Мужчины для наслаждения (СИ)

— Не надо, девочка, не сдерживайся. Скоро ты и не сможешь.
Я терялась в накатывающих темных ощущениях. Раскинулась, как свободная и парящая в невесомости звезда.
Привязанная, будто собственность. Беспомощная и бесконечно уязвимая. Раскрытая навстречу жадным мужским взглядам и любым его прикосновениям.
Индиго сказал:
— Я просто тебя съем. Хочешь спалить мой мир дотла?! Нет уж.
Он демонстративно облизнулся, а мои губы пересохли.
Я вся напряглась, веревки натянулись, и мир померк, рассыпавшись на миллионы золотых сладостных вспышек. А когда я медленно вернулась, то поняла, что сейчас улечу опять.
Индиго ласкал меня внизу, всасывая и облизывая. Он сам изнемогал от удовольствия, заставляя пальцы моих ног опять сжаться, а ослепительно-оранжевый пульсирующий узел в животе взорваться вновь и вновь.
Потом Индиго снял брюки, сдвинул веревку и вошел мне в лоно, заполнив его резко и почти болезненно сильно.
Черты его жесткого лица изменились: подернутые поволокой страсти на меня смотрели голубые глаза Элато.
Индиго все же принял его облик.
Это стало выстрелом, ошеломляющим ударом, вспышкой молнии!
Я не могла ни оттолкнуть его, ни сбежать — лишь стремительно падала в бездну, целиком насаженная на член, крепко обняв его мышцами и содрогаясь всем телом. А Индиго кончал вместе со мной — уже Индиго, мой любимый навсегда.
Затем он убрал все веревки и палки, и мы улеглись на матрасе, переплетаясь руками и ногами.
— Я не могу дать тебе всего, что ты заслуживаешь, Астра, но побудь со мной еще…
Неужели он понял мои тайные мысли?
Так или иначе, я больше не собиралась слушаться Правителя Амаранта и жить взаперти.
Надо объясниться с Неро, начать репетировать танец и повидаться с Аламбре.
А если Правитель не согласится, я не стану с ним спорить — тут я точно проиграю опытному стратегу.
Я просто закачу ему скандал.
Оро как-то научил: «Надеваешь побольше звенящих украшений, вот так. Ложишься на пол спиной и бьешь по полу руками и ногами. Можно и прокатиться!»
Он показал методику на практике, я смотрела и смеялась до слез.
«Поверь, Амарант не устоит. Я уже пробовал, и почти сработало. Они с Миэлой чуть не остались дома, так беспокоились обо мне».
Вот и я наряжусь и покатаюсь по полу.
В конце концов, на каком основании Правитель решает, исполнять мне обязанности в Храме или нет?!
Глава 16. Во всем блеске 
АСТРА 
Домой я вернулась в приподнятом расположении духа. Если Индиго и впрямь понял, что я больше не хочу заниматься с ним любовью, то отношения никак не выяснял.
Он мой любимый… друг и, может, я бываю к нему несправедлива. В любом случае, надеюсь, я смогу положиться на него в будущем.
Я подошла к шкафу с любимыми нарядами и украшениями. Посмотрю на них и вдохновлюсь на что-то действительно необычное и привлекательное. Правитель Амарант знает толк в женской красоте, и просто так его не проймешь. А если я повалюсь на пол в самом обычном платье, контраст и эффект будут совсем не теми.
Я магически посмотрела, где папа находится — ура, в своих покоях и совершенно один. Надо поторопиться, пока не пришла Миэла и не увела его куда-нибудь.
По совету Оро я украсила вообще все: в распущенных волосах переливалась красками диадема, в ушах сверкали крупные каскадные серьги, а грудь подчеркнуло многоярусное ожерелье. Запястья обняли браслеты, а пальцы — кольца. Лодыжки я тоже украсила браслетами, хотя они и не были видны под платьем. По ткани пустила золотые узоры — теперь я вся блестела и звенела. Незамеченной точно не останусь.
Грохнуться во всем этом великолепии? Ради дела… я смогу.
Ну все… пора. Я гордо расправила плечи, вскинула подбородок и отправилась к папиным покоям.
Он сам обожает украшения и частенько носит всякие серьги и перстни, которые не цепляются и не задевают одежду, как и заклепки Индиго.
Я тихонько глянула в дверь — Правитель стоял ровно спиной ко мне и смотрел в окно.
Я бесшумно скользнула внутрь.
 
Он обернулся и потрясенно замер. Блики от тысяч блесток на мне сияли в его синих глазах, как звезды. Изумительно красиво!
Мы так и смотрели друг на друга — я, любуясь Правителем, а он, с явным восторгом разглядывая меня и мой наряд. Он очнулся первым:
— Благословен этот мир, где воплощаются столь изумительные женщины!
Падать на пол как-то резко расхотелось.
Амарант подошел и подал мне руку, словно приглашая на танец. Я, не задумываясь, подала ему свою, и он легким движением заставил меня обернуться вокруг оси, разглядывая богатое убранство со всех сторон.
— Ты совершенна!
Мои щеки обожгло, было дивно приятно, что он оценил старания.
В синих глазах светилось столько упоения, что мне захотелось кружиться так вечность.
Чрезвычайно гордая собой и переполненная счастьем, которое окутало нас, как облако, я чуть не забыла, зачем пришла.
— Пап, я хочу увидеться со своими… мужчинами. С Аламбре и с Неро.
Я замялась. Слова прозвучали крайне неуместно и нелепо. Они будто разрушили тончайшую гармонию между нами.
— Зачем? — мне показалось, или в его бархатном голосе скользнула грусть?
— Нам со жрецом надо репетировать магический танец для публики. Дела не ждут, пап. А если ты не позволишь, я…
Он рассмеялся и спустя миг подхватил меня на руки, отрывая от пола. Украшения мелодично зазвенели.
— Я жадный, Астра. Не хочу отдавать тебя жрецу и народу. Сперва выполни мое условие.
Жадный?! Так он просто водил меня за нос, когда говорил, что хочет дождаться каких-то там неведомых мне изменений?! А реальная причина — его банальная ревность?!
В последнее время мужчины буквально не спускают меня с рук, и не сказать, что мне это нравится.
— Какое еще условие? Что за наглое самоуправство?!
Я попыталась извернуться и вырваться из цепких рук, но папа не дал. Прижал меня к себе покрепче и рассмеялся.
— Я — Правитель. Что хочу, то и делаю.
Я попробовала изощриться и пнуть его. В воздухе стоял мелодичный перезвон украшений.
— А я — богиня. И я приказываю: хватит!
То ли я невольно шмякнула его энергетической волной — но я так и не научилась нападать всерьез, то ли удачно его пнула, хотя тоже странно — я заметно мельче и слабее, и мы оказались на полу. Правитель Амарант плашмя на спине, а я сверху, и все так же тесно к нему прижатая.
Теперь брыкаться стало намного сложнее, да и платье запуталось между моих ног, сковывая движения.
Я взмолилась:
— Пусти, кому говорю!
— Что это у вас происходит, м? — от двери раздался обманчиво мягкий женский голос.
Правитель хмыкнул.
— Что-что, Мэли. Усмиряю дочь. Девочка не хочет меня слушать, сама выказывает требования и даже меня продавливает. Вот на пол нас уронила.
Он больше не держал, и я быстро встала на ноги, магически поправляя наряд и прическу. Выглядеть растрепанной под неприязненным взглядом папиной жены очень неприятно.
Он сам остался на полу, вольготно раскинувшись и заискивающе глядя на невысокую — ниже меня — женщину.
Миэла сухо поинтересовалась:
— Чего ты хочешь, Астра?
Страшная женщина… хотя другие полицией и не станут руководить. Я взяла себя в руки.
— Папа запретил мне видеться с любовниками и выполнять обязанности в Храме. Пусть разрешит.
Миэла перевела на него недоуменный взгляд.
— Милый, почему? Позволь ей.
Правитель сдвинул брови.
— Мужики там распоясались потому что. Им было полезно проветрить мозги. Ладно, Астра, уже можно.
Миэла сделала какой-то неуловимо-нетерпеливый жест всем телом, словно прогоняла меня, и мне ничего не осталось, как послушаться.
М-да, вся ситуация вышла более, чем странной.
Дверь я не стала закрывать и, отойдя по коридору, услышала:
— Какое условие ты ей поставил?
Сквозь бархатный папин голос почувствовалась улыбка.