Зной пустыни

— Как тебе не совестно задавать такие вопросы? — оскорбился Реджинальд. — Вечер должен оказаться для тебя приятнейшим сюрпризом.
— Мне бы хотелось, чтобы список гостей возглавила Арчер.
— Но ее муж в отъезде, а я приглашаю только супружеские пары.
— Ну, пожалуйста, сделай исключение.
— Думаю, твоя подруга откажется, — возразил Квинси. — И пусть я покажусь тебе старомодным, но я не хочу быть в роли сводника, устраивающего свидания для замужней женщины.
— Кажется, я поняла.
— Знаешь, не говори Арчер о вечере. Если она не будет ничего знать, то и не обидится.
Но Марианна не смогла удержаться и рассказала подруге о намеченном вечере у Квинси.
— Ты не очень расстроишься, если не получишь приглашения? — спросила она.
— Ничуть, — равнодушно ответила Арчер. — Реджинальд совершенно прав, незачем приглашать лишних женщин, если предполагается обед, а не танцевальный вечер.
Сейчас, в ожидании лимузина, который послал за нею Реджинальд, она старалась не думать об Арчер. Конечно, в ее присутствии Марианна чувствовала бы себя более уверенно. Ладно, когда они с Реджинальдом вернутся из свадебного путешествия, то примут Арчер, когда той заблагорассудится.
Присев на краешек дивана, чтобы не помять наряд, Марианна погрузилась в сладостные Мечты о том, какая жизнь ожидает миссис Реджинальд Квинси. Бесконечная череда приемов, на которых обязательно будут Лиз и Арчер. Пусть видят, где теперь будет жить бедная Марианна. Ничего, она не ударит в грязь лицом и станет достойной благородного имени Квинси. На столе всегда будет китайский фарфор, серебро и изысканная еда вроде новой пиццы из Калифорнии.
Из сладких грез Марианну вывел громкий стук в дверь. На пороге стоял Кейт.
— Добрый вечер, мадам, — почтительно сказал он, но его взгляд задержался на вырезе платья. — Вы сегодня прекрасно выглядите, мадам. Если вы готовы, то мы можем ехать.
Реджинальд не мог усидеть на месте и нетерпеливо бродил по комнатам. Из кабинета доносились звуки концерта Гайдна. На лестнице, ведущей в башню, Квинси ощутил резкий аромат белых гвоздик, смешанный с едва уловимым запахом девственно-белых роз.
Сердце билось толчками, но Реджинальд чувствовал необыкновенный душевный подъем и сладострастное оживление. Его будоражили воспоминания о ночах, подобных той, что предстояла ему сегодня. От этих мыслей его бросило в жар, и внезапная эрекция напомнила Квинси, что он еще мужчина.
Когда несколько минут спустя Кейт ввел Марианну в гостиную, Реджинальд уже был готов к вечернему представлению.
«Quel horreur  [30], — думал он, глядя на платье бывшей невесты. Если бы она надела такое раньше, ему бы не пришлось нанимать частного детектива. Но надо отдать ей должное, она очень правдоподобно сыграла роль настоящей леди.
Марианна оглядывала пустую комнату и нервно поправляла волосы.
— Где же гости?
Неужели они сейчас выскочат из углов с криками: «Сюрприз, сюрприз»?
— Мне хочется выпить с тобой наедине, бея гостей. — С трудом скрывая отвращение, он взял Марианну за руку и усадил в кресло.
— Мне как-то не по себе. — Она показала Реджинальду на свои обнаженные руки. — Смотри, гусиная кожа. Ну не упрямься, расскажи, кого ты пригласил?
— Мои гости сгорают от нетерпения увидеть тебя. Сегодня мы проведем удивительный вечер. Но всему свое время.
Квинси достал из серебряного ведерка со льдом бутылку шампанского «Моэ Шандон».
Конечно, нет смысла затягивать увертюру и разыгрывать из себя преданного жениха, но чем дальше он откладывал наказание Марианны, тем сильнее наслаждался. Как она на него смотрит! Глаза печальные, как у коровы. Впрочем, и интеллекта в них не больше, чем в глазах достойного парнокопытного.
— О-ооо, — томно вздохнула Марианна, — ты же знаешь, как я обожаю шипучку.
Реджинальд подскочил от ярости. Хорошо воспитанная, порядочная женщина никогда не назовет «Моэ Шандон» шипучкой. Не может настоящая леди так плебейски пользоваться английским языком, языком королей.
 
Оглядываясь назад, Квинси видел, что прозевал сотни мелочей, но ему так хотелось начать новую жизнь, что он позволил обмануть себя. Теперь ясно, что и художник она посредственный, ей никогда не достичь высот Кэссат или О'Киф. Узнав о Марианне правду, Реджинальд уничтожил ее картины. Однако получил лишь мимолетное удовлетворение. Истинное наслаждение ждет его на исходе сегодняшнего вечера.
А потом он позвонит матери и скажет, что помолвка расторгнута. Он заранее трясся от страха, предвидя ее ответ. Вероятно, она не скажет «Я же тебя предупреждала», но подумает именно так. Реджинальд поклялся больше не верить ни одной женщине. Сегодняшнее развлечение — лишь небольшая компенсация за оскорбление, нанесенное ему Марианной.
— За наш маленький вечер, — провозгласил он.
— За наш вечер, — эхом отозвалась Марианна и оглядела комнату, словно надеясь, что гости возникнут из-за деревянной обшивки.
— Сейчас я провожу тебя в комнату для гостей, где ты сможешь привести себя в порядок. — Квинси протянул ей руку.
— Ты такой заботливый.
Он закусил губу, чтобы не расхохотаться. Проводив ее в комнату для гостей, Реджинальд еще рая взглянул на нелепое платье Марианны, ее белое лицо с пятнами румян. «Размалеванная шлюха», — подумал он.
— А когда приедут гости?
— Они появятся, как только ты припудришь свой очаровательный носик, — ласково произнес Квинси.
Войдя в туалет, Марианна заперла за собой дверь. Наконец-то одна. Она нервно огляделась. Сортир как сортир, если, конечно, называть сортиром комнату, отделанную серебристыми обоями, с фарфоровым биде и роскошным махровым халатом на вешалке. Да, Квинси очень богатый человек.
Марианна проверила, заперта ли дверь, и использовала по назначению унитаз.
Но страх не проходил. Что-то было не так. Она почувствовала это сразу, как только за ней приехал Кейт. Парень вел себя вежливо и предупредительно, однако Марианна заметила нечто странное во взгляде, каким он смотрел на нее в машине. Впрочем, у Реджинальда взгляд был не лучше, просто он быстро сгладил впечатление обворожительной улыбкой.
Марианна рассчитывала увидеть залитый огнями дом, услышать громкую музыку. Но здесь царила почти кладбищенская тишина. Не видно ни слуг, ни официантов, как это бывало на приемах Лиз, не чувствуется запаха яств. А когда Марианна закрывала дверь туалета, Реджинальд проводил ее такой же странной улыбкой — не улыбка, а оскал черепа.
Ей вдруг захотелось очутиться дома, в своей убогой, но безопасной спальне. Увидев какую-то дверь, Марианна на цыпочках подкралась к ней и осторожно дернула за ручку. Но это оказался бельевой шкаф, набитый полотенцами и простынями. Господи, вот дура, ей за каждым углом мерещатся злодеи.
Она вдруг ясно услышала слова матери: «Марианна, девочка моя, у тебя слишком много воображения и слишком мало здравого смысла!»
Она заставила себя весело улыбнуться и сказала испуганному выражению в зеркале:
— Сегодня твой звездный час. Не хочешь же ты испортить его из-за каких-то глупых страхов.
Решительно достав помаду, пудру и румяна, Марианна принялась за макияж.
* * *
Когда за нею закрылась дверь туалета, Реджинальд вошел в полутемный холл, где его ждал Кейт.
— Можешь вести своих приятелей.
— Мы готовы к рок-н-роллу, — кивнул тот.
К возвращению Марианны трое друзей Кейта уже стояли в комнате для гостей. Обычно Квинси получал от таких вечеров громадное наслаждение, если участники были молоды и хорошо сложены. Сегодня Кейт особенно удачно подобрал команду.
Самый рослый из троицы выглядел просто устрашающе: детина с грубым, небритым лицом, перебитым носом и тяжелым мускулистым корпусом. Из джинсов выпирал огромный член. Квинси посмотрел на детородный орган громилы и оценивающе взглянул на других. Одеты несколько лучше, но в остальном производили такое же впечатление, что и первый громила. Они буквально горели желанием приступить к развлечению.