Грёзы и предостережения (СИ)
— Мысленно.
Машинально стукнула себя по лбу, ругая за недогадливость. Столько сказок прочла, а сейчас будто соображалку отключили. Попробовала позвать дракошу, представить, как говорю ей в ухо, но ничего не получилось. Та лишь качала головой, словно отмахивалась от раздражающего ее комара звучащего прямо над ухом. Перебрав мысленно все доступные мне средства связи в попытках дозвониться мысленно до дракоши, отчаялась и просительно посмотрела на рейттара.
— Вы с ней связаны. Ты же чувствуешь ее эмоции? Представь их чем-то удобным для тебя. Например, клубком. Теперь отыщи ниточку, что вас связывает, и направь поток мыслей по ней.
Несколько долгих секунд, прикрыв глаза для лучшего сосредоточения, я делала все в точности, как говорил рейттар. Злясь на себя, что так и не освоила медиативные техники. Вот они бы точно сейчас пригодились.
«Не нужно так крричать! — вдруг раздалось в моей голове приятное женское сопрано с немного рычащими нотками. — Я уже думала ты никогда со мной не заговорришь!»
«Получилось? — недоверчиво спросила я, приоткрывая глаз. Дракоша снисходительно фыркнула мне в лицо и кивнула. — А откуда ты язык знаешь?»
«У мыслей нет языка, — снова фыркнула дракоша, посмеиваясь над моей недогадливостью. — Скажи этому, что я полечу с ними».
— Она говорит, мы полетим с вами, — озвучила я решение дракоши.
— Умная девочка, — похвалил рейттар, вынудив нас обоих пренебрежительно фыркнуть.
Поняв, что нам ничего не угрожает, пошла за платьем. И так, уже достаточно развлекла честную компанию бесплатным стриптизом.
«И зачем им девственницы?» — сам собой всплыл вопрос в голове.
«Запах. Мы хоррошо ощущаем все запахи, и запах мужчины на тебе не позволил бы мне рраспознать твой», — ответила на мой мысленный вопрос моя дракоша.
***В рейт я возвращалась на черном драконе. Еще в детстве я терпеть не могла, когда кто-то лез на мои санки или велик, вторгаясь в мою зону комфорта, сейчас же меня настолько тесно прижимали к мужскому телу, что это стало просто изощренной пыткой. Твердость и тепло сильных рук, удерживающих меня на драконе, волнительное перекатывание стальных мышц груди, в которую эти руки вжимали мою неожиданно чувствительную спину, рачительные, отработанные множеством тренировок хищные движения — все это заставляло мое сердце трепетать и под прерывистое дыхание выскакивать из груди перепуганным зайцем. Никогда еще прикосновение к мужчине не было таким волнительным и возбуждающим.
Логически я понимала, что после пережитого ужаса и выплеска адреналина, организм в присутствии мужчины требовал одного — продолжить род. Но уговорить себя, что активизация сексуальности, это простая реакция на мобилизацию резервов организма необходимых для выживания и эмоцию победы с повышением самооценки, никак не получалось. И рациональность моего мышления отступала перед эмоциональностью. Разум пасовал перед зашкаливающим либидо, словно где-то внутри спустило тормоза, удерживающие меня в рамках.
А может это просто мужчина на меня так действует? Истончает свои противные флюиды мужественности и сексуальной привлекательности? Душит переизбытком тестостерона? Тревожит, заставляя одним своим пронзающим насквозь взглядом, таким уверенным и прямым, капитулировать, пробуждая давно забытое желание ощутить себя слабой и плавиться как пластилин в его объятиях?
Дыхание сбилось. Желание в животе завязалось в острый узел.
«Рина, очнись! — отрезвляюще прикрикнула на себя. — Вы летите! На драконе! Ты в любой момент можешь упасть, а ты…!»
А я текла лужицей и далеко не образно… И успокаиваться взбунтовавшаяся женская чувственность не желала, не сейчас, когда рядом со мной находилась ожившая сексуальная фантазия. И почему спрашивается, вчера он так на меня не действовал?
В голове эхом звенел смех золотой дракоши, и именно это удерживало меня от решительных действий. Это и грозный, сосредоточенный взгляд сжавшего губы мужчины.
Сцепила в зубы, стараясь, все свои действия и эмоции списать на страх. И в ерзаю я по его груди спиной, не потому, что лащусь как кошка, а потому что чувствую себя неловко. Вот! И вообще я девственница, наверное, а они секса бояться, смущаются. И прикосновения мужчин их пугают. Уж, лучше пусть я буду наивной трусихой, чем зацикленной на нем сексуально-озабоченной нимфоманкой.
Дракоша уже не просто смеялась, ржала в голос:
«Какая ты странная, однако, и смешная»
«А ты, что можешь знать о сексе? Ты вообще подросток», — возмутилась я на ее насмешки.
«У драгов генетическая память. Мы знаем даже то, что было еще до сотворения времен, когда первый драг вылупился из яйца», — рассудительно осведомила меня моя дракоша.
«Может, ты, и имя свое знаешь?», — скептически хмыкнув, поинтересовалась я, отвлекаясь от эротических картинок, поселившихся в мозгу.
«Как можно не знать свое имя, если оно было задолго до меня? — удивилась дракоша. — Я Джури, а ты Рина. Мы две половинки одного целого и родились в один день».
«Это навряд ли», — недоверчиво пробормотала я.
«Это точно», — рыкнула дракоша, обидевшись на мое неверие.
«Я из другого мира», — объяснила я свое неверие Джури.
«Неважно. Но наши души всегда были связаны воедино и лишь при рождении разделились. Почему так вышло, что нас разлучило и забросило в разные миры, нам еще предстоит выяснить, но это так».
«И у всех драконов такая связь с всадниками?»
«Нет, конечно, — презрительно фыркнула моя девочка. — Рейттары подчиняют драконов, но разве может одна половина души посадить на цепи другую? Это делает драгов слабыми, лишая воли. Тебя тоже будут этому учить».
«Учить, как подчинить тебя?» — уточнила, улавливая странное напряжение в ее мыслях.
«Да».
«Но зачем?» — удивилась я.
«Люди думают, что так они сильнее и могут все контролировать».
На этом мысленный разговор прервался, так как драконы опустились на уже знакомую мне площадку, и моя золотая девочка вызвала массу пристальных взглядов, возбужденных криков и восторженных вздохов. Джури ликовала, купаясь в этом обожании, но где-то в глубине ее мыслей читалась настороженность и опаска, словно этот восторг был зловещим предостережением, неминуемой угрозой и ничего хорошего от пребывания здесь моя красавица не ждет.
«Зачем тогда прилетела?» — недоумевая, поинтересовалась я.
«Нам нужны самцы. Без них не выжить, — ошарашила меня ответом дракоша. — И, кстати, этот черненький подойдет. Будем брать!»
Глава 3
Заявление дракоши выбило меня на некоторое время из реальности, и я безропотно проследовала за непонятно откуда взявшейся леди Барире в замок.
— Это твоя комната, — остановилась она на пороге небольшой комнатки. Прошла по коридору, открывая еще одну двери и грубо отрывистыми фразами оповестила: — Тут купальня, тут одежда. У тебя десять минут, чтобы привести себя в порядок.
Послушно зашла в купальню с небольшим бассейном в ней уже наполненным теплой проточной водой. С удовольствием погрузилась в воду, впервые за все время моего пребывания в этом мире, наслаждаясь купанием. Жаль, нельзя закрыть глаза и немного расслабиться. Быстро оттерла налипшую грязь, удивляясь тому, что запах моего немытого тела не смущал Джури.
Одевшись в предоставленную длинную тунику и мягкие немного широковатые штаны, впервые порадовалась привычной одежде. Мягкие кожаные сапоги на пару размеров больше прекрасно сидели на ноге и так же прекрасно терялись при шаге.
«Зато не жмут, — непонятно чему обрадовалась я, быстро заплетая косу и ища хоть какое-то подобие ленты. — Шнурки бы и для ботинок не помешали»
В ящике одной из тумб обнаружился моток бечевки и ножик, небольшой и не очень острый, но, как говорится на безрыбье и рак — шоколадка. Быстро вплетя кусочек найденной бечевки в волосы, проковыряла дырочки в передке сапог, затянула импровизированные шнурки, и удовлетворенно сделала шаг — теперь переживать за потерю обувки не придется. Той же бечевкой подвязала штаны и, сделав петлю, закрепила ножичек.