Иномирянка для генерала (СИ)

План был продуман его матерью еще давно, но стал приводиться в исполнение, после того, как Рагнар забрал с собой камень судьбы. Должны были погибнуть Артур Ларсен и Лаур-Катон, которые в будущем могли бы сильно помешать Катапей-Катафа менять судьбу всего мира. Лайя, у которой появилось чувство осознания произошедшего, в спешке вернулась в свой мир, едва ли не сгорая в агонии от безудержной тоски по любимому мужчине, которого убила собственными руками. В том мире остался единственный сын, которого она очень любила, но почти никогда не приходила к нему, боясь привязаться, и считала, что никогда не сможет покинуть его из-за своей привязанности.
Плакала, понимая, что любимый мальчик, в приступе ярости, вытащит на свет тот самый проклятый меч, принадлежащий роду Ларсенов уже несколько столетий. Проклятие, которое с трудом поборол и запер в мече Артур, грозилось вновь вернуться и вырваться на волю, подчиняя себе её сына. Особенность бабушки, передавшаяся в детстве, видеть больше, чем другие люди, привела убитую горем Лайю к юной девчушке, которая стояла на тропинке подле разговаривающих взрослых, и сжимая в руках пушистую игрушку белку, улыбалась, думая о чём-то своём. Улыбалась так ослепительно и открыто, что Лайя поняла: именно эта девочка в будущем спасет Рагнара от смерти и поможет избавиться от проклятия. С ней он обретет счастье, и они вместе пройдут сквозь все невзгоды и беды. Слёзы неождиданно стали щипать глаза и я больше не могла держать их открытыми. Крепко зажмурилась, и, прикусив до крови губу, потеряла сознание. Проснулась через какое-то время, и не открывая глаз, прислушалась. Вокруг было тихо и спокойно, я ощущала, что лежу под теплым одеялом на мягкой кровати. В воздухе витал аромат успокаивающих трав, и нестерпимо сладко пахло фруктами. Тяжело сглотнув, я поняла, что с удовольствием заточила бы пару яблок или груш. Да ладно, всё миску бы съела и глазом не моргнула.
Открыв глаза, увидела, что нахожусь в небольшой комнате, а слева от меня, в кресле удобно устроился Асхан с книгой в руках. Подле него на столе стояла та самая миска с фруктами, но я уже потеряла к ней всякий интерес, широко округлив глаза от резкого осознания, что Амор является читателем душ. — Асхан! — подгоняемая страхом, я подскочила на кровати, заставив герцога вздрогнуть от неожиданности, а после чего быстро подойти ко мне и сесть рядом, — Асхан… — Что такое? Как ты себя чувствуешь? — Амор даже не поморщился, когда я со всей силы вцепилась двумя руками в его большую ладонь. — Смотри, Асхан, смотри, что я узнала! — я прикрыла глаза, прокручивая в голове всё, что увидела на острове свободы. Надеялась, что эти воспоминания герцог сможет показать Стейн-Каннету и наконец-то наш король прозреет и перестанет считать нас предателями всея Руси, то есть всея Разии. — Невероятно… — герцогу хватило меньше минуты, что увидеть всё, что я хотела показать. Он с жалостью сжал мои ладони, а второй рукой прикрыл лицо, пытаясь обдумать, то, что увидел. — Ты сможешь показать это королю? — спросила крайне осторожно, но с огромной надеждой. — Могу, конечно, могу. И даже больше, отправлюсь, сегодня же, — видя, с каким подозрением я на него смотрю, убрал ладонь от лица, и серьезно произнес, глядя мне в глаза, — Судьба творит что-то невозможное с людскими жизнями. Стейн-Каннет увидит всю правду до последней крупицы, даже если… — Ты мне зубы не заговаривай, — я перебила мужчину и легонько шлепнула его по руке, — Почему ты сказал, что отправишься, а не отправимся? Разве мы не должны пойти все вместе? — Произошло кое-что из рук выходящее, — Асхан на несколько секунд отвел взгляд, собираясь с мыслями, а потом вновь переключил внимание на меня, — Рагнар взбесился, чуть ли не убил последнюю из нимф и силой заставил перенести его к прямо к вам, туда, где бы вы не находились. Вы вернулись все вместе, без камня судьбы, Рагнар посчитал, что он нам не к чему. Ты была без сознания, поэтому было решено ждать, пока ты очнешься, только потом совместно обдумывать план. Ночью он сбежал, оставив записку… — Покажи! — я вновь перебила Амора и требовательно подскочила, скидывая одеяло. Когда Асхан передал мне рваный клочок пергамента, я выпятила нижнюю губу, вчитываясь в мелкие буквы. "Ушел порталом по следу Курамье. Костьми лягу, но заберу у него камень сокрытия. Вернусь, как только смогу. Не вздумайте ничего предпринимать до моего возращения, дайте мне максимум три дня. Не вернусь, действуйте, как посчитаете нужным. Гарнизон в вашем распоряжении. Рагнар Ларсен." — Ну и подпись у него конечно, — я вглядывалась в огромную завиватую закорючку, поставленную рядом с именем. Взгляд зацепился за слово "гарнизон" и я истерично взвизгнула, бросаясь к Асхану и размахивая клочком пергамента, словно флагом, — Он что, оживил свой гарнизон? У него теперь в распоряжении целая армия трупов? — Боги с тобой, конечно нет, — герцог позеленел от моего предположения и удержал меня одной рукой, видя, как я пытаюсь акуратно улизнуть из комнаты, — Катапей-Катафа обманул короля, возможно опаил тем же кровавым отваром, что и мать Рагнара. Он убедил его и совет, будто Рагнар предал королевство и перебил свою армию, даже предоставил какие-то доказательства. — И воспоминания Курамье и его подельников, — я глубоко дышала, пытаясь успокоиться, — Помнишь, тот боевой маг сказал, что его память показывает другие события? Будто Рагнар предатель и пытался подставить Курамье. — Помню, вероятно, среди его людей есть… — его глаза вспыхнули на несколько секунд зловещим огнем, отчего я громко ойкнула, но Амор посмотрел на меня своим спокойным взглядом и пояснил, — На самом деле его гарнизон цел и невредим. Людей заперли особым магическим заклинанием, но Рагнар без труда его снял. Он вернулся в крепость, чтобы почтить память погибших, но они на самом деле оказались живы и здоровы, так что было решено перенаправить армию в тайную крепость в лесах под столицей, где мы и находимся. Идём, найдем Леру и Легро. — Асхан… — я придержала мужчину за руку, и, поймав его вопросительный взгляд, неуверенно переспросила, — Ты сказал, что среди людей Курамье есть кто-то, способный управлять воспоминаниями? Кто это? Герцог остановился. Поджал губы, будто не хотел ничего мне рассказывать, но заметив мой печальный взгляд, сжалился над ничего не знающей мной. — Ахан Амор, мой брат-близнец, стиратель душ. Из-за его слов у меня даже волосы на голове зашевелились.
   
Глава 35. О дружбе и любви
 
— Не хотела бы я встретиться со вторым тобой, — я поёжилась, держась за локоть Асхана, пока мы шли по полутемному коридору, — Еще и стирателем душ.
— Согласен, тоже нет никакого желания его видеть, — мужчина приоткрыл дверь, пропуская меня вперед, — Нас постоянно путают, это очень утомляет.
— А я точно вас не перепутаю, — хвастливо вздернула нос, и, войдя в помещение спиной, чтобы видеть лицо собеседника, запнулась об огромный железный сундук, — Черти вас дери!
— Осторожно, — Асхан успел меня поймать, удержав за плечо, и, не обратив внимания на ругательство, прикрыл дверь, поглядывая с интересом, — И как бы ты нас сумела различить? Мы похожи, словно две капли воды.
— А ты посмотри на себя в зеркало, — пока герцог зажигал свечи, я ткнула пальцем в огромное напольное старое зеркало, скромно стоящее в углу крохотного закутка, среди огромных ржавых сундуков, — Ну, кого видишь?
— Себя, кого же ещё, — Асхан задумчиво оглядел своё тусклое из-за неровного света свечей отражение, — Что ты хочешь сказать, Ева?
— Я хочу сказать, кого вижу я, — добродушно наклонила голову в его сторону, касаясь мужского плеча своей макушкой, — Вижу сильного телом и духом герцога Амора, всегда спокойного и уверенного.
Мужчина прислушался к моим тихим словам, упорнее всматриваясь в своё отражение. Огни свечей колыхнулись, словно от лёгкого сквозняка, а деревянная рама зеркала несколько раз чуть слышно звякнула. Зеркальная гладь пошла мелкой рябью, но я почти не испугалась, продолжая уверенно смотреть вперёд. Резко появился второй высокий силуэт, который действительно ничем не отличался от Асхана: то же плотное телосложение, чёрные волосы, убранные в хвост, серые глаза. Человек не двигался, и я поймала себя на мысли, что вряд-ли Ахан Амор нас видит.