Проклятый ранкер (СИ)
На моё счастье, довольно быстро я смог найти масляную лампу, в которой ещё каким-то чудом сохранилось топливо. А то, что осталось от факела, я попытался использовать для растопки печи. В самом доме имелся небольшой запас дров, который, разумеется, отсырел, но что делать?
Даже так я сумел разжечь огонь (вот что страх замёрзнуть делает, а ведь до этого я ни разу подобного не делал) и с огромным удовольствием принялся греться, но почти сразу треснул себя по лбу. Вместе с одеялом я уложил девушку рядом с печкой и заодно проверил её состояние.
Я не доктор, но, на мой взгляд, всё было плохо. Она была едва жива, и казалось, что ещё немного, и я останусь в этой избушке один, с хладным трупом на руках. Невесёлая перспектива…
— Думай, Стас… Думай…
Поняв, что немного согрелся, я завернулся в одно из вонючих одеял и стал изучать содержимое дома. Еды, разумеется, найти не удалось. Если таковая и была, то она давно испортилась. Но это потом, всё потом. Как известно, человек может прожить без еды и воды несколько дней, а я в этом «где-то» едва ли полдня.
Я толком и сам не знал, что ищу. Что угодно, что могло помочь согреть Артемиду, и быстро. В этот момент я думал в первую очередь о ней, так как двигаясь, я хотя бы грелся, а вот она такое сделать не могла.
Решение оказалось крайне неожиданным. В доме напротив входа находилось подсобное помещение, в котором владельцы хранили всяких хлам. На первый взгляд, я не обнаружил там ничего полезного, но взгляд вдруг зацепился за… деревянный таз. Хотя, скорее уж бадью, широкую и достаточно глубокую, чтобы в неё мог поместиться человек. А если постараться, то даже два…
— А почему бы, собственно, и нет?
Перетащить бадью поближе к печке было сложно, но это не заняло много времени, благо её можно было тащить боком. Сама печь была весьма широкой, так что я без труда водрузил на неё всё, что могло более-менее удерживать воду. С тем, откуда эту самую воду брать, тоже проблем не было. Я просто выходил на улицу и набирал снега. Тут он был чистым, каким бывает снег только за пределами города в какой-нибудь глуши, где нет последствий человеческой деятельности.
Пока всё это нагревалось, я осторожно раздел девушку, что оказалось не таким простым делом. Уж крайне странным был у неё наряд и разобраться, как тот снимается, было не так-то легко. Человека, что его придумывал, не слишком волновало удобство облачения и снятия. Да и действовать одной рукой в этом деле было довольно выматывающе.
В конце концов, я смог разобраться с этим странным костюмом и избавить девушку от одежды, чувствуя себя при этом немного извращенцем. Её формы были уж очень соблазнительными, практически идеальными, но глазеть и уж тем более лапать Артемиду я не стал. Вместо этого я поместил её в бадью, уложив поудобнее, после чего одну за другой стал выливать ёмкости с горячей водой.
Почувствовав горячую воду, девушка зашевелилась и едва слышно застонала.
— Эй, Артемида! — бросился я к ней, но в себя она так и не пришла.
Я вновь похлопал её по щекам, но никакой реакции. Но, что я заметил довольно быстро, её дыхание стало гораздо ровнее, а сердцебиение увереннее. Значит, кризис миновал, и теперь можно надеяться на лучшее.
К моменту, когда я налил в бадью достаточное количество горячей воды, мне и самому жутко захотелось искупаться. Печка пусть и грела, но чтобы полноценно прогреться после многих часов плутаний, хотелось принять горячую ванну…
— А почему бы и нет? — хмыкнул я. — Извини, красавица, но тебе придётся немного подвинуться.
Избавившись от своей не самой удобной и не самой тёплой одежды, я чуть подвинул девушку и тоже забрался в бадью, после чего уложил её спиной себе на грудь.
— Кла-а-а-а-ас… — от удовольствия я даже глаза закатил. Горячая вода вызвала в замёрзших руках и ногах приятное покалывание.
Ощущение тепла и появившаяся расслабленность в теле сыграли со мной злую шутку. Я лишь на секунду закрыл глаза, но тут же провалился в сон.
Проснулся я от лёгкого толчка, и даже не сразу понял, что именно произошло. Пришлось несколько раз моргнуть и осмотреться, чтобы вспомнить, что случилось и где я нахожусь. Всё, что происходило, мне до этого казалось ярким сном, настолько это было нереально. И всё же, похоже, мне перемещение в заснеженный мир не приснилось.
Вода в бадье всё ещё была довольно тёплой, значит, вряд ли я спал долго, скорее всего, десяток-другой минут.
Девушка всё ещё лежала у меня на груди, но что-то изменилось, и я не сразу смог понять, что именно. Лишь когда моя помощница, которая, вообще-то, должна быть исключительно виртуальной, чуть повела рукой, я осознал, что она проснулась.
— Артемида? — осторожно позвал её я.
— Стас, — тихо отозвалась она. — Ты проснулся? Извини, я не хотела тебя будить. Ты выглядел очень уставшим.
Она слегка запрокинула голову, попытавшись посмотреть на меня, но у неё не очень-то получилось, и в итоге она вернулась в обычное положение. Для двоих эта бадья всё-таки была тесновата.
— Погоди, я сейчас вылезу.
О том, что девушка давно проснулась и притворялась, я старался не думать. Всё же мне, несмотря ни на что, было немного неловко от того, в каком мы оказались положении. И то, что девушка вроде бы виртуальная, нисколько меня не успокаивало, ведь сейчас она имеет тело. Причём довольно сексуальное тело.
— Нет, не надо, — умоляюще произнесла Артемида. — С тобой тепло. Было так холодно… а потом стало тепло. Я всегда знала, что такое холод и что такое тепло, но впервые я понимаю, чем они различаются. Это всё так странно… Особенно вот это, — она совершенно внезапно взяла мою руку и положила на свою грудь. — Чувствуешь? Тук-тук-тук… А ещё вот тут.
Артемида переместила свою руку на живот, и я облегченно выдохнул.
— Здесь словно что-то бурлит, и это ощущение неприятное и вызывающее беспокойство.
— Это голод, — осторожно произнёс я, кажется, осознавая, что беспокоит Артемиду. — Скорее всего…
— А, голод… да, теперь я понимаю… Стас, скажи, я что, стала человеком? — девушка всё-таки попыталась немного сместиться, и в итоге ей это как-то удалось, и на меня в упор посмотрели эти голубые глаза.
Причём цвет был настолько насыщенный, какой не бывает у человека, если это, конечно, не линзы. Впрочем, она же виртуальная, да и линзы…
Бездна! И о чём я сейчас только думаю!
— Это я у тебя должен спросить.
Она замолчала, кажется, задумалась.
— Что последнее ты помнишь? — решил спросить я, чтобы разговорить её.
— Ту странную проклятую вещь, что Варвара Чехова называла «Пожиратель Проклятий». Помню туман и… — девушка внезапно поёжилась. — И боль. Думаю, что это боль. Я ведь не испытывала раньше боли, но, если верить тому, что я знаю, это была боль. Определение этого слова очень близко к тому, что я ощущала, — не особо уверенно произнесла Артемида, погрузившись в себя. При этом в её исполнении это выглядело как застывшая маска, будто девушка ещё не научилась правильно двигать мышцами и управлять лицом. — Жуткая, невыносимая, она уничтожала мою программу. А затем пришёл холод… обжигающий и страшный. Но теперь мне тепло, и ты тут, так что думаю, что всё в порядке, — девушка вновь посмотрела на меня с какой-то надеждой во взгляде.
Это изрядно смущало, и я не знал, как реагировать на всё это.
Артемида вновь откинулась назад и доверительно прижалась ко мне, а я в этот момент думал, как унять свою вполне естественную реакцию на её действия. Как-то мне это казалось неправильным к той, что только начинает понимать нюансы человеческого тела.
— Есть мысли, где мы оказались, и как выбраться? — ответ на него я уже предвидел, но не спросить не мог.
Она в ответ отрицательно помотала головой.
— Я ничего не знаю. Я даже не уверена, что я та, кем была. Я словно стала больше, глубже, но одновременно с этим лишилась чего-то важного.
— Чего? — заинтересовано спросил я.
— Доступа в интернет, — спокойно произнесла Артемида, будто это было само собой разумеющимся, и я сам должен был догадаться.