Еще больше записок сумасшедшего анимешника (СИ)

Девушка посмотрела на него и рассеянно кивнула.
По всей видимости, дело было предельно важным.
— Ясно… Пошли, — сказал Кей.
— А, ещё… — вдруг добавила Мария, поглядывая краем глаза на телефон. — Нам нужно замаскироваться.
— Замаскироваться? — удивился Коу.
В данный момент они находились в глухой деревне. До ближайшего магазина одежды было по меньшей мере десять километров согласно навигатору. Более того, Мария прибавила, что переодеться им нужно как можно скорее, чтобы они могли затеряться в толпе прежде, чем явятся на место назначения. Кей предложил «одолжить» одежду у местных жителей деревни, но Мураками разумно отметила, что тогда они рискуют привлечь слишком много внимания. А что если…
Сперва на неё посмотрел Кей.
Затем Мураками.
Затем Мария.
Наконец и Коу заметил, что все они смотрят в одну точку, повернулся и увидел, что возле разрушенного храма лежала железная лопата…
…
Через десять минут они прошли через лес, вышли на дорогу и стали в ожидании такси. Затем сели и поехали в город. На всём протяжении поездки в машине царила тишина. Коу чувствовал себя растерянным. Что происходит? Куда они едут? И что именно Мария увидела в своём телефоне? Может, ей кто-то написал? Но кто?
И что?
То и дело он поглядывал на девушку, одетую в старый, немного пыльный пиджак, но последняя казалась потерянный не меньшей его самого.
В итоге он решил, что Мария наверняка рассказала бы им, если могла. В отношении девушки Коу испытывал абсолютное доверие. Он даже чуть не поругался с Мураками, когда она стала её допытывать.
Сперва ему почему-то казалось, что они едут в то самое кафе, в котором раньше работала Кобаяси. В итоге заведение оказалось другим, и тем страннее было то, что последняя всё равно дожидалась их на пороге.
Заметив их появления, Цуруя Кобаяси вскинула руку и приветливо улыбнулась.
На секунду Коу засомневался, что перед ними действительно была его одноклассница. Слишком странным, даже неправильным казалось её появление здесь и сейчас. И тем не менее длинные мохнатые волосы и светлая улыбка не вызывали сомнения…
— Добрый день, Сунохара-кун.
— Добрый… — рассеянно ответил Коу.
Кобаяси посмотрела на Мария. Последняя кусала губы.
— Пройдём в помещение? — с улыбкой предложила девушка. — Мне нужно вам кое-что показать…
  
Глава 56
 
Откровение
 
Кей, который хмурился едва ли не с того самого момента, когда они сели в такси, уже хотел спросить, что происходит, когда Кобаяси показала им экран телефона.
— Эту фотографию я отправила Марие-сан сорок минут назад, — сказала девушка.
Собравшиеся столпились и вытянули шеи, чтобы посмотреть на загадочное фото. Была ли причиной усталость или же неподдельная странность всего происходящего, однако первые доли секунды Коу не понимал, на что смотрит, и лишь погодя, присмотревшись, он вдруг почувствовал, точно его пронзила молния.
Это… был Сенсей.
На фотографии находился обыкновенный мужчина европейской наружности, привлекательный, но совершенно заурядный — так выглядят дублёры известных актёров. На нём была белая рубашка и штаны. Он стоял на ступеньках перед фасадом некого государственного заведения и смотрел прямо в камеру. Слева и справа от него торчали плечи других людей — фото представляло собой вырезку из группового снимка.
— Выпуск 20xx года, — с призрачной улыбкой сказала Кобаяси. — Практика. Токийский университет. Это не всё, — прибавила девушка, и показала ещё одну фотографию, и ещё, и ещё. Всё это был Сенсей в разные периоды своей жизни. В Японии. У себя на родине. В университете. В школе. Ещё раньше. Он уменьшался прямо на глазах…
Коу и сам не заметил, как все они прошли в кафе и сели за единственный приготовленный столик (на всех остальных стояли стулья). После этого Кобаяси показала им несколько документов. В большинстве своём они были написаны на непонятном языке, но прилагался машинный перевод на японский, с помощью которого можно было, пускай и примерно, разобрать содержимое.
 
Затем она стала включать на телефоне видеофайлы. Многие из них были сделаны в тёмное время суток и разобрать, что на них происходит, было затруднительно. Оператор и сам это понимал и подкрутил контрастность. Для простого человека этого всё равно было бы недостаточно, но теперь хотя бы участники действия могли «вспомнить», на что именно смотрели.
Первая схватка против Малого духа посреди алее.
Спасения Марии от Волка на берегу реки.
Отчаянная битва на крыше.
Схватка на лестнице к храму, на которой их встретил бронированный титан.
А также баталия посреди заброшенной деревни, спасение Сиро и так далее и тому подобное… Странно было чужими глазами смотреть на свои воспоминания. Иной раз сцены сражений сменялись более мирными кадрами. Герои действа сидели в храме, тренировались, обедали, разговаривали на отвлечённые темы… На некоторых видео был заметен монтаж. Оператор вырезал паузы между словами и запинки, которые так часто возникают, когда разговаривают живые люди, а не выдуманные и написанные персонажи, пытаясь таким образом превратить их личные беседы в подобие кино.
Но вовсе не это было самое страшное.
Самое страшное представляли собой «неудачные дубли».
Иной раз, рассеянно наблюдая очередную сцену, Коу вдруг понимал, что совершенно её не помнит. Не то чтобы у него была прекрасная память, но даже он едва ли мог забыть, как во время битвы у Волка отвалилась голова, или Мария неожиданно поскользнулась и свалилась на пол, после чего мертвец, который собиралась схватить её за горло своими гнилыми зубами, остановился и помог ей приподняться, или как он сам обнаружил открытую записную книжку, когда убирался посреди храма, стал пролистывать последнюю, и вдруг за спиной у него открылась — «скрип» — дверь, и посреди светлого проёма возникла тёмная фигура…
— Стражи, — вдруг заговорил Кей напряжённым голосом, — умеют стирать воспоминания.
Коу сглотнул и посмотрел на Марию. Последняя прикусила губы и была бледна как мел.
— Сколько раз… — продолжал Кей, — он это с нами делал?..
Ответа не было.
И тем не менее его слова послужили своеобразным толчком, который позволил Коу прийти в себя и вырваться из вязкого и бездумного состояния, в котором он пребывал, пока наблюдал за вереницами всё новых и новых доказательств… Чего?
Что именно всё это доказывало?
Именно этот вопрос теперь выступил на первый план.
Ответить на него было несложно — сложно было найти почву у себя под ногами после того, как сама природа реальности, которую ты знал и в которой не сомневался, оказалась под вопросом. Фундамент исчезает, и не тело, но само сознание со свистом устремляется в тёмную бездну, и…
— Сунохара-кун, — вдруг раздался ясный голос.
Коу — его губы были приоткрыты и немного пересохли — приподнял голову и встретил взглядом девушку, которая пристально смотрела на него своими тёмными глазами.
Никогда прежде Кобаяси не казалась ему настолько серьёзной. Коу удивился, и удивление, отчасти, привело его в чувства.
— Всё это время тебя и твоих друзей обманывали, — сказала девушка. — Я не знаю зачем — у меня есть только предположение; я не знаю, где пролегает граница обмана; я знаю, кто это делал, но у него могут быть приспешники.
Пауза.
— Сунохара-кун, ты знаешь его имя?
— Его?..
— Человека, которого ты называл Сенсей.
— Я… — рассеянно проговорил Коу. — Я не уверен…
— Неправильный ответ, — неожиданно раздался мужской голос с лёгким иностранным акцентом.
Заскрипели стулья. Все немедленно вздрогнули и повернулись.
Зрачки Коу резко сузились, отражая тёмную фигуру.
— Правильный ответ: «не знаю», потому что я тебе его не говорил, — сказал необычайно высокий мужчина, отодвигая стул (как он подобрался к ним настолько близко?) и присаживаясь за стол.
На губах Кобаяси засияла улыбка.
Мария едва не свалилась на пол.