Сопротивляющийся вампир(ЛП)

– Выстрела нет, – тихо сказала Дрина.
– Нет выстрела? – Тайни и Тедди эхом отозвались друг от друга.
– Бо должна отдать тебе свои нано, – серьезно объяснил Харпер.
Когда Тайни вопросительно взглянул на Мирабо, она заколебалась, но потом открыла рот, выпустила клыки и поднесла запястье ко рту.
– Что ты делаешь? – спросил Тайни, хватая ее за руку, чтобы остановить. – Ты не должна кусать себя.
– Должна, – тихо ответила Мирабо.
– Нет, ты не понимаешь, – тут же ответил Тедди. – Тайни прав. Это не чертов фильм про вампиров. У Дрины есть иглы. Она может просто взять немного крови из тебя и выстрелить в Тайни, и, вуаля, дело сделано.
– Это не сработает, – заверила его Дрина. – Это будет просто кровь. Никаких наночастиц. Или, по крайней мере, их будет недостаточно, чтобы начать обращение.
– Что? – недоверчиво спросил старик. – Как это возможно?
Когда Дрина вздохнула, объяснил Харпер: – Подумай о них, как о крысах в клетке зоомагазина. Владелец магазина открывает клетку, протягивает внутрь лопатку, а все крысы разбегаются по углам клетки, чтобы их не вытащили из их милого безопасного домика. Наночастицы делают то же самое, когда что-то прокалывает нашу кожу иглой, ножом или клыками. Они запрограммированы держать на пике тело бессмертного, а они не могут этого сделать, если покинут тело. Вот почему вы не найдете их в слезах, моче, сперме или любом другом материале, который естественным образом покидает тело бессмертного. Так что если вы воткнете иглу в любого из нас, наночастицы немедленно эвакуируются из этой области.
– Нет, нет, нет, – твердо сказал Тедди. – Насколько я понимаю, нашу Элви обратили, когда какой-то вампир был ранен в аварии, и кровь просто попала ей в рот.
– Рана, подобная той, о которой ты говоришь, и Мирабо, разрывающая запястье, подобны тому, как кто-то срывает стенку крысиной клетки и переворачивает ее, выбросив содержимое. Это неожиданно. Наночастицы в этой области будут застигнуты врасплох и сметены потоком крови. По крайней мере, вначале, – сухо добавила Дрина. – Если рана недостаточно большая или она слишком медленно прижимает ее к его рту, ей придется сделать это дважды или даже больше, чтобы дать ему достаточно наночастиц, чтобы начать процесс.
– Варварский способ, – Тедди хмыкнул и покачал головой. – Не понимаю, почему бы тебе просто не смешать партию этих проклятых наночастиц и не сохранить их для превращения людей.
– Потому что никто не смог повторить этот процесс, – сухо ответила Дрина.
– Что? – Тедди изумленно уставился на нее. – Их сделали вы и должны быть в состоянии сделать еще больше.
– Только не мы, – весело сказала Дрина. – Наши ученые проверили их на морских свинках.
– Вы хотите сказать, что никто из ваших ученых не опробовал это на себе? – недоверчиво спросил Тедди. – В это трудно поверить. Это была их идея, и они, конечно же, хотели быть всегда молодыми и здоровыми. Наверное, поэтому они их и придумали.
– Возможно, – мягко сказала Дрина. – Но, очевидно, они не хотели рисковать, пробуя это сами, пока не усовершенствуют их на других, но Атлантида пала прежде, чем они решили, что они совершенны. Она пожала плечами. – Они все умерли осенью. Сегодня ученые пытаются воспроизвести этот процесс, но пока безуспешно.
– Так вот как вас обратили? – с ужасом спросил Тедди у Дон и Леоноры.
Обе женщины молча кивнули.
– Варварство, – с отвращением повторил Тедди, потом вздохнул и посмотрел на Мирабо. – Ну, тогда, я думаю, тебе лучше не затягивать с этим.
Она кивнула, но Тайни все еще держал ее за руку. Он неуверенно сказал: – Звучит болезненно.
– Не так больно, как обращение, – серьезно сказала она. – И я бы прошла через это и многое другое, чтобы сохранить тебя как свою половинку.
Тайни вздохнул и неохотно отпустил ее запястье. Мирабо не колебалась и не дала ему шанса передумать. Как только он отпустил ее руку, она поднесла ее ко рту. К тому времени, как ее запястье коснулось зубов, клыки уже вылезли наружу, и она впилась в него зубами, как собака, не только прокусывая плоть, но и разрывая ее, а затем, оторвала приличный лоскут, так что он свисал с ее руки, как порванный карман. Когда из открытой раны хлынула кровь, она повернула ее, чтобы прижать ко рту Тайни.
 
– Я принесу бинты, – пробормотал Харпер и направился к двери в ванную.
Дрина рассеянно кивнула, но ее внимание было приковано к Тайни. Несмотря на то, что он знал, что произойдет, внезапность и жестокость происходящего, казалось, застали его врасплох. Он инстинктивно попытался отстраниться, когда Мирабо прижала рану к его рту, но он почти сразу же взял себя в руки и позволил ей сделать это. И все же он поперхнулся, когда кровь хлынула ему в рот, без сомнения, не в силах подавить естественное отвращение при мысли о том, что придется пить чью-то кровь.
– Ты должен глотать. Постарайся расслабиться, – тихо сказала Дрина. Тайни встретился с ней взглядом поверх руки Мирабо. Увидев страдание в его глазах, Дрина инстинктивно скользнула в его сознание, чтобы помочь, успокоить его мысли и заставить его тело расслабиться, чтобы он мог проглотить как можно больше крови, прежде чем наночастицы остановят кровотечение.
Дрина понимала, что в его голове, как и в ее собственной, поток крови начал замедляться. Он быстро превратился в тонкую струйку, а когда совсем прекратился, она отпустила его разум.
Тайни немедленно оторвался от руки Мирабо и откинулся на матрас.
– С тобой все в порядке? – с беспокойством спросила Мирабо, едва ли заметив, что Харпер вернулся с бинтами и занялся ее раной. – Тайни?
Кивнув, он поднял голову и выдавил улыбку. – Я в порядке. А ты?
Его взгляд скользнул по ее запястью, но Харпер уже перевязал его. И все же он поморщился, увидев белую полоску, а потом вздохнул и спросил: – Сколько времени обычно требуется, чтобы начался процесс?
– У разных людей по-разному, – пробормотал Харпер, кладя рулон бинтов на прикроватный столик. – У одних это начинается сразу, у других проходит какое-то время, прежде чем они заметят разницу, а иногда это просто очень медленное начало, которое постепенно накапливается.
– Как ты себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила Мирабо.
Тайни криво усмехнулся, оглядывая круг озабоченных лиц. Но пожал плечами. – Хорошо. Я не чувствую никакой разницы. Я думаю, что буду одним из тех медленно растущих ребят. Я… – он сделал паузу, глаза внезапно расширились, а потом он забился на кровати в конвульсиях.
 11 
– Цепи! – крикнул Харпер, когда Тайни забился в конвульсиях, и комната внезапно наполнилась суетой, когда группа разделилась на пары. Леонора и Алессандро бросились к правой ноге Тайни, Эдвард и Дон схватили его за левую, Мирабо и Андерс схватили за правую руку, а Харпер поспешил вокруг кровати, чтобы присоединиться к Дрине, державшей Тайни под левую руку, в то время как Тедди и Стефани пытались протиснуться между остальными, чтобы помочь.
Даже с двумя бессмертными на руках и ногах трудно было приковать Тайни. Его тело бешено колотилось, дергая конечностями. И только когда Тедди бросил попытки помочь ухватиться за одну из ног Тайни, они продвинулись вперед. Харпер увидел, как старый смертный выпрямился и обошел людей, столпившихся вокруг кровати. Тем не менее, он был совершенно не готов к тому, что мужчина внезапно схватит Стефани и бросит ее на грудь Тайни. Затем он быстро забрался на кровать и сел на Тайни рядом с ней. Эти двое цеплялись изо всех сил, когда человек-гора брыкался и бился под ними, умудряясь оставаться на месте и давить на него, ослабляя его движения достаточно долго, чтобы остальные успели надеть цепи.
В тот момент, когда Харперу удалось схватить запястье, с которым они с Дриной боролись, она протянула руку и схватила пакет с наркотиками, который уронила. Она быстро приготовила укол и воткнула его в руку Тайни, толкнув поршень шприца. И все же прошло еще мгновение, прежде чем сопротивление Тайни ослабло.