Смерть айдола (СИ)

- Да. Я поняла. – отвечает ЁнЭ. – Тогда я пойду?
- Иди. – разрешаю я. – А я посплю часа два и потом поеду в часть.
Время действия: двадцать пятое сентября, семь часов утра
Место действия: кухня в общежитии группы «Корона», где за столом собрались на завтрак сонные участницы известного женского коллектива.
- ЮнМи обвиняют в воровстве. – напряжённо глядя в планшет, сообщает КюРи.
- Плагиате? – перестав мешать ложечкой в чашке с кофе, сонно удивляется ДжиХён.
- Нет. В воровстве.
- Да? А что же она тогда украла? – не понимает ДжиХён.
- Кошелёк у пожилой аджумы.
За столом все, медленно шевеля ещё не до конца проснувшимися мозгами, осмысливают внезапную новость.
- Зачем? – удивляется ХёМин. – Зачем она это сделала?
- Откуда я знаю?! – довольно зло огрызается КюРи. – Может, денег не хватало!
- ЮнМи не хватало денег? – теперь удивляется БоРам. – Она же хорошо зарабатывает?
- Это не сейчас было. – поясняет КюРи. - Давно. Она тогда ещё в школе училась.
- Ох, ничего себе… - озадаченно вздыхает ДжиХён. – Прошлое нашего томбоя полно скелетов…
- Тогда почему об этом написали только сейчас, если было уже давно? – спрашивает БоРам у КюРи. – Может, просто кто-то придумал?
- В сети выложили номер дела и комментарии участников суда. – отвечает КюРи, не отрываясь от планшета.
- Суда? – удивлённо переспрашивает ХёМин. – Был даже суд?
КюРи кивает.
- Был. – подтверждает она. - ЮнМи признали невиновной, но поместили под надзор комиссии по делам несовершеннолетних…
На несколько секунд устанавливается тишина.
- Вот это мы влетели… – видимо, проснувшись и начав соображать, ошарашенно произносит ДжиХён. – Накануне «Tokyo Dome» …
Похоже, она озвучивает общую мысль, пришедшую в голову и другим участницам группы.
- Думаешь, - японцы не станут покупать билеты? – повернувшись к ней, спрашивает ХёМин.
Та пожимает в ответ плечами.
- Обвинение в краже несовместимо с образом айдола. – отвечает она. – Айдол - означает «безупречный». Особенно, - если речь идёт о девушке.
- Но суд же признал её невиновной… - слабым голосом произносит БоРам.
- Онни, не делай вид, что не понимаешь. – говорит ей КюРи, подняв голову от планшета. – В Японии достаточно лишь подозрения в несоответствующем поведении, чтобы получить запрет выходить на сцену, а тут даже суд был. И мы там – кореянки.
- БоРам правильно спросила – почему об этом стало известно только сейчас? – говорит ХёМин и обводит всех непонимающим взглядом.
Ответом ей служит молчание.
- А президент СанХён об этом знал? – не получив ответа, задаёт она следующий вопрос.
- Наверное, нет. – отвечает ДжиХён. – Если бы знал, то вряд ли бы её принял.
- Значит, ЮнМи скрыла? – делает логичное заключение ХёМин.
- Выходит, - так. – признаёт ДжиХён.
- И что теперь будет с нами? – продолжает задавать вопросы ХёМин. – Все станут говорить, что у нас в группе была воровка?
- Суд её оправдал. – напоминает БоРам. – Значит она не воровка.
- Вряд ли тебе удастся доказать это хейтерам. – говорит КюРи. – И фанаты будут разочарованы.
- Нас могут начать сильно хейтить. – соглашается с КюРи СонЁн, подключаясь к разговору. – Припомнят, как мы в Японию ездили в то время, когда нация боролась за название моря. Объявят бойкот и начнут собирать подписи за запрет наших выступлений.
Наступает тишина. Девушки прокручивают в головах всё, что им могут припомнить и чем это может обернуться.
- Причём тут наш промоушен? – не желая признавать действительность, продолжает упорствовать в своём непонимании БоРам. – За что бойкот?
- За успех в Японии. – объясняет СонЁн. – И ЮнМи тогда ещё всякого наговорила журналистам. Хороший момент отомстить.
- А в Японии от нас тоже откажутся… - задумчиво произносит ДжиХён. – Где мы тогда будем зарабатывать?
- Мэнбун… - негромко говорит ХёМин.
(мэнбун - корейское слово, обозначающее состояние паники, когда не знаешь, что делать. прим. автора)
 
- Нужно поговорить с ЮнМи. – предлагает БоРам.
- Зачем? – не понимает ДжиХён. – Что разговор изменит?
- Может, это всё-таки неправда? – с надеждой говорит БоРам. – Может, просто хейтеры придумали?
Взгляды всех присутствующих перемещаются на КюРи. Та пожимает плечами.
- Нетизены пишут, что правда. – отвечает она. – Есть такое судебное дело, документы его выложены.
- Каким образом документы судебного дела попали в свободный доступ? – не понимает ХёМин. – Разве это не нарушение закона? Тем более, что ЮнМи – несовершеннолетняя.
- Да, странно. – кивая, соглашается с ней ДжиХён. – Кто мог такое сделать?
- Семья ЧжуВона? – делает предположение СонЁн.
- Почему именно они? – удивляется ДжиХён.
- Просто у них есть для этого возможность. Я вот не смогу так, даже если захочу. А они, наверняка – могут. Поэтому и выложили.
- Зачем? – не понимает ДжиХён.
- Например, из-за своего сына. – объясняет СонЁн. – Семья официально объявила о расставании, а они, - снова вместе. Чтобы не потерять лицо, родители обнародовали информацию о судимости. Наказали ЮнМи.
Девушки задумываются.
- Возможно, всё так, как ты говоришь. – обращаясь к СонЁн, соглашается ДжиХён. – Но почему мы должны быть наказаны вместе с ней? Мы честно работаем, а теперь у нас проблемы. Что станем делать, если нам действительно объявят бойкот?
Она обводит всех вопросительным взглядом.
- Уйдём в сольную карьеру. – подумав, предлагает БоРам.
- Ха! – насмешливо восклицает КюРи. – Если у тебя есть с чем выступать, то ЮнМи мне и ДжиХён ничего не написала! Что делать нам? Пойти к тебе на подтанцовку?
- ЮнМи может вам обеим тоже что-нибудь написать. – щедро обещает БоРам.
- Она вообще собралась судиться с агентством! – напоминает ей КюРи. – Когда ей что-то ещё писать? И сколько ты собираешься петь свою «Porque te vas»? Год? А потом что? Кто тебе напишет новую песню? Агентство? Раньше у него это не получалось!
Все вновь задумываются.
- Какие чоболи коварные. – осуждающе покачав головой, произносит ХёМин, нарушая тишину. – Так ловко выбрать момент отомстить. У ЮнМи ведь сегодня торжество. Награждение.
- Точно! – восклицает БоРам. – А вечером - концерт, в котором мы все участвуем. И как теперь? Её не станут награждать и отменят выступление?
- Да уж… - задумчиво произносит ДжиХён, думая о словах ХёМин. – Что-то не хочется мне оказаться в семье чоболей…
- Думаю, награждение и концерт будут. – отвечает КюРи на вопрос БоРам. – Слишком поздно всё отменять. Но что потом?
- ЮнМи с этой историей сильно подставила армию и агентство. – соглашается с ней СонЁн. – Станут говорить, что «FANEntertainment» и морская пехота принимают к себе неподобающих людей.
Девушки качают головами, показывая, что согласны с её словами.
- Директор ЮСон теперь точно запретит ЮнМи выступать. – решает КюРи. – По-другому быть не может.
- А мы? – спрашивает ХёМин. – Что будет с нами?
- А мы, - принесём извинения и начнём всё заново. – отвечает ей КюРи. – Без неё. Другого варианта я не вижу.
- «Заново», в нашем возрасте? – с сильным сомнением в голосе отзывается ХёМин.
- Может, нас пожалеют? – с надеждой спрашивает ДжиХён. – У нас есть популярность, у нас есть фанаты и мы ни в чём не виноваты. Если будем говорить, что ничего не знали и всё дело только в ЮнМи, - может, люди будут на нашей стороне, а?
С вопросом во взгляде она обращается к своим онни.
- Фанаты будут за нас потому, что они фанаты. – отвечает ей КюРи. – Вопрос лишь в том, сколько их останется. Тут главное - будут ли на нашей стороне СМИ? А чтобы они были на нашей стороне, мы тогда также должны быть на их стороне. Не сомневаюсь, что они станут осуждать ЮнМи. Значит, мы должны делать то же самое.
 
- Пфф… - надув щёки, выдыхает БоРам.