Человекоубийца (ЛП)

Свет померк и исчез. Ослепнув, он зажмурил глаза, и вода вокруг него внезапно стала холодной. На вкус она была как кровь. Хватанув ртом воды он всплыл на поверхность.
3.
Валлар бросил злобный взгляд на Бранда, который стоял на полированном мраморном полу.
- Значит, рыбы были взволнованы, а вы запаниковали. Я не вижу причин откладывать погружение.
Завернувшись в толстое одеяло, Бранд с благодарностью принял от Колдуна Геррандеса ещё один кубок вина. Медовое вино успокоило горло, и он обвёл взглядом переполненный Двор, разглядывая мрачных вельмож в разноцветных шелках. Вдоль древних каменных стен выстроились тяжеловооружённые гвардейцы, их оружие тускло поблескивало в свете масляных факелов. Придворные демонстративно игнорировали Бранда; они собрались в небольшие группы и переговаривались на краю его поля зрения. Никто не осмеливался открыто выступить против него, но Бранд хорошо знал, что только страх перед злом за Рифами сдерживает их. Как только с этим будет покончено, ему не мешало бы прикрыть спину от кинжалов, а чашу - от яда.
Ничто так не пугает работорговца, как бывший раб.
Бранд по-волчьи ухмыльнулся и поднял свой кубок в сардоническом тосте.
- Но, Милорд, - возразил Геррандес, - и Убийца, и я чувствовали кровь и тьму; это, конечно, доказывает, что за Дальним Рифом должно быть что-то…
- А если и есть, то ему платят более чем достаточно, чтобы убить это. Голос Лорда Валлара был раздражённым, несмотря на успокаивающие действия его личных рабов, которые поили его вином, кормили сладостями и массировали шею и плечи. - С каждым днём наши ныряльщики приносят всё меньше жемчуга. Этому нужно положить конец, пока мы не разорились.
Благородный взмахнул руками в недовольном жесте, рабы уклонились, но один из них не успел увернуться от взмаха его руки. Раздался глухой удар, но раб едва покачнулся, так как привык к более болезненным наказаниям надсмотрщиков. Валлар издал сдавленный крик и яростно замахал перед собой ушибленной рукой.
- Стража! Стража! Уведите этого раба и убейте его! Нет, убейте его здесь, сейчас, чтобы мы могли это видеть!
Лицо раба побелело, когда двое крепких гвардейцев схватили его за плечи и поставили на колени перед троном Валлара. Один из них высоко поднял меч, а затем внезапно рухнул навзничь, за ним со стоном последовал его напарник.
Бранд ухмыльнулся, и его кинжал снова исчез. Рот Валлара беззвучно открылся и закрылся, невольно напомнив Бранду рыбу, которая уставилась на него перед тем самым паническим бегством.
- По какому праву…
Бранд заставил его замолчать, схватив свободную одежду и сильно встряхнув Валлара.
- Когда-то я был рабом, Валлар. Мой последний хозяин был чем-то похож на тебя. Теперь он мёртв, и поэтому я больше не раб.
Он отпустил Валлара и направился обратно к Геррандесу, который быстро предложил ему только что наполненный бокал вина.
- Нам очевидно, что вы всё ещё страдаете от последствий вашего утреннего бегства, и поэтому мы не будем обращать внимания на это… это… Валлар запнулся под сардоническим взглядом Бранда.
- Вы очень добры, милорд, - сказал Геррандес, низко кланяясь. Бранд усмехнулся.
Валлар жестом велел четырём рабам убрать мёртвых гвардейцев, и получивший отсрочку раб поспешно последовал за ними, не осмелившись сделать ничего, кроме быстрого кивка в знак благодарности Бранду. Валлар поудобнее устроился на троне, а оставшиеся рабы снова принялись за свои успокаивающие процедуры.
Бранд осушил свой кубок и вытер губы тыльной стороной ладони. Валлар брезгливо вздрогнул.
- Убийца. Погружение состоится завтра, как и было условлено.
- Но, Милорд, его чуть не убили сегодня, но… конечно…
- Спокойно, Геррандес! Я не желаю больше слышать ни слова. О, если это сделает вас счастливее, я пожертвую ещё одним рабом, чтобы утихомирить это… Успокойтесь! Аудиенция окончена.
Валлар, Владыка Больших Рифов, Покровитель Иштрома, неловко поднялся на ноги и, прихрамывая, медленно покинул свой Двор. Бранд смотрел ему вслед, и Геррандес вздрогнул, заметив мрачный блеск в глазах Убийцы.
 
И Бранд вздрогнул и закутался в накидку - одеяло, протягивая пустой кубок за новой порцией вина. Пальцы Геррандеса на мгновение дрогнули, и кубок снова наполнился. Бранд моргнул и подозрительно отхлебнул, прежде чем одобрительно улыбнуться.
- Благодарю. Скажи мне, Геррандес, сколько же лет этому старому козлу? С таким богатым призом, как жемчужные ложа, я удивляюсь, что один из его сыновей давно не вскрыл ему горло.
Колдун устало рассмеялся. - Только он знает точное расположение главных лож, нанесённое на карту его дедом почти два столетия назад; пока они хранятся в его памяти, он в безопасности, и он это знает.
- А что же ныряльщики?
- Все как один немы. Валлар вырезал им языки. Это старая семейная традиция.
- Что там было про жертвоприношение рабов? Тон Бранда был небрежным, но в его глазах снова появилась тьма.
- В течение последних двух месяцев Валлар каждый день приносил в жертву молодую рабыню, пытаясь умиротворить то, что скрывается за Рифами. Насколько я могу судить, это не принесло никакой пользы: наоборот, только усугубило наши проблемы.
Бранд пожал плечами. - Они всего лишь рабыни.
- Вот именно. Геррандес знал, что лучше не ссылаться на то, что Бранд ранее защитил личного раба Валлара. - А теперь, прошу меня извинить… Он шагнул к выходу. Бранд кивнул и некоторое время стоял в задумчивости, в то время как Двор демонстративно игнорировал его. Затем он медленно направился обратно в свою небольшую комнату в отдалённом Восточном крыле; Валлар был в меру гостеприимен… Он устало опустился на единственный годный стул и укутался одеялом. Постель выглядела тёплой и манящей, но он слишком устал, чтобы забраться в неё.
- Ты выглядишь уставшим.
Бранд напрягся; груда постельного белья превратилась в девушку под простынями. Он ухмыльнулся, и кинжал исчез из его руки.
- Марим, как ты сюда попала?
- Геррандес всё устроил.
Бранд рассмеялся и поднялся со стула. Отбросив одеяло, он быстро забрался под простыни. Некоторое время они лежали бок о бок, не шевелясь.
- Погружение завтра, не так ли?
- Да.
- Это будет опасно.
- За это мне и платят.
- Разве тебе не страшно?
- Конечно. Но три чёрных жемчужины… Ради них я бы отправился в Ад в первых рядах.
Марим зашевелилась рядом с ним. - Ты действительно устал?
- Да.
- О…
- Но не настолько.
4.
Бранд медленно погружался в непроглядную темноту, его неуклонно тянул вниз кожаный ремешок на лодыжке, с которого свисал свинцовый слиток, используемый ныряльщиками, чтобы с его помощью добраться до Глубин за рифами. Ни один нормальный человек не смог бы долго продержаться в Глубинах, и даже помощь Геррандеса была лимитирована. Меч, висевший у него на боку, успокаивал, левая рука покоилась на эфесе. По мере того как он погружался в Глубины, свет постепенно мерк, а уважение Бранда к обычным ныряльщикам росло: люди, которые ежедневно выдерживали такое испытание, чтобы собрать жемчуг для Валлара, были поистине храбрецами. Валлар… Губы Бранда непроизвольно скривились, пропустив немного воды.
Перед выходом в море Геррандес сообщил ему, что один раб уже принесён в жертву. Бранду не понравился ответ на его вопрос: - “Как?” Девушку бросили в Глубины с привязанным к лодыжкам свинцовым грузом, утопили… Сейчас он находится в похожей ситуации.
Его ноги коснулись дна, и он немедленно потянулся вниз, чтобы высвободить ступню из кожаной петли, полагаясь на то, что утяжелённый ремень скомпенсирует его плавучесть.
Он снова ослеп… Морская соль во рту была словно кровь… страх захлестнул его…
Он боролся с ним, и его разум прояснился, хотя глубоко внутри что-то кричало, чтобы он бежал. Он сосредоточился на этом чувстве и обнаружил, что оно усиливается, когда он смотрит в одном определённом направлении. Он стиснул зубы и уверенно поплыл туда.