Пятый мир (СИ)
Название каждого из животных учитель написал мелом на доске.
– Кто знает, в кого превращаются киркские лягушки?
– В прекрасную девушку, – хором ответили ученики.
– Хорошо, а северный лев?
– В косулю, – опять протянул класс.
– Прекрасно! Так льву удается легко подойти вплотную к своей жертве.
Макс поднял руку.
– Да, Макс, твой вопрос.
– Учитель, я не совсем понимаю, а как все эти животные и мы связаны с безликими?
– Есть легенда, по ней Верховный бог Вотан влюбился в прекрасную земную девушку Фриду. Но он уже был женат на Лилит. Узнав об интрижке, супруга воспылала яростью. Несмотря на все скандалы и упреки жены, Вотан продолжал тайком встречаться с возлюбленной в роще. Прошло чуть больше года, и Фрида родила ему сына. Мать и дитя поселились все в той же роще, скрытой от глаз Лилит Вотаном. Однако змея, обитавшая там же, рассказала об этом событии жене Верховного бога, пообещав ей показать место, где Вотан укрыл возлюбленную и сына. Проникнув в рощу, супруга Вотана обернулась демоном и убила обоих. Увидев, что его сын и возлюбленная мертвы, бог изгнал Лилит и в наказание наложил заклятие, превратив ее в мерзкое существо. С тех пор она скитается где-то, не в силах вернуть свой истинный облик. От отчаянья и обиды Лилит рыдала ночи наролет. Слезы попадали на земных животных, которые получали частичку ее способностей, превращаясь в оборотней. А непосредственно ее потомков стали именовать безликими.
– Это правда? – подняв руку, спросила коротко стриженная девушка с курносым носом и веснушками по имени Оки.
– Вы не верите? – саркастически улыбнувшись, задал вопрос учитель.
– Ну, я не то чтобы не верю в Верховного бога Вотана, – смутилась девушка. – Просто вся эта легенда уж слишком неправдоподобна, на мой взгляд. Особенно про слезы Лилит.
– Еще лет сто назад вам бы отрубили голову за то, что вы ставите Священную книгу под сомнение, – уже без улыбки заметил учитель. – Сегодня же наши старейшины сильно сократили влияние жрецов на мирское общество. Не могу сказать, что полностью одобряю это, но факт остается фактом. Вы можете сами поразмышлять на досуге, что правда, а что вымысел. Хотя сомневаюсь, что большую часть из вас реально заботит природа трансформации оборотней.
Учитель взял небольшую паузу, проходя взад-вперед между рядами. Накинутая на его плечи волчья шкура немного подрагивала при ходьбе. Наконец он остановился у доски.
– И, хотя мы не до конца понимаем природу оборотней, эта особенность является фундаментом нашего общества. Волкодлак становится полноценным членом своего клана только после того, как пройдет обряд Посвящения вместе со своим волком.
Учитель взял в руки мел и начал чертить что-то на доске. Очень быстро стало понятно, что он рисует клановую систему волкодлаков. На доске появилось одиннадцать кругов, по числу кланов: Железные Клыки, Белая Длань, Серые Волки, Северное Братство, Остроносы, Медведеруки, клан Ледяного Озера, Мертворожденные, Горные Волки, Вольный клан и, наконец, Первый Клан – старейший из всех.
– Это все кланы, которые нам известны. Кланы часто враждуют между собой, но при этом сохраняют свою культурную общность. Для того чтобы прекратить вражду друг с другом, была учреждена должность Верховного судьи, который разрешает противоречия между кланами. Вопросы? Да, Галифар, говори.
Тучный чернявый подросток, одетый в кожаную жилетку и хлопковые штаны, откашлялся и сказал:
– Учитель, нам объясняли устройство кланов еще два года назад.
– Может быть, ты тогда мне напомнишь, кто может быть удостоен чести быть избранным Верховным судьей кланов, Галифар?
– Э-э-э, ну, наверное, вождь одного из кланов.
– Мне кажется, тебя стоит отправить обратно на пару классов назад, – покачал головой учитель. – Кто не придерживается данной теории, прошу поднять руку.
Макс знал ответ на данный вопрос, но у него не было особого желания высовываться. Однако он удивился тому, что руку поднял Эльф.
– Учитель, выбрать могут любого вожака стаи, а не только вождя клана. Для этого нужно согласие Совета старейшин. Далее старейшины от каждого клана собираются и выбирают из кандидатов Верховного судью. За кандидата из своего клана голосовать запрещается.
– Все верно, Эльф, спасибо.
Обычно Эльф не любил высовываться на уроках и вообще не отличался усердием. Это был чуть ли не первый раз на памяти Макса, когда его друг сам отвечал на вопрос учителя.
– Что это с тобой? – шепнул Макс. – Отравился?
– Ты о чем?
– Сам тянешь руку…
– Ну, если остальные десять лет в школе не было ничего интересного из предметов, я виноват, что ли?
Макс хотел добавить еще что-то, но звуки с улицы отвлекли его.
Из открытого окна доносились какие-то крики, которые все больше и больше нарастали. Учитель пытался продолжить занятие, но уже через полминуты крики уже нельзя было игнорировать. Не дожидаясь разрешения, школьники сами подбежали к окнам в надежде понять, что же там происходит. На центральной улице было неестественно много волкодлаков, которые высыпали из соседних зданий, что-то непрестанно выкрикивая. Очень скоро стала понятна причина столь странного оживления. По улице вели закованного в цепи пленника, а точней пленницу, молодую девушку лет пятнадцати на вид. Ее длинные рыжие волосы были все в грязи, короткое, выше колен, платье изрядно поистрепалось. Всем стало ясно: один из отрядов охотников поймал человека, скорей всего, лазутчицу из Заброшенного Города. В этот момент в классе прозвенел звонок на перемену, и ученики вмиг устремились из школы на улицу.
Глава 7
Лес кончился, а вместе с ним и долгая ночь. Пожалуй, самая долгая в их жизни. Волкодлаки лежали на берегу небольшой реки, не в силах пошевелиться. Никто не мог проронить ни звука, лишь тяжелое гулкое дыхание прерывало тишину этого утра. Они бежали часов пять в обличье волков. Какое-то время они еще слышали шум, исходивший от преследователей, но даже после того, как все стихло, волкодлаки ни на секунду не останавливались. Они все понимали, что если тело безликого в назначенный день не будет на церемонии Посвящения, то целое поколение подростков так и не станет волкодлаками, а этого нельзя было допустить, такого не случалось еще ни разу за всю историю клана.
– Вроде оторвались, – указывая пальцем на лес, сказал Рогдар.
– Теперь уж не догонят, – кивнул Хартиг.
Волкодлаки постепенно начали приходить в себя и подниматься с земли. Немного умывшись и утолив жажду, охотники собрались для обсуждения дальнейших планов. В стычке был убит вожак, и правила требовали выбрать временного командира отряда до конца похода. Каждый имел право голоса и должен был высказаться за или против претендентов на эту должность. Волкодлаки понимали, что Хара просто так заменить нельзя, но кто-то должен был возглавить отряд. Охотники образовали круг, одни сидели, другие стояли, молчаливо выжидая, кто возьмет слово первым.
– Хар погиб, ведя нас на прорыв в тот момент, когда остальные уже были готовы отступить, – подал голос Халди.
– Не все, – поправил его Хартиг. – Я видел, остальные тоже, Грака и Хар пошли на прорыв вместе, поведя за собой охотников. Благодаря им обоим мы сейчас живы, а не лежим там, изрубленные на куски.
– Точно! – раздались голоса охотников. – Хар и Грака сделали это вместе!
– Это так, – кивнул Хартиг.
– Кроме того, он вывел нас из леса, все время идя первым, – добавил Ньял, длинноволосый охотник, одетый в серую волчью куртку с капюшоном.
То, что сразу три волкодлака поддержали Граку, стало полной неожиданностью для Рогдара. По всем канонам временным вожаком должен был стать Хартиг. Он был старше остальных и последние годы тесно сошелся с Харом, который доверял ему больше, чем другим. Однако изначально все пошло как-то наперекосяк, ведь Хартиг сам поддержал кандидатуру Граки. Неужели он забыл, как еще вчера этот юнец пошел против самого Хара? Ничего не понимая, Рогдар молча продолжал смотреть на это странное действие.