Любовь и расчет

Ник с такой силой сжал кулаки, что ногти впились в ладони. Защитив Уилла от обвинений в безумии, он почувствовал себя немного лучше, хотя по отношению к лорду Литтлтону, великодушно принесшему извинения, это выглядело на грани дерзости.
Литтлтона вскоре отозвал другой знакомый, и Ник получил возможность снова обойти зал, только теперь с еще меньшим чувством удовлетворения, чем раньше. Наверно, его ждет очень длинная ночь, в течение которой, надзирая за мисс Уэстбрук, ему придется гадать, как быстро лорд Баркли узнает то, что Ник от него утаил.
Ник занял место у одной из декоративных колонн, откуда открывался широкий вид на танцующих, особенно на то место в зале, где среди других матрон обосновалась леди Харрингдон со своим двором. Мисс Уэстбрук уже танцевала с каким-то незнакомым Нику господином.
Как жаль, что Эндрю не граф. Сколько времени понадобилось лорду и леди Харрингдон, чтобы оправиться от последствий отказа от досточтимого Чарлза? Сезон, не более. Если бы Блэкширы имели титул, он бы тоже мог сейчас разгуливать с Баркли, знакомиться со всевозможными политиками и создавать сеть знакомств для осуществления своих грандиозных амбиций, а не стоять столбом, избегая общества, и тайком надзирать за дочкой барристера, обладающей, к своему несчастью, несравненной красотой.
— Я бы на твоем месте нашла возможность привлечь ее внимание, — донесся голос с другой стороны колонны, испугав его, как внезапно взметнувшаяся в воздух стая голубей. — На расстоянии у тебя нет шансов.
— Миссис Симкокс. — Господи, он не видел ее уже несколько месяцев. — Я не имел представления, что вы здесь.
Она выглядела превосходно в зеленом с золотом наряде и драгоценностях, с золотисто-каштановыми волосами. Ее внешность, вернее, ее молодость, поразила его при первой встрече. В силу своей невежественности, услышав слово «вдова», он представил матрону, но никак не яркое создание с непомерным плотским аппетитом, старше его всего на несколько лет.
— Я тут играла в карты и, должно быть, не слышала, когда тебя объявили. — Она послала ему шаловливую улыбку, пробуждая всякого рода приятные воспоминания. — И «миссис Симкокс»? Я для тебя больше не Анна?
— Сомневаюсь, что ваш мистер Стюарт одобрит мое обращение к вам по имени.
Несмотря на добрые намерения, он против воли перешел на шутливый тон.
— Мистер Стюарт. — Она отвернула лицо в сторону и произвела громкий выдох сквозь сомкнутые губы. — Если бы ты не сидел затворником в своей норе, Блэкшир, то, вероятно, слышал бы, что мистер Стюарт вбил себе в голову, что я должна выйти за него замуж, и стал в связи с этим таким назойливым, что я послала его на все четыре стороны.
— Правда?
Ник повернулся к ней лицом, положив ладонь на колонну между ними.
— Истинная правда. — Она скользнула взглядом по его руке, прежде чем сосредоточиться на его лице, и приблизила к его ладони свою. — Ты все еще всецело принадлежишь вдове Марбери или же расширил круг своих знакомств?
— На самом деле я переживаю период затишья.
Миссис Марбери последовала вашему примеру и принимает респектабельное внимание одного известного джентльмена. Что касается новых знакомств, то я, похоже, последнее время не вызываю интереса у дам.
— Из-за брата, думаешь? — Она пренебрежительно взмахнула второй свободной рукой. — Умным женщинам до этого нет никакого дела, Ник. Если ты что и приобрел, так это заманчивую нотку непристойности вдобавок к своим остальным чарам. А их у тебя, насколько помню, великое множество.
Ее взгляд скользнул вниз по его фигуре, произведя такой же эффект, как если бы она проделала это пальцами.
Как же давно он не развлекался с женщинами, свободными от предрассудков. Он устал — хотя до сего момента не сознавал всей меры своей усталости следить за каждым своим шагом ради сохранения женской невинности, взаимной дружбы и доверия ее родителей. Он устал раскаиваться из-за так некстати случившегося поцелуя.
Ник откашлялся.
— К несчастью, чары, на которые вы ссылаетесь, имеют значение для женщины только в непосредственной близости. Но семейный скандал воздвиг на пути к этой близости существенный барьер.
 
— Глупости. Дамам нравится некая доля скандальности. Особенно ее обожают юные особы в красных платьях. Иначе надевали бы белое, не так ли? Либо какой-нибудь невинный оттенок розового. — Женщина убрала руку с колонны и, повернувшись, стала к ней спиной так, чтобы видеть танцующих. Ее плечо находилось в дюйме-двух от все еще лежащей на колонне ладони Ника. — Она на тебя поглядывает. — Стоя рядом, миссис Симкокс позволила своему голосу понизиться до сумеречных тонов. — Особенно теперь, когда ты со мной разговариваешь. Уверена, она считала тебя одной из своих побед, но теперь видит, что, возможно, поспешила с выводом. Таким образом, ее интерес к тебе удваивается.
— Анна, ты очень далека от истины, смею тебя заверить — Его слова окрасились смехом. Ник забыл, какое удовольствие ему доставляла эта женщина даже в простой беседе. — А поглядывает она на меня потому что мы знаем друг друга много лет. Я друг ее отца и, уверяю тебя, мы давно прошли с ней ту точку когда кто-либо думал о завоевании другого.
И было уже не важно, что ее вид в красном наряде едва не поверг его наземь.
Миссис Симкокс повернула к Нику голову. Она стояла так близко, что ему почудилось, будто он ощущает ее дыхание.
— Она видела тебя вблизи, разговаривала с тобой и не заинтересовалась?
Правая бровь женщины изогнулась в красноречивом сомнении относительно правдивости его утверждения или, возможно, относительно здравомыслия мисс Уэстбрук.
— С чего ей проявлять интерес? Она может беседовать со мной как с другом. И что это за сомнительное удовольствие лицезреть меня вблизи. Наши теперешние отношения позволяют ей это.
— И она находит это достаточным? Разговоры и взгляды с близкого расстояния? Я тоже была когда-то невинной девочкой, которая не представляла, что брачный союз может быть приятнее, чем просто терпимый, и не имела представления, как выбрать мужа, которой превратит обязанность жены в удовольствие — На ее губах вновь промелькнула улыбка, дразнящая и дерзкая. — Возможно, мне следует сказать твоей подруге слово или два на заданную тему и проверить, удастся ли пробудить в ней к тебе более конкретный интерес.
— Ты ничего такого не сделаешь. Это ни к чему. — Ник взял ее за локоть. — Идем лучше потанцуем. Надеюсь, что рядом с приличными людьми ты будешь вести себя прилично.
Они пошли танцевать, и напряжение в его мышцах под влиянием физического удовольствия ослабло. Вернее, оно было лишь одной из составляющих его радости. Он не только давно не находился в компании с женщиной, которая ничем не рисковала, общаясь с ним, но и, казалось, целую вечность не наслаждался обществом человека, который знал все его секреты и считал их не важными. Нужно было больше проводить времени с такими людьми. Теперь, когда ее ухажер мистер Стюарт получил отставку, он непременно воспользуется этой возможностью. Почему бы и нет?
Ник взглянул на мисс Уэстбрук. Она с партнером шла вдоль ряда пар, ожидающих начало танца. На этот раз он сумел послать ей невинную улыбку и не отвести глаз от ее лица. Сегодня он, как и собирался, порадуется ее триумфу, а если шальное настроение миссис Симкокс не изменится, то, возможно, ночью даже порадуется еще и триумфу собственному, а то и двум.
Оказывается, мистер Блэкшир все же танцевал. Сначала с дамой с каштановыми волосами в зеленом наряде, которая так долго с ним разговаривала, не скрывая своего интереса; потом с черноволосой леди с пышным телом, которой его представила первая дама. Следующий танец он простоял, смеясь, с виконтом в противоположном углу зала. Затем настал черед вальса, и он снова танцевал со своей первой партнершей с каштановыми волосами.
Нет, она не производила никаких подсчетов. Все эти танцы она танцевала, ведя светскую беседу со своими партнерами. Даже сейчас она бы вальсировала в кругу танцующих, если бы капитан Уильямс на том настоял. Но вернуться на место со скромным видом девушки, которой не придет в голову спрашивать у сопровождающей разрешение на тур вальса, представлялось более эффектным средством воздействия. Леди должна производить впечатление некоторой неприступности, чтобы, добиваясь ее, джентльмен получал удовольствие.