"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

– Можно подумать, он чего-то там не видел.
– Млять! Люсьен! Ты добиваешься, чтоб я ему башку к хрустам свинячим снес!
– Сам же сказал: дважды за одно и то же не убиваешь, – хмыкнула дама и тут же подхватила под локоть, удерживая на месте, дернувшегося в мою сторону рогоносца.
– Обожаю, когда ты меня ревнуешь, – Люсьен чмокнула Свина в щеку и не заметно тут же мне подмигнула.
– Ну че завис? – буркнул Свин в мою сторону. – Давай, рассказывай, каким ветром в нашу спальню тебя занесло?
Всей правды о себе я им, разумеется, рассказывать не стал. И так хватало высокоуровневых крутышей, жаждущих заполучить меня в вечное рабство. Потому о Душелове я не обмолвился ни единым словом. Но про Сокрушителя преград, позволившего вырваться из тенет паучихи, пришлось выложить все без утайки.
Мой рассказ не занял много времени. Я уложился в десять минут.
– Ишь ты, сперва рассказываешь про Дар, позволяющий базарить с тварями, – покачал головой Свин. – А теперь еще оказывается у тебя есть Дар со смертельным ударом… Эдак ты, пожалуй, и меня можешь того…
– Не переживай, дорогой, этот страшный Дар у Рихтовщика пока в откате.
– Да не переживаю я, – фыркнул Свин.
Но Люсьен, словно не заметив возмущение любовника, как ни в чем не было, продолжила:
– Нанести его он может лишь в течение считанных секунд. И с твоей ловкостью, дорогой, уверена, тебе не составит труда увернуться. Получается, отомстить тебе смертельным ударом он не сможет.
– Мля, так расписала, что прям захотелось попробовать, – облизнулся Свин. – Когда, говоришь, у тебя откат заканчивается.
– Через час примерно.
– Че, в натуре, паучиху одним касанием прикончил?
– Там на самом деле много факторов удачно сложилось. Я ж рассказывал, она была ослаблена откатом, после активации нимфы…
– Видишь, дорогой, какой замечательный человек Рихтовщик, – перебила Люсьен. – Прищемил нос суке Незабудке. Уверена, потерянная жизнь собьет с паучихи спесь.
– Ты зубы-то мне не заговаривай, – проворчал Свин. – Лучше растолкуй, какого рожна его к тебе выхлопом забросило. Ты че, стерва, всю неделю сохнешь по Рихтовщику?
– Да ну брось, Свин. Ты же знаешь, все мои думки только о тебе.
– Я вижу!
– Случайность это! Стечение обстоятельств. Поскольку у нас с Рихтовщиком недавно случилось… ну ты, короче, понял…
– Да уж как тут не понять! – и без того красная рожа Свина зловеще побагровела, ладони сжались в пудовые кулаки.
– Придурок, ты то че молчишь? – вдруг переключилась на меня Люсьен. – Объясни ему, что между нами ничего нет.
– Между нами ничего нет, – закивал я.
– О Стикс! – закатила дама глаза.
– Я сам в шоке, что к вам попал. Думал окажусь рядом с Белкой – это моя подружка.
– Ну вот, что я тебе говорила, – подхватила Люсьен. – У Рихтовщика подружка есть. И наша связь недоразумение. Ты же знаешь, Свиненок, я только тебя люблю, – и подтвердила слова страстным поцелуем.
– Ладно, проехали, – выдохнул Свин, неохотно разжимая кулаки.
– Слушай, раз уж он так неожиданно нам на голову свалился, может, возьмешь Рихтовщика на большую охоту?
– А че за охота-то? – рискнул встрять в семейный разговор.
– Да, пожалуй, можно, – игноря меня, ответил любовнице Свин.
– Только сперва нужно его приодеть, – тут же по новой насела Люсьен. – Ты же не хочешь, чтоб по Свинарнику поползли нелепые слухи. Нужно все обставить так, будто Рихтовщик прибыл по твоему приглашению, для участия в охоте. А если его увидят в этой нелепой рабочей спецовке, начнутся толки, пересуды… Оно нам надо?
– Ладно, вызову Пружину, пусть подберет ему что-нибудь приличное по размеру. И оружие какое-нибудь. В счет трофеев, так сказать.
Мне очень не понравилась ухмылка, исказившая губы Свина при упоминании трофеев.
– Да что за охота-то?
– Слыхал что-нибудь о скребберах, Рихтовщик? – ответил вопросом на вопрос Свин и его ухмылка стала еще шире.
Перед глазами мгновенно всплыл образ огромной, как танк, жутко переломанной твари, с десятками щупальцев и жал, торчащих во все стороны. Даже тогда, в состоянии смертельной агонии, она вынуждала толпу работяг держаться на почтительном расстоянии. И Шпорой удалось вскрыть ее изломанный панцирь с огромным трудом.
 
– Судя по тому, как вытянулась рожа, слыхал, – хмыкнул Свин.
– Но это же безумие!
– В койку бабу мою тащить – вот безумие. А охота на скреббера – это искусство. Я ждал этого шанса тридцать семь лет! А тебе он предоставляется в первый же месяц. Все ж таки везучий ты парень, Рихтовщик.
– Ага, пипец, какой везучий, – проворчал я, вызвав приступ гомерического хохота у Свина с Люсьен.
А я представил, как бы вытянулись их рожи, узнай они, что скреббера мне довелось прикончить в первый же день пребывания на Континенте. Но делиться своими думками, разумеется, ни с кем не стал. А искренне угорая над потенциальными завистниками, присоединился к общему веселью.
  
Глава 2
 
Глава 2, в которой обзавожусь барахлишком и страдаю от тараканьих нападок 
На обмундировку и вооружение Свин расщедрился выделить мне аж три сотни споранов – в счет трофеев, со скреббера, если выживу… Ну, короче, за три сотки подписали меня на стопроцентный убой. Одно в этой безнадеге радовало – до грозы Стикса доберемся мы дня через три, в лучшем случае, потому системное задание с большой вероятностью я все же выполню.
Замаскировав меня длинным плащом с капюшоном, Свин лично проводил в хранилище к Пружине, благо стаб был маленький и от его резиденции до хранилища было рукой махнуть. Охранники не осмелились в присутствии хозяина стаба интересоваться таинственной личностью в плаще. И даже поле того, как Свин свалил по делам, бросив меня на лестнице, – мол, не раз уже внизу был, сам до Пружины доберешься – никто не дерзнул спускаться за мной вниз.
Плутая в узких проходах между стальными стенами сейфов, я вооружился. Так же, как недавно в баре, мне на глаза друг за дружкой попались оба привязанных предмета. Сперва чуть не споткнулся, наступив на стечкин. А еще через несколько шагов половину прохода загородила прислоненная к сейфовой двери трехлинейка.
Винтовку закинул на плечо, а вот пистолет, за неимением кобуры, пришлось нести в руке. Потому, на выходе из лабиринта вид я имел совершенно разбойничий. О чем и не преминул сообщить сидящий за столом дед.
– Ты б хоть побрился, а то волосья торчат во все стороны – смотреть противно. Чисто бандит с большой дороги.
– Да, че-то руки все не доходят, – проворчал я, пожимая сухую маленькую ладонь. – Привет, Пружина.
– И тебе не хворать, Рихтовщик, – хмыкнул хитрый дед. – Удивлен, что так спокойно на твой визит реагирую?.. Так все просто. Меня Люсьен о тебе по рации предупредила, что на большую охоту тебя Свину сосватала. Беспокоится баба, как бы не объегорил ее любимчика. Эх, парень, напрасно ты с этой стервой связался.
– Вот, Свин велел передать, – я сунул Пружине записку.
– Триста споранов, хм, однако… Ну, раз Свин распорядился, давай подберем тебе барахлишко… С оружием, так понимаю, вопрос решился сам собой. Привязанные?
– Да, только что вернулись. И теперь под пистолет мне нужна кобура…
– Тебе дохрена чего нужно. Не суетись, Рихтовщик, разберемся. А пока стволы свои грозные на стол положи, от греха. По Свинарнику все одно с огнестрелом – нельзя. Заберешь, когда на охоту отправитесь.
Я разоружился.
И мы приступили к торгу.
Через два часа я поднялся из хранилища одетый в добротный камуфляж. С пухлым рюкзаком за спиной, на треть заполненным скатанной в компактный рулон разгрузкой. Еще треть содержимого занимал трехдневный сухпай из сухарей и тушенки. Ну и оставшееся место ушло под коробки патронов, запасные обоймы (одна к стечкину и три к винтовке), аптечку, и всякую полезную мелочевку типа мотка веревки, четвертушки с уксусом, иголки с катушкой ниток, соли и спичек.