Попадос и два ствола (СИ)

Группируюсь.
Столкновение было жестким!
Но не критичным.
Для меня.
Здоровяк всей своей тяжестью обрушивается на траву. Он не успел или не смог сгруппироваться и смягчить своё падение.
Массивное тело грохается так, что аж земля вздрогнула!
Вскакиваю первым.
Вокруг чисто!
Подлетаю от его головы и пробиваю пенальти в рожу. По такой будке не промахнешься!
И еще раз…
А теперь — контрольный!
Уф-ф! Всё, нна!
Готов!
Я его съел!
Свинокол выпадает из разжавшейся бесчувственной руки.
На адреналине и эмоциях — отпинываю его в сторону. Сверкая клинком и вращаясь пропеллером, нож летит куда-то далеко в сторону кустов.
«Вот и какого? — догоняет запоздалое сожаление, — Мог бы просто себе забрать. Хрен найдешь теперь!
Да и плевать на него! Все это такие мелочи…
Живой!
Едкий пот заливает глаза и больно щипет под веками...
Отхлебнув из пляшущей в руках фляги и смочив напрочь пересохшее горло — победивший самец наполняет мир победным рыком!
Где-то восхищенно орут воображаемые трибуны.
Кот — великий воин! Чингачгук! д’Артаньян! Гладиатор Максимус! Рой Джонс, с-сука!
Равняйся на Кота!
Прорычавшись, устало вытираю пот со лба дрожащей от адреналинового отката рукой.
Товарищи по команде — приближаются с некоторой долей опаски в глазах.
Вполне возможно, что так, викинги на своих берсерков после боя поглядывали.
Присматриваюсь: все целы и невредимы — крови ни на ком не замечено.
Мы сделали это!
— Ну, ты даешь, Кот! Наши — тоже готовы. Оба! Один мой, один Маргариты с Олегом, — ухмыляется оруженосец, надутый лихой победной гордостью, как парус пиратского фрегата.
— Ну, что — тогда снимай кольчугу! — говорю я своему завхозу, который все еще держит карабин прикладом у груди, — Мы победили! С крещением тебя!
Облизнув пересохшие губы и глуповато улыбнувшись, немного помедлив, мужик опускает оружие.
Ну и рожа у него сейчас, конечно!
Будто только что полдеревни живьем сжег!
В боку побаливает. Результат столкновения с голенью здоровенного надсмотрщика. Словно под трамвай попал! 
Но ребра вроде целы. Даже удивительно.
Громко подзываю бывших пленников и пока они, пугливо подтягиваются, уточняю: все ли злодеи мертвы и не стоит ли ожидать новых противников?
На ходу в один голос сообщают, что — все здесь.
Трое мужичков выглядят жалкими и донельзя зашуганными.
В глазах найденыша Лени пульсирует немой вопрос — не обману ли я с обещанием?
Усмехнувшись, киваю мужичку — мол, всё в силе, не вибрируй.
Половину алкоголя я ему, конечно же, не отдам — жирно будет. «Сгорит» еще от «синьки». Но свою долю он получит. И она будет немалой. Заработал.
А вот и хиппанутый Сережа и обе его женщины.
Наконец-то опознали нас с Санчесом и тут же кинулись ко мне — пища, как совокупляющиеся мыши.
— Кот! Это ты, Кот! Кот! Дружище! Ты нас спас! Как ты узнал, что мы здесь?! 
Нет, он, сука, точно — блаженный!
Но разочаровывать пацифиста я не стану — пусть считает, что теперь должен по гроб жизни.
Сержа не слишком просто узнать. У парняги огромный синяк под правым глазом, чуть ли не на пол лица. А губы, раздуты, как свежесваренные вареники. Хорошо его отрихтовали.
Девчонки выглядят поприличнее, но похоже — затраханы почти до полного изнеможения.
Да, кстати о барышнях… 
Подхожу к женщине, неподвижно сидящей лицом в землю. 
Приглядываюсь: длинные черные волосы чисто вымыты и аккуратно расчесаны. Прикид добротный и где-то даже сексуальный — одни кожаные штаны в обтяжечку, чего стоят! 
— Ну, и кто ты такая?
— Я? — не слишком натурально, удивляется женщина, поднимая голову и стремясь подавить страх и ненависть, бушующие в её темных и довольно выразительных глазах. -Эти… меня тоже захватили, — она кивает в сторону трупов недавних рабовладельцев, — И трахали… Кто и когда захочет… Скоты! — дамочка, не слишком натурально, но старательно пытается изобразить стыд и злобу.
Интересно, на что только рассчитывает? Неужели мы все выглядим — настолько идиотами?
— Врет она! — подскакивает одна из девушек Сержа. Кажется, её Алина зовут. 
 
— Эта тварь — с самым старшим рыжим гадом добровольно жила. Они, вообще, еще с Земли вместе были — я слышала!
Брюнетка обожгла девушку пылающим огнем взглядом, однако сумела промолчать.
Не совсем глупая сучка.
— Она сама убивала кого? Или била?
— Нет, — бывшие рабы отрицательно качают головами.
— Ясно. Так, пошла отсюда, короста!
— Куда же я одна в лесу? Без оружия? Без еды?
— Ствол и паек тебе выдать? Это запросто, — киваю я и глядя в её красивое лицо, неторопливо тянусь рукой к кобуре.
— Все-все, я ухожу! — правильно понимает ситуацию брюнетка.
Говорю же — неглупая. По глазам понятно.
— Александр, проводите даму. Недалеко. И заодно уж — вставай в караул, вон с того направления. Серж, возьми у покойника ствол и располагайся с другой стороны
Вольтанутый пацифист с готовностью часто кивает, но прежде чем выполнять распоряжение, вместе со своими девицами, бьет челом освободителям и просится уйти с нами — всей сплоченной и дружной шведской семьей.
К ним, тут же присоединяются Лёня-аромат и трое остальных рабов.
Я всерьез задумываюсь.
Ну, и на кой мне — этот блаженный Серж и его сисястые телки?
Да и остальные никчемыши? Только проблемы лишние притянут.
Послать их в поселок, о котором покойный доцент поведал?
Или, все же, разместить неподалеку от себя? На всякий случай?
Советуемся с «завпроизводством».
Олег — однозначно за то, чтобы взять спасенных под себя.
— Пахать будут у меня — как миленькие. Развернемся, Кот! Степь засеем! Торговлю наладим. А кто на полноценную работу окажется не способен — тот свободен. Ну, а жить они и в сторонке могут. Да и, по идее: чем больше толпа — тем меньше вариантов, что кто-то решит напасть. Подумай, Кот.
— Ага. Думаю уже. Большая толпа — это, конечно, неплохо. Если только — не взвод объединившихся уродов налетит. Да что — взвод? Овец в отаре тоже хватает. А пара волков их всех вырежет, в легкую, — лениво возражаю я.
— Что, думаешь, и такие крупные банды найдутся? — делает озабоченное лицо Олег.
— Да я здесь ничему уже не удивлюсь. Впрочем, кое в чем ты прав — в большой толпе мишеней, нам, если что: без потерь среди своих — отбиться или свалить проще будет.
— Ну и это тоже, — будущий управляющий нашего «агрохолдинга» на глазах веселеет.
— Только, ты с ними — исключительно сам возиться будешь, Олежа. Я даже касаться ваших дел не стану, — сразу на берегу предупреждаю его я.
Где-то вдалеке прогрохотал первый негромкий удар грома.
Похоже, что и сегодня дождь снова польет от души.
Становится душновато. Воздух еле заметно тяжелеет, а небо неторопливо темнеет.
Ну, а мы переходим к самой увлекательной части любой победы — поиску и инвентаризации честно завоеванного.
Уже при первом, беглом осмотре становится понятно, что трофеи нам достались — просто богатейшие. Клондайк и Эльдорадо! Одних длинных и коротких стволов по полтора десятка! Патронов — куча! Еды — завались!
Похоже, что теперь уж точно, пришла пора посетить рынок в поселке, о котором покойный доцент говорил.
Заодно и Йулю выгуляю и в местный свет выведу. Порадую девочку.
Кстати, среди трофеев нашлось аж две резиновых лодки. Я даже слегка расстраиваюсь.
Ну, вот и на кой, мы с этим плотом горбатились? Хотя, пусть будет. Паромная переправа вещь полезная. Особенно для перевозки грузов. А на резинке, много ли увезешь-то?
В общем — все было не зря!
И риск, и потраченное время, и страх и пролитая кровь. 
Ну что же — кажется здесь, лично мне осталось, лишь закрыть самый последний вопрос.
Тот самый — здоровый, рыжий и бородатый, об ноги которого я себе чуть все ребра не переломал.