Зной пустыни

Человек попроще сейчас страдал бы. Но Рика Мейсона нельзя так вот запросто вышибить из седла. Неделю назад Лиз Кент швырнула ему в лицо свой отказ, другой на его месте лежал бы дома, зализывая рану. Рик не такой слюнтяй. Что толку плакать над убежавшим молоком.
В это время года движение на улицах было всегда оживленным, и Мейсону потребовалось около часа, чтобы добраться до окраины Скоттсдейла, где находился филиал Аризонского банка. Захватив лежавший на заднем сиденье кейс, Рик грациозно выскользнул из «порше», порадовался чудесному январскому утру и открыл массивную дверь банка.
— Я бы хотел поговорить с менеджером, который оформляет новые счета, — сказал он хорошенькой брюнетке.
В другое время Рик пофлиртовал бы с ней, пригласил бы девочку в ресторан, но после фиаско с Лиз он поклялся никогда не смешивать дело с удовольствиями. А дело предстояло сегодня очень важное.
Девушка окинула его оценивающим взглядом.
— Я провожу вас в его кабинет.
Через минуту он сидел в удобном кожаном кресле напротив моложавого вице-президента банка.
— Чем могу быть полезен, мистер?.. — поинтересовался тот.
— Мейсон, — холодно ответил Рик. Красная цена таким вице-президентам — десять центов за дюжину. — Я бы хотел открыть у вас счет Кочизского мемориального фонда живописи.
— Кочизского?.. — Вице-президент достал из ящика стола несколько бланков.
— Мемориального фонда живописи, — раздельно произнес Рик. — Я — доверенное лицо организации, которая собирает деньги на строительство школы живописи в резервации Сан-Карлос.
— Очень благородное начинание. Организация некоммерческая? — поинтересовался банкир, заполняя бланки.
— Конечно, нет.
— Сколько вы хотите внести на депозит?
Рик доверительно улыбнулся, зная, что сейчас произведет неизгладимое впечатление.
— Двести тысяч долларов, — небрежно обронил он.
Рик забрал свои деньги в Кэймановском банке, чтобы перевести их на новый счет, который бы не подлежал обычному надзору и налогообложению. Теперь предстояло наладить с руководством Аризонского банка доверительные отношения, приучить администрацию к тому, что он будет переводить на открытый счет и изымать крупные суммы наличных денег.
Часом позже, получив приглашение вступить в закрытый клуб особо ценных клиентов, Рик покинул здание Аризонского банка. Ему даже устроили маленькую экскурсию по помещениям банка. Кочизский мемориальный фонд живописи стал фактом. А сейчас нужно провернуть еще одно дельце — открыть счет на вымышленное имя. Правда, для этого требовалось фальшивое удостоверение личности. Тут проблемы не возникнет.
Но это может подождать. Зато следующий шаг необходимо сделать, не откладывая, если Рик хочет завладеть слайдами картин Долгой Охоты, отобранных для выставки в музее Гуггенгейма. «Вот этим мы сейчас займемся, Лиззи, любовь моя, — промурлыкал Рик, — тебя ожидает оч-чень неприятный сюрприз».
Выйдя из машины, Марианна оглядела дом Гаррисонов и впервые не почувствовала зависти. Дом, конечно, неплохой, но не идет ни в какое сравнение с тем, который в ближайшее время станет ее собственностью.
Закрывая дверцу машины, Марианна взглянула на перстень. О таком бриллианте она раньше не смела даже мечтать. Первый муж раскошелился только на скромное медное колечко, покрытое тонким слоем позолоты. А Реджинальд обещал к свадьбе кольцо еще красивее этого. Господи, скорее бы!
Пять минут спустя они сидели за столом и пили «Кровавую Мэри». Марианна заметила, что подруга осунулась и постарела. Ей надо взбодриться.
— У тебя такой вид, словно ты потеряла лучшего друга или мужа, — сказала она. — Когда развод?
— Почему ты уверена, что мы разведемся?
— Да ты посмотри на себя! Дорогая, я видела фермеров, потерявших в засуху весь урожай, так эти бедняги казались счастливцами по сравнению с тобой.
— Развода не будет… Думаю, Луис постарается его избежать. Перед отъездом он извинился за то, что слишком много времени проводит на работе, и хочет во всем разобраться, когда вернется домой.
 
— Он не знает о Романе?
— Господи, конечно же, нет.
— А он ничего не говорил тебе о Стейси?
— С какой стати?
Марианна пожала плечами.
— Я видела, как она смотрела на Луиса, и не сомневаюсь, что они — любовники.
— Луис не тот человек.
— Господи, Арчер, спустись наконец на землю. Стейси Говард положила глаз на твоего мужа, и рано или поздно он окажется у нее на крючке. Все мужчины одинаковы. И я не возьму в толк, почему ты заставляешь Романа ходить вокруг тебя и подбирать объедки с чужого стола.
— Как ты можешь быть уверена в том, о чем не имеешь ни малейшего понятия, — вспылила Арчер. — Я намного старше тебя, замужем почти двадцать пять лет и то не могу быть ни в чем уверенной.
Марианна тяжело вздохнула. С тех пор как Реджинальд сделал официальное предложение и объявил о помолвке, ей не терпелось поделиться с Арчер. Но, видимо, сегодня неподходящий для этого день.
— Не могу тебя понять. Роман идеально тебе подходит, а ты продолжаешь блуждать в трех соснах. Неужели ты не способна умножить два на два?
— Я пробовала, но у меня все время получается пять. Видимо, я воспринимаю мир в черно-белых тонах. А теперь все вокруг стало серым. Я разрываюсь между Романом и Луисом и абсолютно не в состоянии сосредоточиться.
— Радость моя, да у тебя просто умственный запор. Так что брось всю эту муру и послушайся лучше своего сердца.
— Хочешь, чтобы я последовала твоему примеру?
Марианна почувствовала легкое беспокойство и снова взглянула на подарок Реджинальда. У нее уже вошло в привычку смотреть на бриллиант, Когда на горизонте появлялись мрачные тучи.
— Ты всегда поступаешь именно так? — не отставала Арчер.
— Не всегда. Не стану притворяться и убеждать тебя, что безумно влюблена в Реджинальда. В твоей любви к Роману страсти намного больше. Постарайся меня понять. Я всю жизнь паслась на задворках, кому-то на празднике жизни достаются жирные куски, а мне приходилось довольствоваться вонючими отбросами. Должна же я поесть всласть. Ты права, я выхожу замуж за Реджинальда не по зову сердца. Но меня столько раз били по голове, что я решила запереть свое сердце на замок. Реджинальд — хороший парень, я уверена, мы с ним уживемся.
— Понимаю, ты хочешь, чтобы я порадовалась твоему счастью, и поверь, я искренне желаю тебе всего хорошего. Но ты сама уверена, что Реджинальд — это то, что тебе действительно нужно?
— Более чем уверена. Самое главное, я уважаю его, а он уважает меня. Ты не представляешь, как приятно общаться с человеком, которого интересует моя душа, а не мои сиськи. Одного этого вполне хватит для счастливого брака.
— Реджинальд кажется мне… — Арчер внимательно посмотрела на Марианну. — Черт, не знаю даже, как сказать… Видишь ли, Реджинальд — сноб. Что он знает о твоей семье?
— Ты хочешь спросить, знает ли он, что моя мать была известной городской шлюхой? Конечно, не знает. Но ведь будущее намного важнее прошлого. А я сделаю все, чтобы он был счастлив со мной.
Арчер иронически поморщилась.
— Нечего корчить рожи, — разозлилась Марианна. — Ему нужен товарищ, мне тоже. Поверь, Арчер, такого человека я ждала всю жизнь. У нас будут дети. Да и вообще, сегодня я не хочу затевать серьезных дискуссий. Я приехала, чтобы просить тебя быть моей подружкой на свадьбе.
Хэнк трусил рядом с Аланом на своей гнедой кобыле, которая по сравнению с Одии выглядела клячей. Утро было ветреным и холодным, из лошадиных ноздрей шел пар.
— Отличное местечко. — Навахо широким жестом показал на скалистые холмы.
Алан кивнул. Мало кому придет в голову назвать отличным место, где, кроме камней и кактусов, нет никаких красот.
— Жалко уезжать, — сказал он.
— Опять за свое? Господи, парень, ты же всего два месяца назад вернулся из Стронгхолда. — Хэнк остановился посреди дороги, преградив Алану путь.