Грёзы и предостережения (СИ)

— Ты как? — едва закрылась за ними дверь, спросил Нарсар.
— Все прошло, как и было задумано, — успокаивающе улыбнулся в ответ Оретт и отступил, поведя плечами, и чувствуя, как на них камнем наваливается неизбежное.
Нарсар ничего не сказал, но сосредоточенный взор, которым он сопроводил спину старшего брата, сказал много.
— Тяжело ему придется, — прошептал кто-то совсем рядом.
— Тяжело, — подтвердил Нарсар, понимая, что говорят они сейчас совсем о разных вещах. Молодой рейттар не сомневался в победителе, но знал он и то, о чем знали немногие — Оретт каждую жизнь считает священной, даже такую никчемную, как жизнь этого старика. И убить ему не в сражение и, не защищая кого-то, будет очень тяжело. Хотя почему не защищая? Ведь стоит ему проиграть, и Рина… Нет, даже думать о таком не хочется. Хорошо, что Айв ее увез.
  
Глава 13
 
Я бежала. Падала, в кровь сбивая коленки, ссадинами растирая ладони, вставала и снова бежала на негнущихся и вялых от бессилия ногах. Босые ноги ступали по давно остывшему за ночь асфальту и отзывались болью, когда очередной острый камешек впивался в стопу. Тело, почти неприкрытое одеждой, зябко ежилось от холода промозглого утра. Между ног липко и противно, и внутри все затопило саднящей болью.
Стараюсь не думать, не вспоминать, делая очередной шаг.
Спасибо босоногому детству и жизни в детдоме, я все же вырвалась.
Дождалась, когда они все уснут. Пьяные. Изможденные терзанием моего давно бесчувственного тела. Поняв, что мои жалкие попытки сопротивления, их только заводят, я сделала то, что делала постоянно, когда жизнь преподносила мне лимоны и безвыходные ситуации — ушла в себя, оставив абсолютно не реагировавшее на раздражители тело.
Сознание до сих пор не хотело возвращаться, лишь урывками выкидывая меня в реальность.
Белая рубашка одного из них, которую я, походя, накинула на свои плечи.
Зажигалка, выпавшая мне под ноги.
Мое лицо, обожжённое ярко вспыхнувшим пламенем, что я бессознательно отбросила от себя.
Свет фар за спиной, отбрасывающий длинную тень. Машина притормаживает. Мужик, что-то кричит, ругаясь, но стоит мне повернуться, замолкает на полувскрике.
— Сейчас, — бросает короткое слово и уже через мгновение меня окутывает одеяло — фольгированное, неожиданно согревающее, я до сих пор такие только в фильмах видела…
Он хочет прикоснуться ко мне, но я отшугиваюсь.
— Давай же, девочка, поедем в больничку, — шепчет ободряюще, приглашающе открыта задняя дверь.
Несмело делаю шаг назад, а в голове проносится обманчиво ласковый шепот Игоря: «Сбежать удумала? Ты моя! Найду, и мало не покажется».
И этот тихий голос, предупреждающим набатом зазвучавший в мозгу, вынуждает сделать шаг в гостеприимное тепло чужого автомобиля.
Машина, взвизгнув, стремительно трогается с места, а я лишь отрешённо смотрю в окно на проносящиеся мимо деревья…
— Что думала, не встретимся? — темный окружающий меня город сузился, сжался в страхе, от этого злого голоса.
Знобящиеся мурашки пробираются под кожу, вызывая волну паники. Нашел!
Стремительно срываюсь с места. Несусь, не разбирая дороги, радуясь тому, что бег стал моей утренней привычкой, и параллельно нащупывая своих неизменных друзей — баллончик в кармане и шокер в сумочке. Жаль, что разрешение на оружие делается так долго, а ведь всего недели не хватило…
Натыкаюсь на тупик. Судорожно перевожу, сбившееся от осознания этого неприятного факта, дыхание. Резко поворачиваюсь назад — жизнь свою продам втридорога, так просто не дамся. Я не жертва!
— Разве так встречают мужа после долгого отсутствия, жена? — издевательски хохочет Игорь, видя во мне загнанную в ловушку добычу. — Ничего я освежу твою память, как надо ублажать своего хозяина.
Ты еще не знаешь, как успела подрасти девочка за время твоей отсидки!
 
Сегодня их двое. С гадливыми, похотливыми улыбками, расплывающимися по изуродованным огнем лицам.
Надо же. Ничему жизнь не учит.
— Где же ваш дружок? С того света не вернулся? — едко замечаю я, отчаянно сжимая в руках свое нехитрое оружие.
Пусть только приблизятся.
— Ты ответишь за Ваську, сука, — цедит сквозь зубы бывший муж.
И что я в нем нашла? Как могла быть с ним рядом? Мечтать? Надеяться? Верить?
— Так вот как его зовут! Приятно познакомится, — ехидно ухмыляюсь я, торжествующе добавляя: — Посмертно!
Игорь бросается на меня, а я стремительно взмахнув рукой, выжимаю ему в лицо баллончик. Задерживаю дыхание. И тут краем глаза замечаю движение второго.
— Дрянь, — орет он, ударяя меня кулаком по лицу.
Автоматически уклоняюсь, пытаясь отыскать неприкрытое одеждой место — в этом проблема всех шокеров. И как назло на улице холодно, и его шея скрыта водолазкой. В лицо попасть нереально. И даже на руках тонкие перчатки.
Ну да. На дело же собрались. Красавцы…
Выпустив из рук пришедший в негодность баллончик, нащупываю в кармане ключи, с одним длинным и острым, который можно запросто воткнуть в шею или глаз. Привычно зажимаю в руке, чтобы уже в следующий момент выверенным движением ткнуть в глаз. Не получилось! Попала в щеку, но дальнейшее вырубание довершил заготовленный шокер. Мужик грузно падает к моим ногам. Ожесточенно поддаю ногой ему в лицо, ударом отбрасывая от себя. Забыв обо всем смотрю, как отлетевшая голова с чавкающим звуком ударяется о кромку бордюра.
И это стоит мне сжатой шеи и впечатывания меня спиной в мощную грудь…
— Теперь не вывернешься, сучка.
Грудь перехватывает от невозможности сделать вдох. Дергаюсь в руках мужчины, чувствуя, что еще немного и сознание покинет меня. Он на целую голову выше меня, а его пальцы почти сошлись на моем горле…
Как подрубленная, резко падаю на колени, стараясь провести подсечку и перетянуть его своим весом. Но куда мне с моими шестьюдесятью против его ста с лишним?
Не получается…
Хрипло сиплю…
— Что хочешь поприветствовать хозяина, как и положено? На коленях, с членом в ротике? — отрывисто смеется вновь почувствовавший свою власть Игорь. — Эй. Дим! Вставай. Сучка готова, — торжествующе зовет он своего дружка, резко разжимая мое взятое в тиски горло. Падаю наземь. Он поднимает меня за задницу, разворачивает в коленно-локтевую позу… Нет! Дергаюсь протестующе и чудом вырываюсь, перекатываюсь, больно ударяясь головой. Под руку попадает какой-то булыжник, а он все приближается… Наваливается сверху… Бью… Бесконечно, как заведенная наношу удары… Пока что-то теплое и липкое не хлещет мне в лицо…
Страшно. Несдержанно громко кричу, отталкивая от себя тяжелое тело. Да, что же за город? Неужели все такие глухие и спящие?
Пытаюсь встать и не могу. Во мне словно что-то сломалось. Ноги шаткие и совершенно не хотят слушаться. Где-то вопят сирены. Истерично смеясь, падаю обратно на колени. Заторможено смотрю на ослепивший меня свет, отрывающий тело от земли…
И снова бегу. Куда на этот раз? Не знаю. Как не знаю и того, что происходит рядом со мной. А творится какая-то дичь, иного слова для этого не придумаешь. Струи драконьего огня выжигают траву вокруг меня, а за мной гонится толпа маленьких, но почему-то страшных монстров. Один, особо ловкий, подныривает под меня, и я падаю, сбитая с ног. Качусь по земле, что бы только вырваться из окружения этих тварей. Маленькие, едва ли больше 50–60 сантиметров пигмеи вооруженные длинными острыми копьями и не менее острыми зубами, окружают меня, наваливаясь всем скопом.
«Не отбиться», — с ужасом понимаю я, когда первые клыки впиваются в мою брыкающуюся ногу, вызывая истошный крик боли…