Замороженный Мир (СИ)
— Да сейчас, — ласково улыбался я. — Профессор, это МОЁ изобретение. В котором я вам предлагаю роль соавтора. Притом что вы ничего для него не сделали, — уточнил я поморщившемуся профу.
— Если это “изобретение” есть, — кисло начал перечислять проф. — Если вы правильно интерпретировали то, что оно осуществим. Много факторов, Гемин. А, главное, раз уж вы скрываете, но обратились ко мне, вы от меня явно чего-то хотите.
— Естественно, профессор, — продолжал расплываться в улыбке я. — И вы прекрасно знаете, что. Знаний мне Академия не даёт, опыта тоже. В деньгах я, в чём я думаю вы убедились, не заинтересован.
— Да, хотя меня, признаться, интересует чем вчерашний гимназист может зарабатывать явно немалые средства, — на что я, всё так же улыбаясь, пожал плечами. — Ясно, — хмыкнул проф. — И будьте любезны перестать улыбаться, Гемин, ваша улыбка… неприятна. Вы хотите рекомендацию в чародейскую комиссию.
— Естественно, — не стал спорить я.
— Мне очень нужен помощник, особенно такой квалифицированный, как вы, — признался проф.
— Изобретение, профессор, — завлекательно покачал пальцем я. — Это и средства, и определённая популярность в академических кругах. Ну а нет, так нет, — состроил я равнодушную мину. — Найду иной способ.
— Хорошо, хорошо, — хмуро буркнул проф через минуту раздумий. — Но только в случае осуществимости вашей идеи! — начал ставить условия он.
— Безусловно, профессор, — выдал я.
Квинк мы возились в лаборатории, проф убедился в “осуществимости” и затеял весьма активную суету. Занимала она время немалое, так что со словами “мы идём на лицензирование, Гемин!” подошёл ко мне проф уже в начале первого зимнего месяца.
Это время, помимо работы с аккумулятором и радио, прошло довольно ровно, без неприятностей и даже, скорее, с приятностями, правда разного толка.
Первое, мы с Соной всё так же жили, но реально оказались “в разных мирах”, кроме случаев регулярного секса и читки мной стихов. Я окончательно смирился с “домашней женой”, ну и перестал вибрировать окончательно. Есть и есть, весьма неплохо, пусть будет.
Далее, я с несколько мазохистским настроем пригласил Гину перекусить. К моему некоторому удивлению, девица согласилась, ну и провел я в беседе с ней весьма приятные несколько часов. Причём, судя по всему, девчонка не против была занятся со мной сексом, но… меня это совершенно не интересовало. Да, я не отказался бы от такой подруги — но Гина явно “держалась за профа”, из чисто прагматичных соображений. Женщинам в точных науках было РЕАЛЬНО тяжело, во всей академии было всего три студентки, причём Гина — единственная не “богатейка из высшего сословия”.
Ну а любовница, да ещё делимая с кем-то, была к чёрту не нужна мне, меня вполне удовлетворяла Сона. Так что одним, небесприятно проведённым вечером, наше “личное” общение и завершилось.
И, наконец, была у меня весьма занятная встреча в академии. А именно, подбегает как-то ко мне весьма импозантный старичок, с обширной лысиной, вьющимися, чуть ли не вверх зачёсанными кудрями вокруг неё. Ну и бородкой-висячим замком.
Причём весьма этот старичок напомнил мне некого господина Ульянова, реально похож был.
Так вот, налетает на меня этот дедушка в холле академии, лапки складывает чуть ли не моляще и с надеждой вопрошает:
— Молодой человек, вы не чародей?
— Пока нет, уважаемый, думаю в этом году буду, — ответствовал я. — Гемин Толмирос, старший лаборант, — отрекомендовался я с поклоном.
— Ах да, простите, Лад Висс, профессор Академии Археологических изысканий, — пробормотал дедушка. — Говорите, в этом году?
— Судя по всему выходит так, профессор Висс. А в чём дело и ваша нужда? — резонно заинтересовался я.
И выдал мне дедуля (как выяснилось, посланный чёртовой уймой народа), такую картину. Итак, археология в Анте и на Стегасе была, не сказать чтобы сильно развита, но была. Но, при всём при этом, с чародеями в ней было неважно, как и с финансированием, за исключением “великих побед Анта”, высосанных из разных органов, но никак не раскопанных из земли. Последнее дедуля, отцов тёзка, прямо не говорил, но понятно было.
Итак, находит этот дедуля некий “древний папирус”, который указывает в недрах материка Воресен, в центральной части, некие “храмы-пирамиды”, чуть ли не прародителей аналогов шумерской и египетской цивилизации. И никто в достоверность не верит — все пирамиды и зиккураты были на севере Воресена, а никак не в “центре”.
Однако папирус, пусть пожёванный временем, есть. И некие фонды дедушке выделили, но…
Но очень малые. И хватит их на “добраться, осмотреться, вернутся”. На чародея вообще не хватит. А если пирамида-зиккурат будет, то они точно нужны: деталей ни старичок не сообщил, ни я толком не знал, но в пирамидах обоих древних цивилизаций была масса головоломок и загадок с ловушками. Проходимых только чародеями, причём от чародея, как сетовал старичок, ничего, кроме “тыкнуть кодлдунством” и не надо, как и куда тыкнуть старичок сообщит.
Но чародеев нет, а возвращаться в академию, фактически “даря” открытие, которое изучат без него, старичок не хотел.
И ныне судорожно искал чародея, желательно помоложе и нежаднее.
В принципе, небезынтересно, отметил я, пряча визитку после прощания. Возможно, после инициации и займусь. А может и нет, посмотрим, что и как будет.
Но вот, притащил меня Кшоф в пристрой центрального собора, где важные попы приняли бумаги, потрындели друг с другом с часок, позадавали нам с Кшофом вопросы, да и “запатентовали”. Но не электромопед, а “средство передвижения облегчённое, на двух колёсах и центробежной силе”.
— А почему не всё, профессор? — резонно полюбопытствовал я.
— Сложности, у нас не всё готово, — вильнул взглядом проф. — Гемин, чуть позже. А сейчас, перед тем как отпраздновать наш успех, предлагаю навестить чародейскую комиссию. Вы так к этому стремились, рекомендация прошла, ну и я вам составлю компанию, — сменил тему проф.
Мдя, отметил я. Вообще — не очень жалко, да и, возможно, я излишне мнителен… Да и чёрт с Кшофом, мысленно махнул рукой я. Что будет — увидим, а мне нужна инициация.
И добрались мы трамваем до комиссии, где местный чин и вправду заверил меня, что “прошение удовлетворено” и даже назначил время инициации.
Ну и славно, а мои подозрения насчёт профа… да и чёрт с ним, по большому счёту. Будет инициация — всё мне необходимое от академии я получу. В идеале, конечно, неплохо было бы звание бакалавра. Чисто сословный момент, весьма полезный. Но, не критично, будет — хорошо, не будет — переживу.
В общем, в лаборатории, приняли мы немного вина, ну и уволок проф Гину в подсобку. А я вернулся домой, да и уволок Сону в баню, на радостях, вне “графика”. И весьма порадовался сам, да и подругу порадовал.
И вот, через пару дней, стоял я перед зданием комиссии и прикидывал, всё ли я забыл. И выходило, что всё:
Тренировки с “отделением сознания” проводил регулярно, в итоге, даже научился спать, пребывая сознанием “в темноте”, при этом имея “обратный отклик” от дрыхнущего тела.
Этот полезный навык нужен мне был не только для обмана “чародейского полиграфа”. Но и для защиты от “инициации”.
Дело тут вот в чём: никаких Академий Чародейства и Волшебства не было как факта. То есть, человек, если не у попов, заходил в здание комиссии, а выходил из него уже чародеем. Обладающим определёнными навыками и прочее. Что с ним там делали — чёрт знает, мои осторожные расспросы результатов не принесли. Но, очевидно, “закачивали данные в мозг”, либо вообще в “ментальное эфирное образование”. Хотя в мозг, с учётом аномалии эпифиза, вероятнее.
Так вот, в том, что в "закачиваемом" только знания — я вот совсем не уверен. Навязанные программы, много чего гадкого и не полезного можно в мозги напихать. А мне с этим жить. И зомбёй это делать не хочется, соответственно, я и работал по “отделению сознания и контролю отделённым тела”. Дабы посмотреть, что местные инициаторы со мной шаманить будут.