Прощальные слова (ЛП)

— Простите, вы Чарли Крейн? — голос знакомый. В Бостоне мало кто знает меня по имени, поэтому уверен, что это та самая девушка, с которой мы вчера разговаривали по телефону.
Я поворачиваюсь и обнаруживаю практически полную копию Амелии — русые волосы, каштановые глаза и беспокойство, отраженное в ее нервной улыбке.
— А вы?
— Эмма Хилл, — говорит она.
Я закусываю губу, потому что у меня щемит в груди, а еще страшно подумать, что ляпну, если не сделаю паузу, чтобы отдышаться.
— Она правда спрашивала обо мне?
Эмма обхватывает себя руками за плечи, как будто замерзла внутри теплого вокзала. Ее нижняя губа на секунду вздрагивает, но затем она произносит.
— Бабушка спрашивала о вас всю последнюю неделю… но она не переставала думать о вас с момента последней встречи.
Я немного смущен ее словами. Полагаю, Амелия могла упоминать обо мне, хотя не могу представить, чтобы ей было легко поднимать эту тему из-за наших необычных обстоятельств.
— Она рассказала тебе нашу историю? — спрашиваю я.
Находящийся рядом с Эммой мужчина обнимает ее за плечи, вероятно, пытаясь унять дрожь и успокоить.
— Ее дневник. В нем вся ваша история. Она попросила меня прочитать его, и я прочла.
Я прижимаю руку к груди, чувствуя, как бьется мое сердце, так сильно, что это меня немного пугает.
— Ну, я здесь, — твердо говорю я. — Сколько ей осталось?
— Однозначного ответа нет, но, вероятно, не годы. Мы работаем над долгосрочным планом, чтобы Амелия получила наилучший уход, — сообщает мужчина, с которым пришла Эмма, и я предполагаю, что он должен быть ее парнем или мужем.
— Вы муж Эммы? — интересуюсь я.
— Если моя бабушка добьется своего, так и будет, — смеется Эмма, и в этом сладком звуке у нее перехватывает дыхание.
— Я врач Амелии, — поясняет молодой человек. — Джексон Бек. Очень приятно познакомиться с вами, сэр. Я много слышал о вас от Эммы.
— Погодите-ка, — восклицаю я, взмахивая рукой и пытаясь прояснить ситуацию. — Какое отношение твоя бабушка имеет к тому, что вы двое поженитесь?
Эмма смотрит на Джексона с очаровательной улыбкой — я узнаю ее. Это улыбка Амелии — та, что была у нее каждый раз, когда я признавался ей в любви.
— Бабушка заявила, что последнее ее желание — это наша свадьба, — говорит мне Эмма.
— Вижу, она не утратила свою решимость, — отвечаю я.
Эмма снова смеется и убирает волосы за плечо.
— Она крепкий орешек.
— Отведи меня к ней, пожалуйста, — умоляю я.
— Именно для этого мы здесь, — уверяет Джексон.
— Как вы узнали, когда прибудет мой поезд? — спрашиваю их, пока мы идем к указателям парковки.
— Сегодня утром из Нью-Йорка прибывает немного поездов, поэтому мы сидели здесь и наблюдали за всеми проходящими мимо людьми, пока не увидели вас.
— Боже мой, прямо как я, детка.
Эмма закрывает рот руками, из ее глаз брызжут слезы, и она бросается мне на шею.
— Простите меня, — плачет она. — Я просто так счастлива, что вы приехали.
Я ошеломлен ее объятиями, но в то же время мне приятно, поскольку у меня здесь нет семьи. Я перебрался в Соединенные Штаты один, и мои друзья здесь стали моей семьей, но это совсем другое. Не похоже на мою жизнь до войны.
Джексон берет руку Эммы и тянет ее к своим губам, чтобы поцеловать костяшки пальцев. Какой джентльмен. Он выглядит совершенно очарованным ею. Интересно, как давно они вместе?
Мы добираемся до машины.
— У тебя очень хорошая машина, сынок, — замечаю я Джексону. — Похоже, ты неплохо устроился.
— Я много работал, сэр.
— Молодец, — говорю я ему. — Эмма, знаю, мы только познакомились, но мне кажется, твоя бабушка в чем-то права. Как давно вы двое знаете друг друга? Год или около того?
— Неделю, — отвечает Эмма, выглядя смущенной, прижимая руки к щекам, чтобы скрыть румянец, разливающийся по ее лицу.
— Ну, любовь не измеряется временем, дорогая. Здесь нечего стыдиться, потому что если чему-то суждено случиться, то так оно и будет, и ты мало что сможешь изменить. Жизнь слишком коротка и драгоценна, чтобы не воспользоваться шансом на любовь.
 
— Чарли, вам нужно куда-нибудь заехать, прежде чем мы отправимся в больницу? — Джексон спрашивает меня.
— Вы не будете против, если мы сначала зайдем в кондитерскую? Я проголодался, — предлагаю я ему.
— Без проблем, — заверяет Джексон.
Он любезно заезжает на маленькую парковку перед старомодной пекарней.
— Я на минутку.
В магазине немноголюдно, и я успеваю сделать заказ за считанные минуты.
— Вы нашли то, что вам нужно? — спрашивает Джексон, когда я проскальзываю обратно в его машину.
— Да. Большое вам спасибо, — благодарю я.
Проходит совсем немного времени, и мы заезжаем на другую парковку — похоже, на стоянку для врачей. Джексон открывает мою дверь первой и бежит открывать дверь Эммы, хотя она уже успела выйти, прежде чем он добрался до нее.
— Я же говорила, что тебе не нужно продолжать это делать, — тихо произносит она, нежно касаясь его руки.
— Я хочу, — просто говорит он.
Она закатывает глаза и смеется.
— Ты чудак, но очень благородный.
Амелия — ее бабушка.
Эмма нервничает больше меня, пока мы поднимаемся на лифте на восьмой этаж. Мне кажется, что мир вокруг меня движется в замедленной съемке, пока мы идем по коридору. Я так долго ждал этого дня, что боюсь проснуться от очередного сна, и, как обычно, он окажется нереальным. Мы поворачиваем за угол, и в одно мгновение кажется, что время остановилось. Неважно, сколько прошло лет. Неважно, что у нее седые волосы и что на ее лице появились морщины. Она по-прежнему самая красивая женщина, которую я когда-либо видел.
— Амелия, моя дорогая. Сегодня ты выглядишь так же прекрасно, как и в последний раз, когда я тебя видел, — нежно говорю я, подходя к ней. Удивленный блеск в ее глазах подсказывает, что Эмма хотела сохранить мой приезд в тайне, и это меня радует. Я думал о том, каким будет выражение лица Амелии, если мы неожиданно столкнемся друг с другом. Я представлял себе именно такое зрелище.
— Чарли? — спрашивает она, сразу узнав меня. Ее глаза широко открыты, и по щекам текут слезы.
Я беру ее руки в свои и сразу же чувствую нерушимую связь между нами. Вспоминаю ощущения, пробегающие по моему телу, как будто это было только вчера, когда я впервые увидел Амелию.
Я не плакал с того дня, когда меня забрали от нее, но сейчас слезы свободно текут из моих глаз. Мне не стыдно за свои слезы, ведь я сдерживал их, ожидая этого дня семьдесят четыре года.
  
Глава 26
 
Эмма
Я не сказала бабушке, что разыскала Чарли, и что сегодня утром он будет здесь, просто на тот случай, если ничего не выйдет. Очень не хотелось ее разочаровывать. Но я надеялась увидеть выражение ее лица, когда он войдет в дверь. Мамы и Энни еще нет, и это хорошо, поскольку мне кажется, они могли бы помешать воссоединению бабушки и Чарли, но я непременно должна быть рядом, раз бабушка доверила мне свой секрет.
— Эмма, — шепчет Джексон мне на ухо. — Может, нам стоит дать им минутку.
— Я не могу уйти, — шепчу я в ответ. Мы оба стоим у двери, и я знаю, Джексон хочет услышать, что происходит, так же сильно, как и я.
— Хорошо, — соглашается он.
— Амелия, — Чарли снова повторяет ее имя, словно хочет услышать его в полный голос. Он гладит ее по щеке и вытирает слезы. Наклоняется вперед и крепко обнимает ее. Бабушка закрывает глаза, и ее губы дрожат, а грудь тяжело поднимается и опускается.
Мне нелегко дышать, просто глядя на них. Наблюдать за историей любви, которая длится уже семь десятилетий, — это честь, которую я никогда не забуду. Через мгновение Чарли поворачивается и, захватив стул у кровати, придвигает его к ней и снова берет ее руку в свою.
Чарли смотрит в глаза бабушки, и кажется, что он с трудом подбирает нужные слова.
— Я принес тебе кое-что, — наконец говорит он ей.