Я ставлю всё и столько же сверху. Часть 1 (СИ)
И это было сильно, ведь мощь магии в таких случаях не просто складывалась, она умножалась в зависимости от количества участников.
Били Личи прицельно. Два из трёх фаерболов попали в руки голема, третий — последний, в его приплюснутую голову. Получив магическое попадание, руки и голова разлетелись фонтанами щепок. Более того, туловище голема, в котором имелось некоторое количество горючего масла из вытащенных Карасём кувшинов, вспыхнуло.
А после выяснилось, что Парадный вход это вам ребята не шутки. В первые секунды показалось, что от полученного урона голем начал разваливаться, но вдруг процесс резко прекратился, а разлетевшиеся и загоревшиеся обломки быстро затянуло на прежнее место.
Резко ускорившись, пылающий десятиметровый исполин влетел в гущу мертвецов. Его длинные горящие руки прокрутились будто на шарнирах, отчего нежить полетела в стороны словно комья земли от хорошего пинка сапогом.
Ударив руками, голем раздал пару увесистых пинков, присел и тяжело опустил на плотную массу мертвецов свои горящие руки. Далее, быстро поднявшись, он, разбрасывая горящие щепки, принялся давить и пинать врагов ногами.
Мертвецы, получив вероятно ментальный приказ, начали быстро разбегаться, так как стало понятно, что при текущей концентрации их передавят и сожгут неприлично быстро.
Тем временем с гребня стены сбросили верёвочную лестницу. Хрюша, проследив, что Ашам благополучно поднялась, сделал Юре жест, мол, давай, лезь следующим.
Воспользовавшись приглашением, Юра, периодически оглядываясь на сюрреалистический замес, торопливо полез на стену. В принципе уже было понятно, что от него более ничего не зависит и надо валить. Но сейчас, пожалуй, был тот редкий случай, когда валил он с абсолютно спокойной совестью.
***— Поторапливайтесь вшивые ублюдки! — прикрикнул гнолл-сержант на возившихся со станиной требушета гноллов-работников.
Свершив акт недовольства, он поспешил выдать нагоняй расчищающим площадку гноллам-лесорубам, которые, разведя осветительные костры, не особо-то и спешили браться за ближайшие деревья.
— И на кой нам вообще нужны эти требушеты? Что мы ими настреляем? Они лагерь этой зелёной швали видели, стратеги хреновы, — скрепляя опорные балки просмолённой верёвкой, принялся бухтеть один из гноллов-работников.
— Точно, точно. На клок шерсти спорю, у них все крыши глиной обмазаны. Только масло зря потратим, — поддержал его второй.
К занимающимся сборкой работникам подошёл гнолл-мастер. Остановившись, он принялся изучать процесс на предмет наличия косяков.
— Вот скажи нам Терах, зачем всё это нужно? — обратился к гноллу-мастеру самый шебутной работник.
— Тебе что-то не нравится? — почесав когтями мохнатую шею, проворчал в ответ приземистый мастер.
— Мне всё не нравится, — не унимался работник. — Но сейчас разговор о том, что толку от требушетов не будет, — отрывисто пролаял он.
Пусть говорили монстры на одном языке, исполнение сильно отличалось. Например, там где гоблины шикали, гноллы гыкали.
Мастер на возмущение возразил:
— Тот факт, что ты, Гарун, тупой выкидыш плешивой кобылы, вовсе не означает отсутствие толка. Вот скажи, если бы ты сейчас не занимался сборкой требушета, где бы ты находился? Готовился штурмовать стену? Прикрывал тылы? Занимался снабжением? Нет, ты бы дрых в лагере, чтобы с утра отправиться чистить свинарники или крутить куриную колбасу, подъедая потроха мимо кухни. И то, чем мы сейчас занимаемся, есть разумная попытка выжать из твоих кривых лап хоть немного пользы на благо дела.
Оскорбительная тирада мастера произвела на гнолла совсем не тот эффект какой бы она имела, например, на человека. В глазах монстра возникло близкое к просветлению понимание, после чего он принялся работать на два порядка усерднее.
Ещё один гнолл, до этого момента молчавший, обратился к мастеру:
— Ты у нас Терах ерунды не скажешь. Вот объясни мне дураку, на кой мы их лагерь штурмовать попёрлись, не дождавшись пока Тени штрафы снимут? Они-то, штрафы, о-го-го. Четверть характеристик срезают.
Воровато оглядевшись, любивший «сверкнуть умищем» гнолл-мастер подошёл поближе к работникам и, понизив голос, заговорил:
— А вы вот знаете, сколько зелёным силушки срезает, когда они на территорию других фракций заходят?
— Да понятно сколько. Как и нам, четверть, — загалдев, предположили работники.
Шикнув и опасливо посмотрев в сторону гнолла-сержанта, мастер продолжил:
— А вот и нет. Зелёным снимает одну пятую, нам четверть, а нежити треть.
— Что-то несправедливо выходит, — проворчал один из работников.
— Ну, это как посмотреть, — возразил старый гнолл. — Нас вот вдвое больше чем зелёных, а мертвяков в четыре раза больше чем нас. Сечёте? Это как раз таки справедливость и есть. Ведь будь штраф у нежити меньше, она бы ждать не стала и всех бы давно перерезала.
— С этим всё понятно, а в атаку то какого хрена мы полезли? — вернулся к теме задавший вопрос работник.
— Дурак ты Брун. Лапы золотые, но дурак-дураком, — вздохнул старый гнолл. — Вот мы сейчас здесь, а что, по-твоему, мешает нежити нам в спину ударить или наш полупустой лагерь разгромить?
— У нас же с ними вроде как договор? — неуверенно возразил один из работников.
— Договор? С кем? С этой тухлятиной? — презрительно фыркнул мастер.
Увидев, что в их сторону направляется гнолл-сержант, он принял деловой вид и скороговоркой произнёс:
— Только из-за штрафа мы сюда и пришли. Ведь когда Тени штраф снимут, дел с мертвяками будет иметь никак нельзя, минимум потому, что мы им станем нужны как вши гноллам…
Произнеся это, гнолл-мастер с довольным видом отправился к следующему требушету.
Тем временем подслушавший их разговор гоблин-разведчик как можно тише спустился вниз по узкому земляному лазу, после чего торопливо отправился докладывать подслушанную информацию.
***Первые метров сто подземного хода явно копали с учётом габаритов огров и троллей, отчего проход получился что надо. Прямо бери, стели на пол рельсы и пускай вагонетку. А вот дальше, после «перевалочной базы» из нескольких подземных помещений, начался без пары сантиметров шкуродёр.
Причину, по которой метраж ужали, пробирающийся за Стилетом Юра вычислил сразу. Первый — широкий тоннель, позволял отрядам огров и троллей совершить внезапную вылазку за стену, появившись, например, посреди вражеского лагеря, если такой лагерь разобьют совсем недалеко от их стен. Но то конечно фантастика.
А вот дальше, после перевалочных залов и прикопанных, ведущих наверх люков, шёл более узкий тоннель, предназначенный для отрядов гоблинов-диверсантов. Благо делать его совсем уж тесным не стали, отчего Юра, скукожившись и толкая себя словно шомпол, кое-как по тоннелю пробирался.
«Ага, наверняка такие тоннели имеются вокруг всего лагеря. В том числе ведут они и под позицию нежити», — размышлял он в процессе.
По прикидкам молодого человека, диверсионный отряд, к которому он рискнул присоединиться, находился сейчас метрах в двухстах от стены. Задача диверсантов заключалась в уничтожении подвезённых к позиции баллист зажигательных боеприпасов.
Так зачем, спрашивается, Юра ввязался в столь опасное дело?
Причин рискнуть имелось несколько. Первая — текущее предприятие стратегически продумано, отчего на самоубийство никак не тянет. А то что опасно? Ну а кому сейчас легко.
Вторая причина крылась в необходимости действовать и вносить посильный вклад в победу. Ведь если вместо победы случится поражение, будет, скажем так, не совсем хорошо.
Третья причина заключалась в висящем на Юре дебаффе «Кредитор фортуны». Имелся в нём один интересный пунктик, который в данный момент гласил:
[Дополнительные условия: попадите в неприятности и выкарабкайтесь из них семь раз, после чего вы сможете запросить данный фортуне «долг» с процентами.
Текущий счётчик неприятностей 3/7]