Сопротивляющийся вампир(ЛП)

– Скотти? – спросил он, наливая им еще вина.
– Он был главным исполнителем рейда. Теперь он возглавляет всех силовиков в Великобритании, – объяснила она и усмехнулась. – В ту ночь он был очень зол на нас.
Склонив голову набок, она изобразила очень плохой шотландский акцент, ужасно искажая его своим смехом. – Вы должны были послать сообщение в совет, чтобы справиться с этим, а не танцевать там, как парочка идиоток. Ну, че, убили бы вас, глупые ослицы… вы глупые бошки ... И если бы нас не было здесь, чтобы вытащить вас из огня…
Харпер усмехнулся вместе с ней, а затем, склонив голову набок, спросил: – Скотти и другие охотники спасли тебя, поэтому ты сама стала охотницей?
– Возможно, отчасти. Они были довольно впечатляющими. Но я думаю, мы в основном объединились, чтобы убедиться, что то, что случилось с девочками, не случится ни с кем другим.
– Мы? – спросил он, и его глаза расширились. – Бет?
Дрина кивнула. – Она мой партнер. Мы совместно тренировались, закончили обучение и до сих пор работаем вместе.
– В Англии?
– Нет. Никто из нас больше не хотел там находиться. Для Бет Англия была плохим воспоминанием. Что касается меня, то весь этот инцидент потряс меня. Я всегда считала себя бессмертной, и хотя мы так себя называем, на самом деле это не так. Но в ту ночь, в том доме меня впервые заставили посмотреть правде в глаза. Когда ворвались силовики, женщины пригвоздили нас с Бет к земле, а Джимми собирался отрубить нам головы, – она сглотнула и объяснила: – Я не знала, что делать, встретившись лицом к лицу со смертью, когда Скотти набросился на Джимми. Это сбило его с ног, и он только наполовину скальпировал меня, но этого было достаточно. В ту ночь я перестала называть себя бессмертной. Мы – вампиры.
Он не стал спорить, просто снова сжал ее руку, и Дрина продолжила: – Это был первый раз из всех моих приключений, когда я действительно боялась за свою жизнь. И это произвело странный эффект. Мне вдруг захотелось снова увидеть свою семью, жить рядом и проводить время с ними. Но я не хотела оставлять Бет одну. Она была маленькой вампиршей и нуждалась в обучении, а у нее никого не было.
Дрина пожала плечами. – Мы остались посмотреть, как горит дом после того, как охотники закончили внутри, затем отправились прямо в доки, и я заказала нам обоим билет на корабль домой в Испанию. Мы разговаривали по дороге, и еще больше во время посещения моей семьи, и она решила работать вместе со мной. Мы примкнули к испанской ветви бродячих охотников, как только она привыкла быть бессмертной. Мы объединились, вместе тренировались, и, как я уже сказала, после тренировок нас поставили в пару, и мы до сих пор партнеры.
– Она нечто большее, – тихо сказал Харпер.
Дрина кивнула. – Мой брат принял ее в нашу семью. Она как сестра и носит теперь имя Арженис.
– Сестра или приемная дочь? – серьезно спросил Харпер, и Дрина улыбнулся.
– И то, и другое, – призналась она со смешком. – Только не говори ей этого, а то она взбеситься.
Харпер усмехнулся, а Дрина, улыбнувшись, отодвинула свой бокал и произнесла: – Твой выход. Я знаю, что когда-то ты был поваром и владеешь фирмой по производству замороженных продуктов, но что еще ты сделал?
Харпер поморщился. – Поверь мне, моя жизнь не была такой захватывающей, как твоя. Это наскучило бы тебе до слез.
– Сомневаюсь. И моя жизнь не была такой уж захватывающей. Это просто звучит так в моем пересказе.
Харпер недоверчиво фыркнул и вопросительно огляделся, когда появился официант. Мужчина мягко улыбнулся, положил на стол небольшую кожаную папку и быстро удалился. Харпер взглянув на папку, открыл ее, чтобы посмотреть счет, затем огляделся, и его глаза расширились.
– Что? – спросила Дрина и тоже огляделась. Они были единственными посетителями, оставшимися в ресторане. Остальные столы были пусты и убраны, и рабочие тихо ставили стулья вверх ногами на столы, чтобы можно было пропылесосить пол.
– По-моему, мы их задерживаем, – сказал Харпер, вытаскивая бумажник.
– Похоже на то, – пробормотала она, взглянув на часы. – Во сколько они закрываются?
 
– Полчаса назад, если верить официанту, – сухо ответил Харпер, кладя кредитную карточку в папку и закрывая ее.
– О, боже, – пробормотала Дрина, отыскав мужчину и виновато улыбнувшись ему. – Он очень расстроен?
– Удивительно, но нет. Но я все равно оставлю ему большие чаевые. Официант забрал папку. Харпер вытащил телефон и тихо заговорил с водителем. Когда он повесил трубку, вернулся официант с квитанциями на подпись.
Официант, может быть, и не расстроился из-за того, что они задержались так поздно, но, очевидно, он все еще хотел домой, подумала она с удивлением, когда Харпер быстро заполнил сумму чаевых и расписался внизу. Не то чтобы она винила его, но...
Когда они вышли из ресторана, на них налетел порыв холодного ветра, и Дрина закуталась в длинное и теплое пальто, радуясь, что купила его сегодня, а не одела то легкое, в котором прилетела в Канаду.
– Машина скоро подъедет, но, может быть, нам лучше держаться поближе к зданию, – сказал Харпер, подталкивая ее к стене рядом с дверью.
– Снег идет, – пробормотала Дрина, хмуро глядя на кружащиеся вокруг хлопья.
– Да, здесь можно укрыться от холода и ветра. Харпер повернулся к ней лицом и шагнул ближе, подставляя свое тело в качестве щита
– Спасибо, – пробормотала Дрина, борясь с желанием наклониться к нему.
– Где твой новый шарф? – нахмурившись, спросил он. – Ты оставила его в ресторане?
– Нет, – сказала она, вынимая руки из карманов, чтобы схватить его за лацканы кожаного пальто и удержать на месте, когда он начал отстраняться, как будто спешил назад в ресторан. – Боюсь, я его забыла взять.
– А также шляпу, и перчатки, – пробормотал он, накрывая ее руки своими.
Дрина криво усмехнулась. – Я не привыкла к ним. В Испании никогда не бывает так холодно.
– Нет, – сказал он и замолчал, его глаза, казалось, застыли на ее губах.
Дрина замерла, затаив дыхание. Она была уверена, что он хочет ее поцеловать. Когда же момент прошел, она использовала лацканы пальто Харпера, чтобы привлечь его ближе к себе, шепча: – Холодно.
– Да, – прорычал он. Он отпустил ее руки, притягивая ее еще ближе. – Это поможет?
– Немного. Она вздохнула и еще крепче прижалась к нему, услышав, как сильно колотится его сердце. Убрав одну руку от лацкана пальто, Дрина провела рукой по его лицу, касаясь уха. Нежно поглаживая прохладную кожу, она прошептала: – Тебе тоже холодно. Затем приподнялась на цыпочки, и горячо выдохнув ему в ухо, прошептала: – Это помогает?
Харпер пробормотал что-то, чего она не расслышала, а затем повернул голову и овладел ее губами. Дрина немедленно запустила руки в его волосы и открыла свой рот, приглашая Харпера ... и тут разразился ад. Как будто она разорвала цепи, которые сковывали его. Она внезапно почувствовала, что его бедра и руки, лежащие на ее плечах, крепко прижали ее к стене. А затем он начал расстегивать ее пальто, почти срывая пуговицы в стремлении добраться до ее тела. И все это время его язык вторгался и исследовал ее рот.
Дрина ответила тем же, вонзив ногти одной руки ему в голову, в то время как другая обхватила его сзади и подталкивала вперед, пока он терся об нее бедрами. Они оба вздохнули с облегчением, когда ему удалось расстегнуть последнюю пуговицу ее пальто и распахнуть лацканы. Когда руки Харпера накрыли ее грудь, она застонала и выгнулась от этого прикосновения.
Они замерли, когда рядом с ними вдруг раздались шаги. Харпер оторвался от ее губ, и они оба уставились на официанта, застывшего на полпути к двери. Глаза смертного были широко раскрыты, и он с изумлением смотрел на них через стеклянную дверь. Это был их официант.
– О, – пробормотал Харпер, а затем, кажется, осознав, что все еще сжимает ее грудь, тут же отпустил руки и отступил от нее, для того чтобы подойти поближе, когда ветер подхватил ее открытые лацканы. Он быстро закрыл их и почти в отчаянии огляделся. На его лице отразилось облегчение, когда он заметил машину у обочины. Схватив Дрину за руку, он быстро подтолкнул ее к ней, пробормотав через плечо: – Спокойной ночи.