимая шоколадка, хотя это было совсем не так. Тимур лучезарно улыбнулся и помахал ей рукой на прощание.
Всю дорогу домой Вероника пребывала в привычном для нее состоянии прострации. Шоколадку она так и держала в руках, подумав, что съест ее только под самый конец срока годности. А до этого, просто будет любоваться на нее. Затея была — глупее не придумаешь, но ей было все равно. Это будет их с шоколадкой секрет. А шоколад, как известно, умеет хранить тайны.
Cereal Guy
Подойдя к своему подъезду, Вероника увидела знакомый белый Мерседес. На лавочке сидел Петя, один из Риткиных ухажеров. Он ел мороженое и тяжело вздыхал, периодически поглядывая на окна второго этажа в ожидании появления там Ритки.
— Привет, Петь. А чего не поднимаешься?
— Так на домофон никто не отвечает. Вот, сижу жду. Может, Ритуля в магазин отошла. Хочу ее в киношку сводить, а потом в рестик какой-нибудь.
Гена слишком часто употреблял уменьшительно-ласкательные формы слов, и Вероника прекрасно понимала, почему он так раздражал тетку.
— Ой, я совсем забыла! — всплеснула она руками. — Рита же меня предупреждала, что сегодня задержится в офисе допоздна. У нее там какой-то сверхважный проект, так что тебе нет смысла ждать. В другой раз сходите.
— Перед тем как ехать сюда, я звонил ей на работу, — с подозрением прищурился Петя. — Мне сказали, что она сегодня работает из дома.
— Петя, ты, кажется, невнимательно меня слушаешь. У нее очень важный проект. Возможно, важнейший в ее жизни. Конечно же, она попросила секретаря говорить всем, что ее нет на месте. У нее ведь дел невпроворот! Дай угадаю, мобильный у нее тоже не отвечает?
— Ага, абонент не абонент. — Петя обреченно развел руками. Подтаявший шоколад плавно сполз с одной стороны пломбира и упал на асфальт. — Но у нее так всегда. Наверное, она добавила меня в черный список.
Вздохнув, он поднялся со скамейки. Остатки пломбира полетели в урну. Веронике стало его жаль.
— Петь, не расстраивайся, обещаю, я с ней поговорю по поводу вашего похода в кино и ресторан.
— Спасибо, — слабо улыбнулся он и вытащил с задней сидения машины огромный букет роз. — Передашь ей, когда она придет? Если, конечно, она еще себе никого не нашла…
— Обязательно передам. И нет, никого она не нашла. Тебе не о чем беспокоиться — от мужчин Ритку прекрасно защищает ее характер.
На пороге квартиры, уперев руки в бока, Веронику встречала тетка. Желваки на ее щеках ходили туда-сюда.
— Как же он меня достал! Тысячу раз ему говорила, что терпеть не могу долбаные веники, а он тащит и тащит их каждый раз. Все девушки любят цветы, — Ритка начала карикатурно изображать Петю, — а если девушка говорит, что не любит их, то она просто заигрывает! Еще и шоколадку купил, прекрасно зная, что у меня аллергия.