Второй шанс для «старушки» (СИ)

— Лилия, ты не понимаешь? Что значит твое слово против слова графа? — снова зло выплюнул он.
— Но мы не можем просто так ничего не делать! — нервно погрызла я ноготь. — А тебе надо перестать злиться и подумать над дальнейшими действиями.
— Я злюсь не из-за этого. Она моя пара. Я почувствовал еще на подлете, не думал, что это она. Но дракона не обмануть. — Он встал и прошелся по комнате. — Тут еще вот что. Мой брат задержится в столице, у него появилось какое-то срочное дело. До лета точно не приедет. Поэтому расследование затянется. И с сиротским домом не все так просто.
— Ну, раз дела, пусть разбирается. Потом все, что у нас накопится, на него скинешь. Ты ему так и передай — мол, закопался, не вытяну сам.
Вдруг из-под кровати вылез щенок и ткнулся мне в ногу холодным носом, поскуливая.
— Ты чего? — спросила я малыша, присаживаясь на корточки.
— Это он дракона чует. Страшно ему, — ответил Ник на мою возню со щенком. — Я отправлю сегодня братишке отчет в столицу и обязательно потребую его приезда. А за графом надо будет установить наблюдение.
— Вы уж разберитесь как-нибудь побыстрее. И девушку надо бы подальше от отца убрать, вдруг со свету изжить захочет.
— Я подумаю об этом. В любом случае надо все обсудить с Мией.
— Вот и хорошо. Но ты знай: если что, мои двери открыты.
— Спасибо тебе. Я рад, что не отдал тебя тогда архимагам.
— Спасибо, что не отдал, — улыбнулась я. — Пригодилась. А теперь пошли на кухню, я тебя покормлю. У меня еще много дел. На сегодня четыре комнаты заказано, семь человек оставили заявки, торговцы едут из столицы.
Мария уже вовсю хлопотала с мытыми овощами и зеленью. Ева помогала все нарезать. Увидев нас, она немного засмущалась и вышла во двор. Неловко чувствовала себя девчушка при таких птицах, а точнее, драконах высокого полета.
Мы потушили мясо со специями и сварили свекольник на кости. Получился наваристый, сытный.
Хорошо, Маша сходила утром к пекарю, та прислала четыре больших круглых хлеба. На всякий случай я испекла пару шарлоток и пирог с вишней. Напекли пирожков, чтобы дать еды в дорогу гостям. Из остатков ягод и яблок я сварила компот. Отнесла поесть щенку.
Ник, взяв свою еду, ушел в комнату к девушке и до вечера не выходил. Оказалось, за это время они уже договорились о помолвке. Я порадовалась за них, хотя, на мой взгляд, это было поспешное решение. Но для спасения девушки лучше поторопиться, чем промедлить.
— Я принесу вам поесть, а то уже вечер. А тебе надо отправить свои показания в столицу, — ткнула я пальцем в Ника. — И пусть там не забудут о награде. Мне она о-очень сейчас пригодилась бы.
— Вот ты какая алчная, оказывается, — прищурился Ник.
— Почему это я алчная? — не поняв его шутки, пошла я в атаку. — Ко мне под опеку выпускники из приюта переходят, мне надо им комнаты приготовить, хотя бы кровати купить и матрасы. Или что, я не достойна награды за спасение графини? А по совместительству твоей будущей жены! — Я подбоченилась. — Ты только представь, что они могли сделать с ней, если бы я не оказалась там в нужное время.
— Все, все, помолчи, — замахал он руками, — достойна ты награды, еще и я подкину немного от себя. А теперь, пожалуйста, иди за ужином. — И он вытолкал меня за дверь под хихиканье Мии.
Как бы Николас ни просил брата о приезде, как ни старался, тот был весь в делах и даже награждать меня за спасение графини не приехал.
Зато приехал граф отчим, заказчик. С ним приехал казначей при его дворе, с ехидной улыбкой и хитрыми глазенками. Они отдали мне денежки, дождались, пока пересчитаю и поставлю подпись о получении, забрали дочь графа и отправились готовиться к скорой свадьбе.
Вот так-то вот. Ни фанфар, ни тебе красной дорожки.
Графа до свадьбы дочери оставили в покое, Мие ничего не сказали. А мы с ней очень подружились за эти пару дней. Умная девушка оказалась. Рассказала мне, что, когда я ее на облаке тащила, она очнулась. Проснулась от резкого запаха у туалета, когда проходили. Заверила, что никому не расскажет о моем даре. Раз Ник хранит тайну, значит, и она сохранит. Вместо пятидесяти золотых Ник накинул мне всего двадцать.
 
— Ну ты и скряга, — посетовала я на двадцать монет в руке.
Ник, рассмеявшись, шепнул мне на ушко:
— Вот бы познакомить тебя скорее с братом. Уверен, ты бы ему понравилась.
На что я быстренько ретировалась к себе в комнату, припрятать кровные денежки под матрас. Да и что уж говорить, удрала от неприятной темы. Не мне, старушке, по молодым мужикам бегать.
 17. Помощь человеку не канет в воду 
Так как у Ника теперь совсем не будет времени на занятия со мной, он обещал прислать переговорный камень. Чтобы я могла сообщать о прогрессе или просить какие-то книги, если вдруг откроется еще один дар.
На время пришлось забыть о ментальной магии, хотя обладать двумя силами и не знать, в какой момент их прорвет, было опасно.
Пока никак не получалось открыть воду. И огонь не загорался, просто нагревал воздух вокруг и ту же воду в кастрюлях, не более. Дар молнии подчинить оказалось тоже непросто. По цели никак не удавалось попасть, молнии били куда вздумается. А во время моих занятий с ними постоянно набегали тучи, погода портилась, и люди жаловались старосте на потопы в огородах. А поскольку водой я не управляла, то дождь убрать была не в силах.
Оказалось, когда я использую дар молнии, все зависит от моего настроения: чем больше злюсь, тем сильнее раскаты грома, а если расстроена, что было чаще, то дождь льет потоками.
Пахом хотел было вызвать архимага, не зная, что пакости исходят от меня. Благо до нас дошли вести, и мы перестали упражняться. С молнией Ник решил ждать приезда брата. Тот был одним из немногих стихийников с этим даром.
Хм, один из немногих, а немногих — это сколько? Я вспомнила столичного блондина.
Пошла вторая неделя последнего весеннего месяца и пятидесятый день моего пребывания в новом мире. И все идет все очень плодотворно.
У меня уже почти есть свой трактир, чтобы зарабатывать на жизнь, магия и спасенные от нищеты сироты. То ли еще будет, Лиля, то ли еще будет.
На деньги, что мне вручили, я решила набрать мебели в комнаты детям и себе.
Оказалось, в деревне есть и мастер по дереву, и кузнец, и портниха, и мясник, и пекарь. В общем, столько рукодельников, что и в город можно не ехать.
К местному столяру меня отвела Маша. Им оказался мужчина азиатской наружности с желтыми глазами, по имени Шень. Батюшки, везде китайцы наследили. Но оказалось, он не китаец, а полукровка человека и василиска, отсюда и разрез, и цвет глаз. Я еще поудивлялась, что мужчина без хвоста. Оказалось, полукровкам оборот не под силу, только единицам, и те не живут среди людей.
Мастер привел меня в мастерскую, где уже были готовые изделия. Там я купила шесть столов и шесть стульев в комнаты. И полки для книг, если дети решат почитать. Шкафы оказались маленькими, не то, что мне надо, пришлось нарисовать, какие нужно, и вести его в трактир, чтобы снял размеры.
Все купленное Шень привез сам на своей телеге, его сын помог погрузить, только разгружать пришлось у трактира нам самим.
Пока мастер снимал мерки для шкафов, я попросила еще снять и для кроватей. О цене договорились, оплата — частично сейчас, остальное — когда сделает. Смотивировала, так сказать, на быстроту действий.
Кровати померили односпальные. Одна такая у Шеня уже была, и мы ее тоже забрали для Евы. Старую кровать из ее комнаты пришлось разобрать и отволочь в дальнюю гостевую комнату. Поставили ей стол и повесили полку.
Поэксплуатировала мужчину, пока он находился с инструментом у нас.
У девушки разве что слезы не катились от радости.
Итого на мебель вышло восемь золотых и тридцать серебряных монет. Я отдала мастеру пять золотых и серебро, а три золотом оставила на остаток мебели, когда сделает. В результате из семидесяти золотых осталось пятьдесят один золотой и семьдесят серебром.