Гений разведки

  
Сергей Бортников
 
Гений разведки
 
«Военные приключения» является зарегистрированным товарным знаком, владельцем которого выступает ООО «Издательство „Вече“.
Согласно действующему законодательству без согласования с издательством использование данного товарного знака третьими лицами категорически запрещается.
Составитель серии В. И. Пищенко 
Знак информационной продукции 12+
© Бортников С.И., 2022
© ООО „Издательство „Вече“, 2022
Подлинная и абсолютно полная история жизни и невероятных героических подвигов одного из самых удачливых фронтовых разведчиков 
  
ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
 
Уже во время написания одного из предыдущих своих произведений — романа "Три смерти Ивана Громака" [1], где среди множества различных персонажей можно встретить и нашего сегодняшнего главного героя — Владимира Николаевича Подгорбунского, автор не единожды задавал себе вопрос: "Откуда же в нём — простом советском парне, сироте, детдомовце, столько внутренней духовной силы, чтобы вершить такие славные дела?" — и не находил ответа…
Пришлось, как говорится, копнуть глубже…
Вот что из этого получилось.
  
I. ИСТОКИ БЕСПРИМЕРНОГО ГЕРОИЗМА
 
1 
В те далёкие, ещё дореволюционные, времена в состав Феодосийского уезда Таврической губернии входила одна уникальная административно-территориальная единица, напрямую подчинённая министру внутренних дел Российской империи — Керчь-Еникальское [2] градоначальство.
Его земли простирались от мыса Елкен-кале [3] аж до Обиточной [4] косы, что в северной части Азовского моря.
И руководили этой странной структурой сплошь и рядом выдающиеся лица. С момента образования, то есть в 1822–1823 годах, — полковник Иван Иванович (при рождении Иоган Якоб) фон Ден, активный участник многих тогдашних войн, которые Россия во все века и времена вела на самых различных направлениях: юге, севере, востоке и западе; кавалер орденов Святой Анны всех (с первой по четвёртую) степенен, Святого Александра Невского, Святого Владимира и прочих, прочих, прочих…
За ним (в 1823–1825 годах) — действительный статский советник Андрей Васильевич Богдановский, участник Русско-турецкой войны 1806–1812 годов, Отечественной войны 1812 года и многих заграничных походов.
Затем (с 1825 по 1828 год) — полковник Александр Никитович Синельников, опять же — военачальник, герой, орденоносец…
Год-другой — и новый руководитель.
Ничуть не менее влиятельный, чем предыдущий.
Что не имя, то легенда!
Судите сами…
Филипп Филиппович Вигель, Иван Алексеевич Стемпковский, Захар Семёнович Херхеулидзев (Херхеулидзе) и даже контр-адмирал Алексей Петрович Лазарев. Последний — в 1850–1851 годах…
Во время появления на свет Иннокентия Васильевича Шнее — дедушки Володи Подгорбунского по материнской линии, — в Керчи властвовал представитель славного рода князей Гагариных — Дмитрий Иванович, генерал-майор.
А когда, четверть века спустя, Шнее "пристегнули" к одному из самых громких дел того исторического периода — "О пропаганде в Империи", получившему в народе название "Процесс ста девяносто трёх" [5], и отправили под суд, который почему-то проходил в Одессе, Керчь-Еникальским градоначальством руководил генерал-майор Николай Петрович Вейс.
До ареста Иннокентий Васильевич мог свободно путешествовать по всей Европе, перевозя в ящике для фотоснимков запрещённую литературу, — статус придворного фотографа австрийского императора позволял и не такое!
 
Начинающего революционера приговорили тогда к смерти — как водится, через повешение, но по случаю коронации очередного российского самодержца (Александра Третьего) казнь благополучно заменили на пожизненную ссылку и отправили беднягу в кандалах через всю огромную страну в далёкую, властями и Богом брошенную Якутию — на поселение.
Десять лет Шнее прожил в тундре, где в конечном итоге и подхватил тяжелейшую форму туберкулёза. Что, впрочем, не помешало ему жениться на 17-летней Прасковье Янченко, красавице дочери своего друга Михаила, с Полтавщины. Самому "Кеше", как было позволено называть ссыльного лишь самым близким соратникам, тогда исполнилось уже тридцать семь лет.
Практически с каждым годом число членов счастливой молодой семьи увеличивалось на одну "боевую единицу". Можно сказать — по заранее намеченному плану. Первым появился на свет конечно же Владимир (как не увековечить светлый лик будущего вождя мирового пролетариата!), за ним Евгения, Ольга, Надежда и ещё одна дочурка, имя которой история не сохранила — вскоре после рождения она, к сожалению, умерла. И всё же — жизнь быстро налаживалась: для полного счастья осталось только перебраться куда-нибудь поближе к благам цивилизации!
Иннокентий Васильевич постоянно писал прошения "наверх", и однажды добился-такп своего: получил долгожданное разрешение на переезд в Балаганск — окружной город Иркутской губернии.
Однако…
До Великой пролетарской революции дожили не все.
Первым ушёл единственный сынок и почти сразу же потянул за собой Наденьку, а следом за ней — и обоих родителей. Слишком страшная болезнь — чахотка…
Старшие дочери к тому времени успели выйти замуж и обзавестись собственным потомством.
В 1914 году у Евгении родилась дочь Галинка, а в 1916-м у Ольги — мальчик, которого назвали конечно же Володенькой: святое Ленинское имя, как видим, в их доме было в особой чести.
Отцом первенца стал народный учитель и, как следовало ожидать, знатный большевик Николай Алексеевич Подгорбунский, взявший на себя функцию главного кормильца большой и дружной семьи, в которую влились в том числе и его многочисленные братья-сёстры. Их, между прочим, тоже оказалось четверо.
Жили мирно, честно, в согласии; как и полагается русским людям.
Но…
Вскоре разразилась Гражданская война.
Николай ушёл воевать в красный партизанский отряд и в начале июля 1918-го был схвачен белыми. Те пообещали сохранить Подгорбунскому жизнь, если он письменно откажется от своих убеждений.
Не отказался. Не покаялся. Не согнулся.
Ушёл достойно, с высоко поднятой, как у нас говорят, головой, тем самым демонстрируя для будущих поколений яркий пример стойкости и отваги…
Надеюсь, теперь, дорогие мои читатели, вы понимаете, откуда у Володи Подгорбунского эта твёрдость воли, несокрушимость духа, невероятная сила цельного мужского характера?
2 
Предав земле тело любимого супруга, Ольга Иннокентьевна, по примеру ближайшей родни, к тому времени ставшая убеждённой, как она сама говорила — матёрой, — большевичкой, подалась в красные партизаны.
Отряд Зверева, в котором выпало сражаться молодой маме с двухлетним (!) сыном на руках, действовал в районе слияния двух великих сибирских рек — Лены и Куты (ещё в XVI веке в том месте основали одно из первых русских поселений, известное под названием Усть-Кут), и как раз готовился захватить этот стратегически очень важный населённый пункт.
Операция прошла блестяще. С минимальными (для красных) потерями.
Именно поэтому её главного разработчика (и, что интересно, — непосредственного исполнителя) Даниила Евдокимовича Зверева, в прошлом — кадрового военного (поручика царской армии), решено было назначить командующим только что образованной Восточно-Сибирской Советской армии — была некогда и такая.