Еще больше записок сумасшедшего анимешника (СИ)

Он рухнул на пол, и безголовая девочка стала возвышаться перед ним, продолжала вести на него свою ладонь. Коу попытался укатиться в сторону и встретил на своём пути великое множество препятствий в лице расставленных повсюду свечек. К тому моменту, когда он снова поднялся на ноги возле другой стены помещения, все они, опрокинутые, стремительно растворялись в языках ужасающего пламени.
Последнее разгоралось с невероятной быстротой, как на ускоренной перемотке.
Коу почувствовал облегчение, когда пламя перекинулось на безголовую девочку, однако радость его была мимолётной; последняя продолжала неумолимо приближаться. Это был монстр, избавиться от которого было невозможно.
Коу шагнул назад и упёрся в стену.
Его взгляд обратился на дверь, но та была слишком далеко. Он понимал, что бросок на выход будет последним, что он сделает в своей жизни.
Что же делать?
Сражаться против этого монстра было бессмысленно.
Перед лицом этого создания он был даже не комар — комар были хотя бы быстрыми, — но маленький неторопливый жук, раздавить которого можно щелчком одного пальца.
Коу почувствовал дрожь у себя под ногами.
Сперва он подумал, что это дрожат его колени, но затем понял, что вибрация исходила снаружи.
Он посмотрел по сторонам и понял, что деревянный дом трещал по швам. Каждую секунду падала очередная обугленная балка. Конструкция становилась всё более хрупкой, и вскоре обыкновенный ветер стал вызывать сильнейшие колебания.
Стоп! Ветер? Откуда здесь дует ветер? Коу почувствовал его дуновение прямо у себя за спиной. Он быстро повернулся и увидел деревянную стену. На первый взгляд она была непроницаемой, но если присмотреться…
  
Глава 19
 
Грань
 
В стене были заметные маленькие трещины, через которые просачивался ветер. Коу посмотрел на них, прищурился и вдруг осознал, что с другой стороны была улица. Его и свободу разделялось всего десять сантиметров старого дерева. Ему приходилось разбивать намного более толстые пластины. Он мог запросто проломить стену и вырваться на волю.
Он уже собирался это сделать… и замялся.
Бежать… неужели он снова собирается бежать?
Его стали пожирать сомнения.
Он прекрасно понимал, что сражаться было смерти подобно, и что иной раз нужно бежать от превосходящего противника… но с другой стороны — внезапная мысль — даже если он сбежит, что дальше?
Девочка проследует за ним. Как тогда, на улице, когда она заманивала его в помещение. Угнаться за ней было невозможно. А значит и сбежать от неё тоже не выйдет. Это было бессмысленно. Единственная причина, почему она до сих пор его не схватила была в том, что она над ним издевалась. Хотела поиграть.
Как хищник со своей добычей…
— Хе-хе-хе… — в помещение раздавался клацающий смех.
Коу посмотрел на череп, который лежал возле другой стены, и вдруг…
«Целься в голову».
— Ах?
Коу растерялся и посмотрел по сторонам. Никого не было. Треск становился всё громче и громче. Тогда он пришёл в себя и снова уставился на череп.
А что если… Нет, ведь он уже… хотя…
Коу замялся.
Девочка неторопливо приближалась. Между ними оставалось всего пять метров.
Действовать нужно было именно сейчас… но что если ничего не получится? Тогда ему придёт конец. Определённо. Сама попытка провернуть «это» была смертельно опасной.
Четыре метра.
Три.
«Давай».
Коу бросился вперёд и вскинул руку. Безголовая девочка стояла прямо перед ним. Он сделал вид, что собирается её ударить, и когда она выставили перед ним ладонь, резко опёрся на неё и подпрыгнул.
Мир вспыхнул и закружился.
Секунду спустя он почувствовал жар, а потом сильную боль и толчок, когда свалился на землю. Коу сразу попытался подняться, и тело его пронзила болезненная ломка. Не обращая на неё внимания, он посмотрел на череп, который лежал в считанных сантиметрах перед ним. Он больше не смеялся. Коу протянул к нему руку, и тут слева хлынул бешеный ветер. Краем глаза он заметил, что безголовая девочка летела прямо на него. Она перестала быть медлительной и превратилась в ужасающий призрак.
 
Секунда, две, а затем треск и страшная боль… когда его кулак ударился о ревущий череп, и последний, словно бомба, разлетелся на куски. Некоторые из них вонзились в него самого, но Коу не заметил боли. Всё его внимание сосредоточилось на безголовой девочке. Она стояла прямо возле него. Между её беленькой ладонью и его головой оставалось всего несколько миллиметров.
Секунда.
Две.
Три.
Девочка дёрнулась.
Коу представил, что сейчас она совершит последнее движение и размозжит ему голову.
Её рука опустилась… а затем сама она с тихим хлопком свалилась на землю.
Коу посмотрел на неё, сморгнул и приподнялся на ноги.
Он и сам не понял, как выбрался из пылающего здания.
Он спустился на порог, наполнил свою грудь леденящим воздухом, от которого у него одновременно потемнело перед глазами и побелело в голове, и сел на землю.
Когда он выбросил свою обгоревшую рубашку, ветер облизывал его кипящие раны.
Он посмотрел на свою грудь и руки, и несколько отстранено удивился тому, как много его покрывало ссадин и ожогов.
Наконец Коу приподнял голову к звёздному небу, вздохнул — вдох получился неровным и дрожащим — и уже хотел подняться на ноги, как вдруг новая, странная слабость захватила его тело. Он пошатнулся, его веки стали тяжёлыми, как гири, а голова, свинцовый шар, рухнула на промёрзлую землю…
…
…
…
…
…
…
Проблема: если тайная тренировочная база находится слишком далеко, приходиться тратить изрядное количество времени, чтобы до неё добираться, отчего сложно развивать другие сюжетные линии.
Решение: проводить тренировки ночью.
Я кивнул, постучал по блокноту ручкой, закрыл книжку и вздохнул. Затем перевёл взгляд на старинного вида дом, которые стремительно пожирало яркое пламя. Благо, последний находился на некотором расстоянии, и вообще стояла зима, так что можно было не волноваться, что сгорит вся деревня. Собственно, конкретно этот дом загорелся так быстро потому, что я основательно смазал его горючим веществом.
Огонь по природе своей актёр своенравный; иной раз, ему бывает нужно подсобить.
…Кстати, если уж продолжал вереницу афоризмов: строить сложней, чем разрушать. Дом сгорит уже совсем скоро, и чтобы построить точно такой же, используя материалы, которая я заранее спрятал неподалёку под брезентом, даже у меня с моими силами (и немалых количеством практики) уйдёт целая ночь.
С другой стороны, забавно будет посмотреть, какое лицо сделает Коу, когда проснётся и увидит «это же» здание.
Всё это нужно было для того, чтобы деревня — на самом деле почившая по экономическим причинам, — казалась странной и таинственной.
Собственно, как и полагается «месту силу, где наиболее размыта граница между реальным и потусторонним».
(Более подробный брифинг в курс происходящее будет вечером, когда проснётся Коу).
Единственная проблема была в том, что находилось «место силы» слишком далеко от Токио. А потому каждый раз мне приходилось снова туда и обратно, аки йо-йо, чтобы развивать одновременно две сюжетные линии. Причём я не только перенёс все тренировки на ночное время суток, но посреди дня держал Коу в наполовину коматозном состоянии, чтобы тот ненароком не увидел ничего лишнего.
Вообще я не люблю торопиться.
Напоминает о тяжких днях студенческой волокиты.
Впрочем, пусть. Ничего не поделаешь. Искусство требует жертв.
Я подобрал Коу, отнёс его в дом возле дороги — совершенно непримечательный, из тех, в которые в играх с отрытым миром нельзя зайти, — и положил на свободное место рядом с ещё одним телом, которое собирался использовать следующей ночью; затем обработал его раны, накрыл одеялом… ещё немного подумал, переложил подальше от трупа и вколол дозу сильнейшего снотворного.