Ошибка в ритуале или нити Судьбы (СИ)

— Во-первых, я сама хотела попасться. Во вторых, я его даже не видела, он был весь в чёрном. И в третьих, если уж на то пошло, ребят он то же видел.
— Ребятам надели браслеты сразу, как только они поступили в лазарет.
Он выжидающе посмотрел на меня, я с сомнением посмотрела на браслеты. Ох, что-то не нравиться мне всё это. Вот, прям, чувствую, что где-то обманывают, а где не пойму. Ну, не с драконами же, право слово, ребятам надели?
— Каковы свойства браслетов? — Ну, вот не нравится мне его хитрое выражение лица.
— Ну, что ты за девушка, Зара? Другая бы пищала от удовольствия, что ей такие подарки делают, а ты «какие свойства»
— Мне надо понимать, что от них ожидать — Ну, и от вас. — Чтоб знать, на что рассчитывать.
— Оба браслета выполняют функцию защиты от внезапного нападения, что-то типа твоей Багиры.
— Зачем мне тогда они?
— Багира не может пробраться на территорию Академии из-за защитного купола, ты же знаешь.
— А кто будет появляться вместо неё?
— Я. — И смотрит на меня своими бесовскими глазами.
Ох, червяк сомнения грызет мою серую массу в голове. А сердце глупое затарахтело, будто собралось выпрыгнуть из груди и сигануть к магистру в ручки. Мол, зачем браслет-то надевать, нате, берите я вся ваша. Щёки опалил жар, ладони вспотели, только от одной мысли, что он будет приходить по первому моему зову. Ну, не зову, а боли. Так можно же специально, делать себе больно, разве нет?
— Зара, скоро обед закончится. Тебе всё равно нужно одеть один из браслетов или я сам это сделаю.
Он, было, дернулся схватить меня за кисть, но я его опередила и схватила магический браслет, быстро одев его на левую руку. Почему на неё? Это автоматически получилось, я все украшения надеваю на неё, потому что там шрамы от укуса собаки. Их уже почти не видно, но я всё равно прячу шрамы от посторонних глаз. Стоило браслету соприкоснуться с кожей, как по магическому кругу пролетел маленький огненный дракон. И как только он завершил круг, браслет сжался до размера моей кисти. Не сдвинуть, но при этом и не жмёт. Вот, чувствовала. Вот, знала же! Зараза, такая!
— Умница. — Поднялся со своего места магистр и одним резким движением поднял и меня со стула. — Теперь пойдем в столовую, а то твой друг начнет нервничать.
Развернувшись, он начал спускаться, держа меня за руку.
— Магистр. — Морто резко остановился, и я врезалась ему в спину. — А вы можете дать нам пропуск к ребятам?
— Магистр? — Не успела я сделать шаг назад, как горячие, обжигающие даже сквозь ткань рубашки ладони легли мне на талию и притянули к такому же горячему телу. — Я же просил называть меня по имени.
— Я… — только заикнулась, но меня прервали, приложив палец к губам.
— Не правильно. — Тихо проговорил он. — Попробуй ещё раз.
Замерла, едва дыша, не зная, чего ожидать, и нервничая из-за чужого тепла, проникающего буквально в душу. Понимаю, что сейчас, здесь, точка не возврата. Не умею я играть в эти взрослые игры. С парнями легче. Пошутили, посмеялись и разошлись. Передо мной же стоит мужчина. Зрелый. Опытный. И знающий, чего он хочет. А хочет он — приручить меня. И если сейчас произнесу его имя, то назад дороги не будет. Мгновенье мы смотрели друг другу в глаза, и в его вспыхивает огонь. Неужели, я это сделаю? Промелькнула мысль, перед тем как сердце глухо забилось с удвоенной силой, выбрасывая кровь и, отдаваясь где-то в висках. Дыхание перехватило. Высунув язык, обвела им палец магистра и втянула его в рот. Секунда, черчу языком круг. Вторая, всасываю, как чупа-чупс. Раздается — чмок…
И в этот момент магистр рывком притягивает мою голову к себе, обжигая губы сильным, почти болезненным поцелуем. Жаждущим, голодным, требовательным. Эти губы я уже не спутаю ни с чьими другими. Они заставляют подчиниться, сметая волю, оставляя только ощущение принадлежности и власти, которую магистр имел в этот момент надо мной. Один миг разрушил весь мой план. Я пришла в себя, только когда он отстранился, чтоб припасть к моей груди. Эй! Какие мы проворные. И почему я на столе? Хорошо хоть, что сижу.
 
— Так…что? — Вдох, выдох. — Дадите… допуск?
Объятия, ещё секунду назад казавшиеся нежными и жаркими, вмиг стали жесткими, а пальцы впились в плоть наверняка оставляя следы. Но я терпела. Горящий взгляд встретился с моим помутневшим:
— Бе-сов-каа — протянул он и отступил на шаг, дав мне возможности привести себя в порядок. — Твой браслет, это твой допуск.
— А Эйрвен? — Ой. Это я что ли так его взлохматила?
— Пользуешься мной.
— С кем поведёшься. — Улыбнулась и, проскользнув мимо него, направилась на выход.
— Будет ему допуск, ещё за один поцелуй. — Раздался его голос за спиной.
— Боюсь, он не согласиться. — Ответила, не останавливаясь.
Тишина, а потом громкий хохот известил всех в коридоре, что магистр Морто в хорошем настроении.
— Магистр Морто! — Окликнула его симпатичная блондинка, спешащая к нам на встречу с противоположной стороны. — А я вас ищу.
Воспользовавшись тем, что магистр остановился, я ускорила шаг. Не меня же звали? В столовой народу было уже мало, но Эйрвен с Тиной и подносом меня дождались.
— Зара! Ну, наконец-то! Что так долго-то? — С возмущением выпалила Тина. На неё это не похоже.
— Добывала допуск в лазарет к ребятам для Эйрвена. — Только проговорила, как у него пропищал браслет. — Вот. — Махнула рукой в его сторону.
— После пары сходим. Отпросишься у ректора? — Спросил эльф у меня.
— Конечно. Заходите за мной, вместе пойдём.
Ребята ушли на занятия, а я приступила к еде. Деметрия в кабинете не оказалось, но на столе лежал список сегодняшних дел. Пробежала по нему глазами. О, всего лишь? Это мы сейчас быстренько. Тина с Эйрвеном пришли ровно в ту минуту, когда я закрыла последнею папку и поставила её на полку.
В лазарете миновав общие палаты, мы свернули и поднялись по боковой лестнице на второй этаж к кабинке телепорта, у которой стоял внушительных габаритов охранник. Тина приложила руку с браслетом к сканирующему прямоугольнику и вошла в дверь. За ней то же проделал Эйрвен, ну, и следом я. Рины в палате не оказалось, и мы дружно направились в палаты восстановительной терапии. Собственно, там мы и нашли девушку. Она стояла у отгораживающего стекла и смотрела на Роберта. Он лежал в небольшой светлой палате на узкой больничной кровати. Его тело целиком окутывала полупрозрачная пелена защитного кокона. Очень похожего на тот, в котором меня перемещал похититель. Вот, чёрт! Неужели, это один из лекарей?
— Ну, как он? — Спросила я.
— Говорят неплохо. — Грустно проговорила Рина. — Завтра уже переведут в палату поддерживающей терапии.
— Как ты?
— Нормально. Мне предлагали зелье «Забвение» после допроса, но я отказалась.
Роберт находился без сознания, бледный и неподвижный, в окружении тянущихся к нему светящихся нитей. Словно, новорождённый ребенок в боксе. Когда он придет в себя, его то же будут допрашивать.
— Когда тебя выписывают?
— Тебе что-нибудь надо?
Одновременно с Тиной заговорили, чуть улыбнувшись друг другу.
— Спасибо, мне бы вещи на выписку, а так всё есть.
Мы синхронно кивнули. После чего, бросив последний взгляд на спящего в защитном коконе Роберта, направились в сторону палаты Рины. Посидеть нам долго не дали, мы только успели перекинуться парой фраз, как в комнату вошла женщина:
— Приемное время закончилось, — сообщила она. — Больная должна выпить лекарства и отдыхать.
— Кстати, насчет отдыха. — Спохватилась Тина и достала из своей сумки конспекты. — Вот тут лекции, что ты пропустила.
— Не скучай. — Улыбнулась я.
Пожелав ещё раз выздоровления, мы направились в сторону полигона, нам предстояло занятие с магистром Морто. И не знаю, боюсь ли или жду этой встречи.
Глава XXXIX
Аден де Морто
Понимаю, что веду себя не адекватно. Но ничего поделать с этим не могу. Стоит только отвлечься и глаза сами находят в толпе кадетов фигурку рыжей бестии. Словно заворожённый слежу за ней, за её мимикой лица. Почему эти штаны так обтягивают её бедра? Так и должно быть? Оглядел остальных представительниц женского пола. На всех сидят довольно прилично. Да облегают, но не настолько. Обвёл взглядом ребят. Кто-то пожирает фигурки глазами, кому-то всё равно, а кто-то прям, в шаг бежит сзади и дышит в спину, и чуть ли слюной не капает. Ну, да. Аппетитная такая. Круглая. Как орех, так и просится на грех. Это же…