Замороженный Мир (СИ)

— Да, профессор, у вас какие-то уточнения? — вопросительно уставилась она на профа.
— Нет, Асини, познакомься: Гемин Толмирос, бакалавр, по-моему, физики, наш чародей в экспедиции, — потыкал в меня перстом Висс. — Асини Кнетос, бакалавр археологии, моя незаменимая помощница, — отрекомендовал он мне даму. — Асини, будь любезна, ответь на вопросы господина Гемина, — выдал он. — Сам я несколько занят, а ты, всё что нужно, вроде бы записала.
— Не всё, профессор, но… как скажите, — вздохнула она, не слишком довольно уставившись на меня.
— Ну не здесь же, госпожа Кнетос, — резонно уточнил я, ловко уворачиваясь от некоего тубуса, явно с убийственной целью метившего мне в морду лица. — Как вы смотрите на кафе? Я признаться ещё не завтракал.
— Не слишком положительно, господин Толмирос, — так и пылала радушием и готовностью просветить меня дама. — Но указание профессора… Пойдёмте, — закончила она таким тоном, как будто я её не расспрашивать хотел, а скушать в ентом самом кафе.
Впрочем, приведённая в общепит дама, зажевав некую сдобу, несколько утратила в недовольстве. Неопровержимо подтвердив, что в межличностных отношениях любого толка и вида помогает не только религия, но и кондитерские изделия.
И даже соизволила перейти на “по именам” и разговорилась, по мере нашей беседы. И, к обеду, направляясь в академию, мы шли если не приятелями, то довольно благожелательно общающимися личностями.
А я за эти несколько часов получил массу весьма небезынтересной информации.
Для начала — о составе пресловутой экспедиции. В путь, помимо нахрен не нужного профессора и чертовски нужного меня, направлялась моя собеседница (приглядывать за профом), ну и пара из суетящихся в профессорском кабинете парней: оба, кстати, бакалавры, рассчитывающие почерпнуть в процессе “исследования руин неизвестной цивилизации” материал на магистерскую работу. Некие Вермин и Жозе Сафос, что забавно — родственники, но не близкие. На больший персонал фондов банально не хватало, и так маршрут экспедиции был довольно “кривоват”, в силу их недостаточности.
Что было вторым направлением рассказа, а именно “маршрут”. О фрахте судна, в условиях ограниченных финансов, речи не шло. Добираться нам до Воресена надлежало на “попутке”, которую уже определили и даже заключили предварительные договорённости телеграммой.
Итак, в прибрежном городе Капша мы садимся на гуэзсское (обитатели юго-запада Ниля) судно Аргент. Судно сие не столько пассажирское, сколько грузовое, что нам, как выяснилось, и надо. Так вот, грузимся мы на него, оно заходит в портовый город Сконе, как я помнил по географии — весьма важный торговый порт. Там Аргент грузится, и оттуда уже двигает к Воресену. Достигает нашей цели: довольно крупный городок Карассис, на восточном побережье. А уже там мы выгружаемся и, по Жёлтой реке (так и называлась, наводя на очевидные параллели), двигаем вглубь материка, к нашей цели.
Время морского путешествия, со старта в Капше, с учётом загрузки, займёт от тридцати до сорока дней.
Вообще, собеседница оказалась “матёрой путешественницей” и на прямой вопрос выдала:
— Конечно, Гемин, я бывала в Воресене, и не раз. Правда, в северной части — на что я понимающе покивал. — Центральная и Южная части считалась бесперспективной для археологии.
— А где ещё вы были, Асини? — с закономерным интересом полюбопытствовал я.
— За исключением Анта — только север Воресена. С островитянами у нас, — слегка поморщилась она. — Не лучшие отношения, в западном Ниле — свои учёные, к нашим изысканиям там относятся не намного лучше обитателей Архипелага.
— Понятно, — понял я. — А что вы можете рассказать о джунглях, их особенностях и опасностях? — уточнил я.
— Так вам же выдавал проспекты профессор, Гемин, — с недоумением уставилась на меня собеседница.
— И там указаны все особенности? — со скепсисом уставился я на собеседницу.
И как выяснилось — зря. Со слов Асини, буклеты скорее “сгущали краски”, нежели недоговаривали. Не так много хищников, хотя они и неприятные. Те же “лютые муравьи” — вполне сезонное и предсказуемое явление, если не садится голой жопой на муравейник. И не голой тоже.
 
— В центральных частях Воресена, я, конечно, не бывала, Гемин, но не думаю что джунгли сильно отличаются. Пустыни гораздо опаснее, — веско выдала она. — Но нам они не встретятся. Так что ваше беспокойство, особенно учитывая, что вы чародей, — с некоторым ехидством уставилась она на меня, — явно излишне.
— Лучше излишне беспокоится и быть готовым к возможным неприятностям, — отпарировал я. — Чем беспечно махнуть рукой, ну и загубить дело, а то и самим погибнуть.
— Тоже верно, — не могла не согласится собеседница, несколько подутратив в ехидстве.
А вообще, прикидывал я, как бы не дело рук возвысителя, этот местный джунглевый биоценоз. Да, водятся всякие там хищные кошачьи, рептилии, но лютого раздолья человеколюбивой пакости явно нет. Обстановка “недружественная”, но до лютого звиздеца мне известных тропиков не дотягивает. Хотя, в тропиках попуасии жили как-то… Впрочем, учитывая среднюю продолжительность жизни, лет в двадцать с хвостом — “как-то” было ключевым словом.
Вернулись мы с Асини в академию, где проф с ордой помощников перекусил, да и вновь запустил “режим полыхания подводного борделя”.
А я понял, что ближайшие три дня, по большому счёту, мне тут делать нечего. Подготовка к экспедиции заключалась в сборе литературы, инструментов, да даже каких-то реагентов. Кто будет “копать” на месте — чёрт знает, закрадывается подозрение, что я.
А главное: чёрта с два я из кого-нибудь на интересующие меня вопросы вытрясу ответы. Как минимум, это выходит просто не слишком красиво: отвлекать, очевидно занятых людей, с которыми в самом неудачном раскладе проведу четверть года.
Так что, подумал я, уведомил профа, что буду “перед отъездом”, уточнил, не нужно прикупить каких “москитных сеток и мачетов”, был уверен что нет, да и свалил домой. И “законсервировать” дом и барахло, да и “посёрфить эфир” в интересующих меня моментах.
С первым проблем не возникло, заняло это полдня. А вот с эфирным поиском вышла предполагаемая… ну не совсем фигня. Но близко к тому: круг “поиска” на “неоформленный запрос” реагировал через раз, да и через задницу, прямо скажем.
В общем, ни черта я в обозримом не нашёл, на данном этапе, ни “теоретической информации”, ни причины “одарённости неициированных”.
Вообще, руки чесались сформировать в темноте круги Архива, благо, помнил я их прекрасно. Фактически, самое часто применяемое Отмороженным заклятье, да ещё пристально изучаемое и неоднократно модернизированное.
Но, во-первых, делать этого в Нюстаде не хотелось, по понятным причинам.
А, во-вторых, были у меня обоснованные сомнения. Итак, Архив, запущенный магом Земного Края, задействовал мозг и душу мага как сопроцессор, выполняющий большую часть вычислений. При этом, поисковые запросы он выполнял в “близлежащем эфирном плане”. То есть, информации из Мира Звёздных Духов, плане вполне Земному Краю смежном, Архивом было не вытянуть.
Соответственно, весьма велика вероятность, что в месте локализации “меня во тьме”, Архив окажется просто “компом без сети”, вычислителем, с кучей измерительных приборов, которыми и измерять-то нечего. И непонятно даже, как он будет со мной коммутировать.
Единственное что хорошо: работать “в темноте” он будет точно. Потому что “темнота” — эфирный план, это точно и экспериментально подтверждено. Соответственно, любое заклятье, ВООБЩЕ любое, там осуществимо. Потому что вопроса “пропускной способности” и количества эфира не стоит, как факта. Там везде эфир, причём в локальном окружении — вполне подвластный моей воле.
В общем — посмотрим. Кстати, даже если “сёрфить” Архивом не выйдет, я получу замечательную, привязанную к душе, записную книжку: архив, в прямом смысле этого слова. В общем, небесполезно, но разбираться буду уже, очевидно, на судне.
Оставшееся до “старта экспедиции” время я провёл в “подготовке боевого чародея”. И получил, напитывая “собой в темноте” стандартные круги, ряд ответов на свои вопросы. Ну и ещё больше вопросов, что скорее порадовало.