Старые раны (СИ)

Крес все же надеялся найти немного мыла и выстирать сегодня одежду. Другого шанса все равно не предвидится.
— Теперь тебе придется за ней приглядывать, — бросил Крес волчонку, собирая оставшиеся тряпки.
— Да? — тому это сильно не понравилось. — Ты доверяешь свою женщину мне? После всего того, что случилось?
— Я надеюсь, что нынче ты взрослее, чем тогда в Шкурном доме. А я возьму на себя осла. Как раз по мне работенка. Кстати, где он?
Васса удивленно осмотрелся по сторонам и пожал плечами.
— Испугался-поди, когда пришла эта твоя Мерай, — предположил он.
— Ага, рассказывай, — нахмурился Крес. — Твои пятки засверкали еще раньше. Ладно… не мог он ускакать далеко. Следи за Адой и проследи за тем, чтобы она поела.
* * *
Животину отыскать оказалось проще простого — на всю округу оглашались жалобные ослиные вопли.
— Ну-ка, дружок, иди-ка сюда, — позвал его Крес, подходя поближе с морковкой в руках. Морковка и ласковое слово стали решающим фактором. Он схватил ослика за уздечку и стал выводить из скального лабиринта, куда животное сбежало со страху, но тут его глазам предстала деревянная постройка, выглядывающая между почти отвесными стенами. Лопаты, тяпки и мотыги. И отверстие, выдолбленное прямо в скале. На одной петле и на честном слове держалась дверь. Крес подал ее на себя и заглянул в жаркий мрак.
— Тебе лучше туда не соваться.
Крес вздрогнул и обернулся. За спиной стоял Леший с железным фонарем.
— Что там? — спросил Крес.
— Ишь, какой ты любопытный! — хихикнул травник. — Ступай лучше к своей благоверной. А я спущусь.
— Ты не ответил на вопрос.
— Грядки там, Крес. Просто растения да грибы всякие. Не видишь инвентарь что ли?
— В пещере?!
— Ага, там еще растет серица. Солнечный свет для этого растения вреден.
— Никогда такого не видел, — подивился Крес, принюхиваясь. Из подземелья несло гнильем. — Могу я взглянуть?
— Если хочешь получить химический ожог и задохнуться от спор, то, да. Валяй.
Крес еще раз бросил взгляд в этот черный и душный подвал и его передернуло. Лучше бы ему отправиться стирать свои портки.
— Пойду, наберу парочку на дорожку. Пригодится.
И не говоря больше ни слова, протиснулся в проем с зажженным фонарем. Свет заиграл на гладко обтесанных стенах и истертых ступенях. Леший осторожно спускался и насвистывал что-то.
— А тебе никак себя защитить не требуется? — поинтересовался Крес.
— Я привычный, — отозвался гулкий голос из подземелья. — Иди, отведи осла в лагерь, там поди уже ужин сготовился.
Сказал немного резковато. Но Крес сам был рад отойти подальше от этого проклятого места.
* * *
— Она не ест ничего, Крысолов!
— Я тебе с такого расстояния ничем не помогу. Но поесть она должна.
— Иди и сам попробуй!
— Рад бы. Но она и так с меня глаз не спускает. Подойду — убежит. Ловить будешь сам.
— Что же мне с силой в нее пищу впихивать?
— Ага.
— Не буду!
— Придется, волчонок.
— Аййй! Она меня укусила!
— Надо было за нос рот открывать.
— Покажи, я не знаю как.
— За нос хватаешь и поднимаешь, потом суешь ложку.
— Она, блин, как ребенок!
— Это ты как ребенок.
— Я и есть ребенок!
— Ага, а говорил уже взрослый.
— Слушай!..
— И правда. Пока я здесь ни черта она не съест. Придет Леший, скажешь, что я ушел в дом.
— Зачем тебе туда?
— Мыло пойду поищу. Здесь сидеть мне все равно радости никакой нет.
* * *
Ты жалеешь, что не бросил камень той вороне?
Нет. Ни капли.
Тогда зачем сидишь, горюешь?
Просто. Просто. Сеншес…
Не призывай его, любовь моя. Он все равно глух к мольбам смертных.
Мне больше некого призывать. У меня никого не осталось.
Не может такого быть. Я помню Кирию. Ты всегда был окружен друзьями, товарищами.
Как жаль, что половина из них полегла в Лесу ради того, чтобы взять меня за горло. А одного я сам взял.
Ален? Он сам виноват.
Как и все они? А в чем виновна моя мать? Я бросил ее в яму со змеями, только чтобы не сходить с намеченного пути. Чем она провинилась, что я так с нею поступил? Ответь мне, ты же такая мудрая и умная.
 
Не срывай на меня злость, Крес. Это ни к чему не приведет.
Я не сваливаю. Но это слишком тяжело, чтобы нести в одиночку.
А как же твои спутники? Васса и…
Не смейся. Леший просто случайный попутчик, он со мной только из любопытства, он ничем мне не обязан. Я даже толком не понимаю, кто он такой и чего хочет на самом деле. А Васса меня ненавидит за то, что произошло со всеми его родными. И тебя он тоже ненавидит, но гораздо сильнее. Ведь тебя невозможно ненавидеть по-настоящему.
Ему тяжело, дурачок. Но ты не можешь винить себя еще и за его горе.
Я знаю.
Лучше дай ему время.
Я знаю. Но мне тяжело. И страшно за тебя.
Ты же не думаешь…
Нет. Все будет хорошо.
Тогда отойди от окна. Ничего со мной не случиться.
Нужно было забрать у него нож, и мой кнут остался в…
Отойди от окна.
Что-то Лешего давно нет.
Крес. Зачем ты сюда пришел?
Потому что ты не хочешь меня видеть.
Это не так. Я всегда тебе рада.
Это не ты говоришь. Ты сидишь сейчас на берегу, и с тобой борется Васса за каждую ложку того варева, которого самому противно глотать. А стоит мне сделать хоть шаг к тебе или просто показаться на глаза, как ты начинаешь кричать. Прости меня, пожалуйста.
Ты ничего не сделал, чтобы просить у меня прощения. Это была случайность, недоразумение.
Но я прошу. И ничего не могу поделать. Нет, это не было случайностью, и ты сама понимаешь, что я заслуживаю этой ненависти. Я действительно хотел тебя. Очень сильно. Еще чуть-чуть и…
Крес. Хватит! Почему я должна успокаивать тебя? Ты же не виноват. Уходи отсюда, это место очень плохое для подобных разговоров и мыслей. В этом доме произошло убийство. И ты это сам понимаешь. Леший попытался вытереть пятна крови, но оно все еще там. И осколки на полу, застрявшие между досками. Здесь боролись и колдовали. Все это место пропитано болью, кровью и насилием. Его спокойствие и умиротворенность — лишь иллюзия. Ты помнишь тот вход в подземелье и этот запах?
Да. Он до сих пор торчит у меня в зубах.
Так могут пахнуть только мертвые, гниющие тела.
Может быть это навоз? Они ведь чем-то удобряют землю для этих растений. Это запах удобрений…
Только не говори, что хочешь спуститься туда и проверить.
Леший не позволит, он следит за каждым нашим шагом. Да и кхамер с ним, я пришел сюда не для того, чтобы узнать, чем они тут занимаются. Завтра я натяну сухую одежду, пущу струю в это проклятое озеро и мы уйдем отсюда навсегда.
Ты уверен, любимый? Обратной дороги больше не будет. Перевал можно либо преодолеть, либо навеки остаться там, в снегах.
Это не выбор. Мы преодолеем его. Я знаю. Главное, чтобы осел выдержал и прошел хотя бы половину пути. А дальше я смогу дотащить тебя на руках.
Не надо. Сеншес, чем я заслужила такие жертвы?
Ты же сама говорила, что не нужно призывать тех, кто не внемлет мольбам?
Говорила. Но я не молю его, а призываю в свидетели. Ты не ответил.
Я…
— Эй! — послышался голосок с улицы. — Крысолов, ты там?
Крес устало поднялся и вышел. Волчонок стоял прямо перед дверью и выглядел до смерти напуганным.
— Что случилось? — спросил Крес, спускаясь с крыльца.
— Ты один? Я слышал, как ты говорил с кем-то.
— Послышалось. Где Ада?
 
— Она с Лешим.
— Ты оставил ее на берегу с ним?! Я же тебе сказал присматривать за ней!
— Да, но у него лучше получается с ней обходиться.