Грёзы и предостережения (СИ)
Разум сбивчиво, но усиленно заработал, пытаясь отыскать малейшую не состыковку в сказанном Нарсаром, но ее не было. Волосы местных обитателей были либо холодных пепельных оттенков, либо огненно-рыжие, каштановые, но обычных блондинов с золотистыми волосами я просто не встречала.
— Вам только грязнули встречались? — прячась за привычное высокомерие, язвительно поинтересовалась, вспоминая как тускло выглядели мои волосы до купания.
И капельки пота на мужских телах…
Да что со мной?
***Она что-то задумала. Оретт видел это в ее лукавой улыбке, в растерянном и слегка рассредоточенном взгляде, скользнувшем по их фигурам и застывшем при виде кровати.
Девушка сделала шаг назад. Маленький, сомневающийся. Убегать собралась? Так ее никто не держит! Только почему смотрит, так призывно, будто надеется, что ее догонят?
Светлые, неестественно теплые волосы, такие же золотистые, как и ее дракон, казалось, жили отдельной жизнью, постоянно выбиваясь из импровизированной прически и роняя пряди на лицо. Пряди, которые ему нестерпимо хотелось убрать.
И ведь нет в ней ничего особенного, такая же, как и остальные. Но даже тогда грязная, растрепанная, в сером балахоне, зовущемся гордо платьем, сидя в клетке, она неизменно притягивала его взгляд, чем-то цепляя, завораживая. Пробуждая ничем необъяснимое желание взять именно ее в свое седло. А потом, когда он обхватил ее стан руками и это обжигающее прикосновение, родило внутри него острое и внезапное желания никогда не выпускать ее из рук, вызвав насмешливое фырканье Дрейма.
Впрочем, Дрейм тоже был очарован этой девчонкой. Неприкрытым вызовом в глазах и отсутствием страха. Настолько, что когда после прыжка ее не нашли, черный дракон сам ринулся на поиски и отыскал. Быстро, почти моментально. Там, где никто не стал бы искать. А он словно притянутый за ниточку полетел к ней, наперекор всему.
И сегодня беспокойный с самого рассвета Дрейм, тянул его обратно в рейт, заставляя не только спешить, но и бросить свою шестерку без командира. Ребята лишь посмеялись над этим нетерпением дракона, а когда компанию Дрейму составили Олвад и Круд — драконы Айвира и Нарсара, отпустили несколько пошловатых шуток и похотливых напутствий и отправили восвояси, посмеиваясь над своими тиерами*.
Но как бы они не спешили, все равно опоздали. Одна мысль о том, что девчонка сейчас могла извиваться на этой постели под тем же Ризом, заставляла стонать от бессилия, крепче сжимая кулаки. Хорошо, что золотая такая быстрая и верткая, но что-то подсказывало Оретту, что дело не в золотой. Сама драконица вряд ли бы ушла от погони, пользуясь только своими крыльями. Нужно будет расспросить парней о подробностях и том обвинении, что кинул Риз. Взгляд зацепился за все еще алеющую от удара щеку и список претензий к Киаризу возрос в геометрической прогрессии.
Девчонка снова отступила, а потом и вовсе повернулась спиной и убежала, так и не дождавшись от них реакции на свои слова.
— Да, тяжело ей придется в рейте, — сочувственно покачал головой всегда спокойный Айвир. — Ты куда, Сар? — окликнул, устремившегося вниз по ступенькам Нарсара.
— Постерегу ее от Риза, а то мало ли что удумает. Ты же его знаешь, — пожал плечами рейттар и, не дожидаясь ответа, направился следом за Риной.
— Постережет и соблазнит, — усмехнулся Айвир, следя за удаляющимся братом.
Оретт лишь усмехнулся в ответ:
— Надеешься, что и тебе перепадет? — мысль о том, что кто-то еще может быть с этой девочкой, кольнула иголкой ревности сердце, вынуждая вновь бессильно сжать кулаки.
— Она к этому не готова, — пожал плечами друг, откидывая саму возможность совместной ночи, привычной для них и такой не привычной для новеньких девчонок.
«И не только она», — горько усмехнулся моментально почувствовавший перемену в друге Оретт. А ведь для них это обычная практика. В мире, где на четверо парней приходится одна девчонка, сложно оставаться единственным. Да, и не позволит никто.
— Что будем делать, Оретт? — выдернул его из раздумий Айвир.
С Айвиром они попали в рейт почти одновременно, с разницей в месяц и, будучи, самыми младшими в Согде сразу же сдружились, сплотив возле себя всех младших парней. Вместе преодолевали трудности, вместе давали отпор Киаризу и его прихлебателям. Спустя Согд случилось то, чего боялся и на что в тайне надеялся Айв, и в рейт попал его оставленный у дальних родственников младший братишка — вечно голодный и худющий Сар и Оретт обзавелся еще одним братом, на этот раз младшим.
— А у нас есть выбор, Айв? Некодос ни за что не уступит власть. А Киариз положил глаз на девочку. Да и двум королевам в одном рейте не место.
— Думаешь, пора уходить? А как же мальчишки?
— Если бы я знал, Айв, если бы я только знал. Но любое промедление может стоить кому-то из нас жизни. Неужели нелепой смерти Гурвуна недостаточно, чтобы убедить всех в необходимости перемен?
— Ты же знаешь, что всем нашим достаточно одного твоего слова. Но… Сможем ли мы их всех защитить там на Пустынных островах?
— У нас нет выбора, Айв, — пожал плечами Оретт. — Время пришло.
Задумчивый взгляд метнулся в небо, отыскивая золотую.
«С ней все хорошо. Олвад ее накормил, а Круд кружит рядом, не позволяя никому потревожить сон», — поделился картинкой Дрейм.
«А ты?» — усмехнулся Оретт, сопоставляя поведение людей и их драконов.
«А я… Ты в курсе, что у них полное слияние?» — ошарашил Оретта дракон.
Полное слияние было редкостью среди рейттар. Чтобы его достичь мальчиков и драконов подвергали разным испытаниям, последним из которых был Огонь Очищения. Немногие проходили его полностью, а те, кто отступал и трусил, обычно умирали. Из тех же, кто проходил лишь единицы добивались полного слияния, такого как у Оретта с Дреймом. Остальные же получали драконов в подчинение, подавляя их сущность и разум. Такой себе верный помощник и трофей, делающий рейттар более могущественными по сравнению с другими людьми.
«Но как?» — все еще немного опешив от этого сделанного Дреймом открытия, переспросил рейттар.
Но дракон не ответил, лишь мысленно передал такой же недоумевающий образ.
Неужели ее так напугало то, что должно было произойти в этой пещере, что она полностью доверилась драконице? Но если так, то им придется еще тяжелее.
Оретт поморщился. То, что происходило во время брачного полета, ему не нравилось. Раньше в далекие времена, если верить старым рукописям, девочки появлялись в рейте одновременно с парнями, проходили с ними запечатление и взрослели вместе. Это давало возможность будущей Предводительнице привыкнуть к избранникам и к своей роли. И лишь много позже все изменилось и девушки стали появляться в рейте за два дня до брачного полета и ложиться в постель с почти незнакомцем, связывая свою жизнь с ним навсегда. В прошлый Согд такой избранницей стала Барире. На миг в памяти мелькнуло давно забытое воспоминание — потерянная девчонка со слезами на глазах, ставшая предводительницей рейта. Ее вид в тот день стал для Оретта откровением. И пусть он и не принимал участие в брачном полете и никогда не собирался этого делать, довольствуясь званием тейра, но видеть утратившее краски жизни лицо было больно. Тогда у молодого рейттара не было ни сил, ни желания противостоять Некодосу. Сегодня сил по прежнему было недостаточно, учитывая масштабность необходимых перемен, но мысль о том, что эта златовласая девчонка — сплошная шкатулка с секретами, начиная с необычного цвета волос и заканчивая желаниями, что пробуждала в нем, займет место Барире, разъедала душу изнутри.
Что ж у него есть целая декада*, чтобы приучить ее к себе. А если она выберет Сара или Айва, он просто отойдет в сторонку и позволит их драконам догнать ее золотую.
— Немилосердный рупан, Некодос совсем страх потерял, — громкая ругань Айва достигла его ушей, выдергивая из раздумий.
— Что? — удивленно переспросил Оретт, понимая, что пропустил что-то важное, затерявшись в своих мыслях.