Секреты в Дыму (ЛП)
~И группа Кастель, и Альтаир прибыли как раз в тот момент, когда мы приземлились у подножия Дельфуна. Толпа расступилась перед нами, а Комран и другие офицеры поспешили вперед с носилками, чтобы забрать детей из когтей Райнора. Родители бросились вперед, чтобы поддержать их. Маз все еще был в своей драконьей форме, дышал ровно, но был без сознания, и мать с отцом осторожно прикасались к его покрытой волдырями коже. Родители Эллиота вытерли сажу с его лица, а Альтаир пришел с Кастель, неся лечебные принадлежности, и вместе с офицерами нанес прозрачную мазь на руки Эллиота, а затем обмотал их белыми бинтами.
— Мне очень жаль, — плакал Эллиот перед родителями. — Я сказал Мазу, чтобы он пришел посмотреть на облака из нашего укрытия. Это моя вина, что он обгорел. Он защищал меня. Я во всем виноват.
— Ты не виноват, — сказал я. — Это несчастный случай, и теперь ты в безопасности.
— Но Маз…
— Мы позаботимся о нем.
Совместно с Райнором и Альтаиром Дозор доставил детей в штаб-квартиру, в которой у нас была лечебная палата, где их можно вылечить. Делоса тоже доставили туда, и Альтаир снабдил целителей специальной драконьей мазью. Забинтованный Делос отказался лежать в своей постели, сказав, что чувствует себя прекрасно и что ему нужно убедиться, что они правильно используют его мазь. Эллиот лежал в кровати рядом с Мазом, который вернулся в человеческий облик, его тело тщательно обмотали бинтами. Он пришел в себя, и оба друга улыбались друг другу со своих мест. Когда мы заверили их родителей, что с ними будет все в порядке, Райнор, Альтаир, Делос и я отошли в сторону, чтобы дать им немного пространства. Мы поговорили с офицерами о пожаре, приняли отчеты от Комранд и ее группы и получили отчет от Кастель.
Райнор положил руку мне на плечо и улыбнулся, а я кивнул ему в ответ.
— Хорошая работа, — сказал я.
— Метко попал в цель, — ответил он.
Кастель подошла и заговорила шепотом.
— Сэр? Все в порядке?
— Да. Похоже, с обоими мальчиками все будет в порядке. И с их родителями тоже.
Я оглянулся на две семьи и увидел, как мать и отец Эллиота с нежным благоговением подошли к кровати Маза, в их глазах стояли слезы, когда они разговаривали с молодым драконом, спасшим жизнь их мальчика.
— Да, но… с тобой?
— Я в порядке, — сказал я. — Просто рад, что мы успели вернуться вовремя. Спасибо богам за Делоса и его творения. — Я подтолкнул руку Райнора. — Думаю, мы больше не возьмем отпуск.
Райнор пожал плечами.
— Ну, если ты сможешь повторить то, что ты сделал там, с этими шарами, мы сможем закончить обучение остальных членов Дозора. Похоже, ты преодолел все, что тебя сдерживало.
— Сэр, — настойчиво сказала Кастель. — Ваша маска. Вы знаете, что не носите ее?
— Знаешь, Кастель, я не думаю, что она мне ещё нужна.
Ее шокированное выражение превратилось в ухмылку, и она отдала мне восторженное приветствие.
— Да, сэр!
— Это значит, что ты будешь командовать.
— Сэр? Я не понимаю.
— Я ожидаю, что возникнут проблемы, когда станет известно, что я омега. Всё нормально. Я принял это.
— Нет, сэр, — сказала Кастель. — Разрешите говорить откровенно?
— Разрешаю.
— Посмотри на своих людей. Они все были на пожаре, смотрели, как ты спасал тех детей. Каждый из них знает тебя и знает, что ты поступил бы так же, если бы на их месте оказались их дети. И все они прекрасно поняли, кто ты. Да, некоторые могут покинуть Дозор, когда узнают. Но я знаю, что их преданность тебе сильнее, чем что-либо другое, и сегодня им напомнили, почему.
Я смотрел и видел, как мои офицеры суетятся вокруг лечебного отделения, занимаясь своими обязанностями, и ничего не чувствовал. Я даже не подумал, что все это время был без маскировки. Если кто-то и подавал какие-либо сигналы, я их не замечал. Но меня заметили. В течение дня я знал, что слухи распространяются в Дозоре, но чувствовал спокойствие, а не страх, который охватил бы меня раньше. Я знал: что бы ни случилось, меня это не коснется.
В тот вечер я собрал всех офицеров Дозора на экстренное совещание на тренировочном поле. Худшая часть бури уже прошла, но дождь продолжал лить, превращая землю в грязь. Несмотря на непогоду, все стояли во весь рост и с нетерпением ждали, что я скажу. Итак, я подтвердил, что я омега. Я извинился за то, что предал их доверие, но не просил прощения.
— Я не могу ставить хороших офицеров, которые не одобряют меня, в положение выбора между работой и личными ценностями. Это на моей совести. Поэтому я решил уйти с поста капитана Дозора и назначаю на эту должность офицера Кастель Делас. — Я повернулся к ней и сказал: — Я принял решение, Кастель. Оно правильное. Кроме того, сейчас твоя очередь быть на вершине.
— Подожди минутку, — сказала она. — Раз уж капитан подал прошение об отставке, то это его дело. И… если я капитан, то я отказываюсь принимать ваше заявление.
— Кастель…
— Капитан Делас, — сказала она. — Или мэм. Как вам будет угодно, вице-капитан Эверхарт.
Я смотрел на нее, ошеломленный.
— Нам нужен кто-то, кто обучит людей, и только вы знаете, как это сделать. Кроме того, я не знаю, как работать с драконами. — Она улыбнулась.
— Похоже, у меня нет выбора. Мэм. — Я отдал честь.
Она повернулась, чтобы обратиться к толпе.
— Вице-капитан Томас Эверхарт будет отвечать за то, чтобы привести вас, унылые мешки с дерьмом, в чувство! С его подготовкой мы больше не будем отставать от драконов. И знайте, что я не такая сострадательная, как наш бывший капитан. Те, кому невыносимо работать с омегой во главе, считайте, что ваши отставки приняты. Что касается остальных, нам нужно провести последнюю церемонию. Завтра я буду повышать в звании офицеров, которые отличились во время утреннего инцидента. И… мы будем встречать пожарный рейс. Вот и все. Свободны!
~Я проработал до поздний ночи, чтобы завершить передачу звания, а затем отправился верхом на станцию. Райнор впустил меня в дом, и пока я стягивал дождевой плащ, появились Альтаир, Грейсон, Делос и закричали поздравления.
— С чем? — спросил я.
— Со всем, — ответил Альтаир.
— Но в основном с тем, что ты стал членом рейса, — сказал Райнор, положив руку мне на плечо и подведя меня к столу, на котором стояли стаканы с огненной водой. Делос передал мне стакан. Его правая рука была на перевязи; рана оказалась тяжелой, но ничего серьезного, однако он не сможет летать в течение месяца — а это означало, что обучение каждого члена Дозора по обращению с ледяными сферами нужно начать немедленно.
— Добро пожаловать в семью, — сказал Райнор, и я почувствовал тепло и счастье. Дозор для меня всегда был самой близкой семьей. Но сейчас всё было по-другому. Такую любовь я еще никогда не испытывал.
Мы выпили по кружке вместе, а потом вернулись к работе, и наступила очередь Райнора в ночном патруле. Я поднялся вместе с ним и полетел на его спине, и меня поразило, насколько это казалось нормальным, легким. Как будто какая-то часть меня осталась на том пляже. Она канула в воду, утонула и исчезла навсегда.
— Теперь, когда ты стал частью полета, — сказал Райнор, — что ты думаешь о том, чтобы переехать жить на станцию?
— Я так не думаю, Райнор, — ответил я. — Ты же знаешь, что, в конце концов, мы убьем друг друга.
— Справедливо.
— Давай немного подождем. Не будем торопиться. Мы только в начале пути, понимаешь?
— Ты прав. Так и есть. Мы только начали.
— Эй, — сказал я. — Я хочу, чтобы ты меня поцеловал. Прямо сейчас. Как человек.
— Что? Не думаю, что мне нужно напоминать тебе, где мы находимся.
— Тогда поймай меня, когда я буду падать.
— Ты сумасшедший, — сказал Райнор со смехом, но потом резко поднялся и устремился в облака, пока холодная роса не прилипла к моей одежде и не заставила его чешую блестеть от влаги. Потом мы прорвались в чистое небо, и Райнор изменил облик.