Единственная для оборотня (СИ)
— Мне нужно поговорить с Даней, но позже, когда он остынет. Ты можешь подсказать, когда? Сегодня вечером, или лучше позже?
Тот молча встал. Прошёлся по кабинету и встал у окна, не торопясь отвечать. А я сидела и ждала его ответа, понимая, что без его подсказки я могу сделать ещё хуже.
А мне хотелось сохранить то, что у меня стало появляться с Даниилом. Чувства. Честные, без ужимания своей сути. С Даней было так легко, так волнующе прекрасно. Что же это было? Любовь, или моё желание получить этого прекрасного мужчину?
Мысли. Сомнения. Всё развеяли слова Никиты:
— Ты слишком страстная натура для Дани. Что смотришь, не веришь? Не отпирайся, я помню, какая ты была со мной. Вероника, ты задавишь его, превратишь в послушную собачку, а потом бросишь. Он не подходит тебе. Ты сама, что, не понимаешь?
Что? К чему вообще были эти слова? Неужели, так беспокоится о брате?
— По-твоему, я неподходящая пара для него? А кто тогда подходящий? Ты, что ли? Или я недостойна, потому что человек? Ну, скажи же!
Я сделала ошибку, дразня, выводя его из себя. В один момент взгляд его переменился, он закрылся от меня и ответил:
— Ошибаешься. Тебе сейчас в себе бы разобраться, а не мужиков перебирать. И если тебе угодно, то да, я тебе больше подхожу. Но я тебе ничего не предлагал. И не собираюсь, Вероника. А с братом тебе лучше поговорить завтра, не раньше. Пусть остынет, подумает. Но если всё так, как говорит Ульв, и если ты в этой истории не замешана, то бежать тебе стоит далеко, желательно из страны. Туда, где тебя не достанет гадёныш Уваров. Ульв проверит тебя, я просил мне сообщить о результатах. И если…
Он в два шага подошёл ко мне вплотную, от него аж волна прошла ко мне. Я сглотнула, в шоке распахнув глаза. Никита захватил мой подбородок и, смотря мне прямо в глаза, продолжил:
— Если ты невиновна, в чём я практически уверен, то я помогу тебе избежать самого страшного. — Никита медленно провёл по моей щеке, явно наслаждаясь этим моментом. — Участи, что Уваров младший обычно приберегает для таких красивых и беззащитных, как ты.
Я осторожно спросила, не отрывая взгляда, внимательно наблюдая за его реакцией:
— И что ты попросишь взамен, Никита? Или потребуешь?
Лицо исказилось в гневе, он оторвал свою руку от моего подбородка, практически оттолкнув. Сделал шаг назад и жёстко ответил:
— Не сравнивай меня с эти ублюдком. И не ставь остальных под одну гребёнку с худшим представителем. Успокойся, ничего я не потребую. Попрошу, это да. Быть впредь умнее и не ввязываться в дурные истории. Поняла?
Я кивнула, только сейчас поняв, в каком напряжении была всё это время. Выдохнула и поняла, что вела себя с Никитой слишком вызывающе.
— Я была не права, прости. Но я не ожидала такого отношения от Дани и засомневалась, а было ли для него что-то серьёзное в наших отношениях. Или это у всех вас по отношению к людям? Это его равнодушие. Но ведь у нас так всё хорошо было, а тут меня словно холодной водой облило. Скажи, а почему ты притворялся братом? Зачем? Неужели правда захотел отмстить за тот случай?
Никита ухмыльнулся и поддел меня:
— Что, уже донесли, да? Не собирай глупые сплетни. И нет, это была не месть. К слову пришлось. Захотелось его уколоть. А почему притворялся? Да ты мне просто понравилась тогда, в клубе. А потом я тебя с братом увидел и не утерпел, решил узнать тебя получше, — он поворошил пальцами волосы, видимо, ему было непросто в этом признаться, и сменил тему: — А по поводу брата, это ты с ним сама разговаривай и отношения выясняй. Тут я тебе точно не советчик. Единственное, не трогай его до завтра, этот чистюля завтра успокоится и думать начнёт.
Поблагодарила за подсказку, решив попрощаться и подумать хорошенько о будущем в своей комнате, раз уж выходить мне не рекомендовали.
Я уже была у двери, когда Никита спросил:
— Ты так и танцуешь с Владом Сато?
— Да, а что?
— Не забудь позвонить и отменить пока занятия. В город тебе в любом случае нельзя. А по поводу Влада, так у него есть связи в той же Италии. И очень хорошие. Тем более он скоро уедет туда. Он всегда уезжает в конце лета. Я поговорю с ним, обрисую ситуацию. Когда Ульв даст отмашку, тогда и поговорю. Надеюсь, я в тебе не ошибся, Вероника.
Я смотрела на него и не понимала. Всё же решилась спросить:
— К чему все эти планы и разговоры? Я ведь ещё с твоим братом не разговаривала, а ты уже планы строишь.
— К тому, что своего брата я знаю прекрасно. Иди, Вероника, иди.
Я вышла, не желая понимать, к чему Никита всё это сказал. И с чего вообще он мне помогает?
Глава 36
Два дня я сидела в гостях у Матвея безвылазно. Я вся извелась и решила первая позвонить Дане, раз уж он не торопится. Мне нужно было объясниться: честно, откровенно и без утайки всё рассказать.
Я даже готова была признаться в том, что всегда знала, кто из них кто. Вот только я боялась. Я так боялась его потерять. А почему боялась, я тогда и не понимала до конца. Пока не получила того, чего совсем не ожидала.
Даниил не брал трубку. Я не сразу поняла, что он просто не хочет со мной говорить. И когда я пришла к Арине за советом, она обещала помочь. А вечером следующего дня смогла сказать только одно:
— Тебя ещё проверяют. Прости, но братьям запретили разговаривать с тобой, пока Ульв не даст отмашку.
— Погоди, Арина. Но ведь Даня взрослый. И он не юнец, которого можно запутать. И мы не будем вообще говорить о делах. Я хотела поговорить о нас, о личном.
Арина покачала головой, объясняя положение дел в клане:
— Субординация, старшинство — вот важнейшие слова в сильном клане. И Ульв опытнее в этих вопросах. Он беспристрастен и его решение в этих делах не оспаривается. И тебе же говорили, сиди тихо и жди.
Я собралась было поспорить, ведь мне нужен был Данила по личному вопросу, но Арина убедила меня:
— Вероника, когда люди вливаются в клан, они неукоснительно следуют его законам. Хочешь быть частью клана? Тогда начинай вливаться. Поверь, как только ты примешь внутренние законы, тебе легче станет их понять. Просто подожди решения о тебе.
Даниил сам позвонил мне, пригласив на прогулку. Дело было к вечеру, да и день был пасмурным. Я опасалась, что вечером будет дождь, но я всё равно прихорошилась и надела красивое платье.
Я была так рада скорой встрече, так воодушевлена, что порхала по комнате, собираясь и прихорашиваясь. Мне откровенно не хватало движений за эти дни. Поэтому я почти бежала на встречу с Даней.
Неладное я почувствовала, выпорхнув из дома и увидев Даню, задумчиво стоявшего недалеко, явно в ожидании меня. Я подошла с улыбкой на лице, так искренне радуясь нашей встрече. Я думала, что Даня понял о нас главное, что чувства дороже.
Он окинул меня спокойным взглядом и предложил пройтись вдоль аллеи в сторону небольшого парка, где мы спокойно могли поговорить .
Даниил был деловит и рассказал о том, что успел узнать Ульв. А выяснил он много. Даня, конечно, говорил только о том, что мне было положено знать, отказавшись отвечать на вопросы, если они затронут лишнее.
— Ульв проверил тебя, и проверил тщательно. Я и не сомневался в тебе, ты такая открытая и искренняя, — он с тёплой улыбкой ответил, а у меня сердце ёкнуло, я смотрела на него, понимая, что просто не смогу ему правильно объяснить то, что натворила. — Да не переживай ты так, я же чувствую, ты нервничаешь. Всё закончилось хорошо. Главное теперь, тебя вывезти по-тихому. Пока мы не прищучим младшего Уварова, тебе в городе лучше не появляться. Никита собирался связаться с твоим Владом Сато, они приятели. Думаю, всё решится на этой неделе.
Даня был любезен и несколько отстранён, а я так растерялась, что шла и слушала его, пока мы шли вдоль аллеи. А в голове звучал вопрос:
«А мы, как же мы?»
Ведь недавно ещё Даня говорил совершенно по-другому. Он строил общие планы и не был так равнодушно любезен.