Туманная радуга (СИ)
Дальше Вероника уже ничего не видела и не слышала. В голове стоял белый шум, в глазах рябило. Как она должна работать в команде с Тимуром, если в его присутствии ее бросает то в жар, то в холод, тело отказывается повиноваться, а мозг работать??
Тимур как в замедленной съемке приближался к их с Зинаидой парте. Магомедова с Бурденко, которые сидели впереди, развернулись к ним и вполне дружелюбно предложили потренироваться всем вместе в задней части кабинета. То же самое было предложено и подошедшему к ним Ханину.
Сегодня Тимур был особенно хорош. Вероника даже не сомневалась, что когда-нибудь он станет настоящей звездой футбола. По-другому и быть не могло с таким-то телосложением. Чтобы более-менее контролировать весь спектр эмоций, который вызывал в ней Тимур, она старалась смотреть в пол или на девчонок. Это начало действовать, и через минуту ее сердце уже перестало отбивать ритм, словно оно было танцором диско, устроившим сумасшедшую вечеринку в грудной клетке. Дыхание нормализовалось, мозг начал воспринимать слова окружающих. «Найти бы еще способ не чувствовать его запах… Может быть, надеть противогаз?»
У их группы оставалось чуть больше трех минут на подготовку. Тимур предложил девушкам потренироваться без него, якобы он в это время проконтролирует, все ли сделано верно. На счет три, все девушки затаили дыхание, зажмурили глаза, на ощупь вытащили свои противогазы из сумок и, держась за нижнюю часть, надели на голову. Затем все сделали выдох, быстро проверили нет ли перекосов, складок и хорошо ли навинчена гайка соединительной трубки. Самой последней с этим справилась Бурденко, потому что у нее возникли проблемы с волосами, но даже с учетом этого, их группа выполнила норматив за одиннадцать секунд.
— Как два пальца обоссать, — деловито сказала Зинаида, убирая свой противогаз обратно в сумку. Тренироваться еще раз она явно считала лишним. Магомедова и Бурденко переглянулись, но свои эмоции по поводу сказанного Зинаидой благоразумно сдержали. Та исподлобья взглянула на Тимура и добавила: — Давай теперь ты. Иначе, чую, ты как якорь потащишь всю нашу команду ко дну.
Ухмыльнувшись, Тимур по команде сделал все то же самое, только у него это заняло всего восемь секунд. После этого он поднял на Зинаиду самодовольный взгляд. По выражению лица подруги было видно, что она приняла его негласный вызов и теперь жаждет побить его рекорд, когда всех вызовут к доске.
«И как ей удается быть такой невозмутимой, когда она смотрит ему прямо в глаза??». Вероника вновь почувствовала помутнение рассудка и, чтобы сбить этот эффект, принялась глазеть по сторонам. Случайно она встретилась глазами с одноклассницей Тимура Аленой Романовой. Та почему-то недовольно скривилась, а затем отвернулась.
Время на подготовку подошло к концу, и Владимир Олегович вызвал к доске первую группу с Аленой в составе. При выполнении норматива та запуталась в своих волосах, из-за чего никак не могла совместить очки противогаза с глазами. Поняв, что не уложилась в двенадцать секунд, она со злостью сорвала противогаз с лица.
Зинаида шепнула на ухо Веронике, что не лишним бы было завязать волосы в хвост, чтобы подобно Алене не попасть впросак в самый ответственный момент. То же самое она с неохотой сказала и длинноволосой Юле Бурденко, после чего вся группа направилась к доске.
Оказавшись лицом к классу, Вероника вдруг осознала, что ее беспокойство и неловкость сразу куда-то ушли. Наверное, на руку сыграл опыт игры в театре, который навсегда отучил ее бояться сцены. Учитель дал команду, и их группа слаженно справилась с заданием, уложившись всего в десять секунд. Первым, к досаде Зинаиды, все равно оказался Тимур, но она отстала от него буквально на мгновение. Пока Владимир Олегович нахваливал их за отличную работу, каждый начал снимать свой противогаз. Делать это тоже следовало по определенному алгоритму. Вероника потянулась к клапанной коробке противогаза, но ее остановил Тимур.
— Погоди, не снимай, — шепнул он. — Пускай Ласточкин нас сфоткает.
Она сразу же густо покраснела, потому что его шепот пробудил внутри нее доселе не знакомые ей ощущения. Ей даже стало стыдно за свои мысли. Хорошо, что противогаз надежно скрывал от класса ее красное лицо. Тимур подошел к ней вплотную и приобнял за плечи. Ласточкин уже был тут как тут, с телефоном наготове. Он сделал пару кадров и, удовлетворенно кивнув, сел на место.
Вероника чувствовала себя противником Сабзиро в игре «Мортал Комбат». Все ее мысли и чувства были заморожены. Медленно сняв противогаз, она аккуратно сложила его в сумку и направилась к своей парте. В голове стоял белый шум. Тимур был первым, к кому она почувствовала влюбленность. Он сводил ее с ума, выбивал из колеи. Раньше она никогда не имела дел с парнями, и эти первые, пускай даже шуточные объятья, стали настоящим испытанием для ее рассудка.
— Романова метает в тебя молнии, — шепотом сказала Зинаида, когда они сели за парту. — Ты бы видела, как ее перекосило, когда вы с Ханиным фоткались. Я одного не понимаю: чего вы все в нем находите??
Вероника витала где-то очень далеко, но это ничуть не смущало подругу.
Та резко сменила направление беседы и принялась увлеченно рассказывать про сцену в каком-то новом корейском сериале, которая очень ее рассмешила. Периодически она останавливалась и со смехом комментировала происходящее у доски.
— Не, ну ты глянь, Каспраныч, вот же несчастные идиоты, со второго раза не могут сдать! Бедный Владимир Олегович! Как будто в коррекционной школе преподает, ей-богу!
— Угу, — вяло откликнулась Вероника.
Она смогла окончательно вернуться с небес на землю, только когда прозвенел звонок. Проходя мимо третьей парты, она мельком взглянула на Романову, и та ответила ей долгим враждебным взглядом.
В это же мгновение Зинаида подошла к Алене со спины и, положив руку ей на плечо, шепнула:
— Ты чего-то хотела, Романова?
Вздрогнув, Алена обернулась и непонимающе уставилась на Зинаиду.
— От тебя?
— От Каспраныча. — Зинаида указала на растерянную Веронику.
— Да нет, ничего не хотела, — ответила Алена и недовольно поджала губы.
Ей повезло, что Зинаида этого не видела, иначе диалог так быстро бы не закончился.
— Ну вот и славненько. — Зинаида похлопала Алену по спине и направилась к выходу. — А то, если че, обращайся в следующий раз ко мне. Я тебя проконсультирую.
Удалившись с подругой на значительное расстояние от кабинета, Вероника воскликнула:
— Зачем, Зин? Она же ничего мне не сделала…
— А затем, что ты позволяешь этим дурам смотреть на тебя, как на девочку для битья. Я просто показала ей, что к чему. А то она и меня уже успела выбесить своей недовольной мордой.
Веронике стало за себя стыдно. Если бы не грозная Зинаида, неизвестно как окружающие позволяли бы себе к ней относиться. И это при том, что в их лицее учились одни безобидные ботаники. Даже представить страшно, что бы с ней могло случиться в обыкновенной школе.
Восприняв молчание подруги по-своему, Зинаида смягчилась и мягко стукнула ее в плечо.
— Ладно тебе, Каспраныч, не расстраивайся. Они все, как шакалы, чуют слабину и сразу же хотят самоутвердиться за твой счет. А ведь ты на моей памяти никому слова дурного не сказала. Так что пускай сначала попробуют обидеть меня.
— Думаю, с тобой мне точно нечего бояться, — улыбнулась Вероника. — Вряд ли кто-то осмелится нагрубить мне, когда ты рядом. Хотя я вообще не понимаю, почему они так ко мне относятся. Я ведь и правда никогда не делала им ничего плохого. Никому из них!
— Знаешь, с такой внешностью ты, конечно, должна быть той еще стервой. Я бы тогда с тобой не общалась, но зато тебя бы точно никто не обижал. Может, попробуем сделать из тебя лжестерву? Останешься все той же безобидной Вероникой, но на публику будешь изображать из себя бешеную сучку. Как тебе идея, а? Все сразу отвалят, гарантирую.
— Предложение неплохое, но его следует обдумать… Я как-то не очень уверена, что смогу изображать из себя стерву. Я ж даже не знаю, как они разговаривают.