Дамский соблазн (СИ)
«К сожалению, — подумала Оля, пока с ее глаз потоком текли горячие слезы обиды, — пока только перед одним единственным я так обольстительно и с такой радостью расставляла ноги! Но я это исправлю, как только выйду замуж за Люсьена».
Она вырвалась из мужских объятий, выпрыгнув с кровати, и быстро стала собирать свои разбросанные вещи по комнате. Коля с интересом стал наблюдать за действиями девушки, не понимая, что на нее нашло. Надев все принадлежности нижнего белья, которые Оля нашла на полу, она покинула комнату, где провела такие сладкие мгновения любви и наслаждения. Слезы застилали ей взгляд, поэтому она никак не могла найти платье. Возле входной двери девушка заметила белую ткань. Так, именно здесь Коля стянул с нее ее платье, и она ему это позволила еще и с таким удовольствием. Натянув на себя его, она стала искать вторую босоножку, которую так и не смогла найти по дороге сюда. Однако, прекратила поиски так, как заметила в коридоре мужчину, который вышел из спальни, в чем мать родила. Взглянув в последний раз на такое притягательное и соблазнительное тело и лицо Горского, она поняла, почему он себя называл Дамским Обольстителем. Оля, открыв дверь, так и выбежала в одной босоножке, потому что больше не в силах было ей видеть его, чтобы продолжать поиски пропавшей обуви. И как Золушка в одной хрустальной туфельке, Оля убежала от своего «принца на белом коне» с одной босой ногою.
49
Невская добралась до своей квартиры в одной босоножке, чувствуя себя частично, то Золушкой, которая потеряла туфельку, когда та убегала от своего принца на белом коне, а частично — Поляковой, в которой шлепали шлепки и тапки, когда та убегала от своего суженого-ряженого без оглядки. Хотя на самом деле она была королевой ночи, которая однажды так хорошо оторвалась в ночном клубе, что на утро совершенно забыла о том, как сунула в трусы Дамскому Обольстителю крупную купюру за частный стриптиз!
— Оленька, у вас так все плохо, что у вас нету достаточно финансовых средств, чтобы приобрести себе вторую туфлю?! — услышала Невская голос своего надоедливого соседа, который не давал ей прохода, и которому однажды так повезло, что получил возможность — лицезреть ее обнаженное тело наяву, а не только в своих эротических фантазиях.
— Нет, — ответила Невская, не имея вообще никакого желания сейчас болтать с кем-то, тем более с этим типом, который стал свидетелем ее позора. — Я просто потеряла свою туфлю.
— Как Золушка?!
— Да, как Золушка, — согласилась Оля, засунув ключ в замок. — Только та потеряла туфельку возле дворца, а я — во дворце, а если быть точнее — то где-то в постели самого принца, наверное.
Сосед открыл широко глаза от удивления и от правдивости своей волшебной соседки.
— Разве не видно по моим растрепанным волосам и неопрятному платью, что я валялась с волшебным принцем где-то на королевских перинах?!
Не получив ответа на свою смешную реплику, Оля открыла дверь, и не попрощавшись с удивленным мужчиной, закрыла за собой дверь. Слезы немедленно хлынули с ее глаз таким потоком, что мог снести все на своем пути. Она присела прямо у двери, опершись о них. Проплакав так где-то с десять минут, она вспомнила о девочке, которая лежала сейчас в больнице. Поэтому собравшись с силами, она заставила себя встать и прекратить плакать. Ей надо было быть сейчас там у Зоиньки. Может и Невской не хотелось идти в клинику, где она непременно увидит Колю, однако должна была, потому что она волновалась страшно за маленькую пациентку. Хотя сейчас у нее было одно единственное желание — броситься в постель и плакать, пока она не выплачет всю боль, которая душила ее изнутри, но она не могла позволить себе этой роскоши в такое время. Поэтому она быстро пошла в ванную комнату, приняла быстро прохладный душ, который ее взбодрил и она стала трезво мыслить и действовать. Переодевшись, она заварила себе ароматного и крепкого кофе, на ходу его выпила и обувалась.
В больнице Оля узнала от медсестры, что девочка до сих пор была в реанимационном отделении. Колю Невская не встретила, к ее большому счастью. Правда то, что она его не встретила здесь, стало ее волновать еще сильнее, чем его присутствие здесь. И отсутствие Лидии Михайловны также смутило ее. Она ведь же вчера наотрез отказалась покидать больницу, а здесь ее не было видно: ни в коридоре, ни возле больницы.
«Что заставило женщину покинуть свой пост? — думала Оля, все сильнее волнуясь и накручивая себя все больше и больше. — И почему Коли тоже нет?»
Спросить у медсестры, где делась госпожа Горская, она забыла сразу, когда у нее была такая возможность, а потом девушка никак не могла ее найти, поэтому и решила поехать в свое кафе, чтобы позавтракать и проверить заодно, как там шли дела.
— Как вы справляетесь без меня, Сережа? — спросила Оля своего помощника, когда хлебала горячий супчик, принесенный ей Мариной.
— Мы прекрасно без вас справляемся, Ольга Павловна, — ответил Панчо, даже не заметив, что такой правдивым ответом очень огорчил хозяйку. — Вы можете не волноваться и спокойно отправляться снова по своим делам. У меня все под контролем.
— Рада такое слышать, — ответила Оля весело, хотя на самом деле на душе скребли кошки, и она совсем не рада была это слышать, чувствуя, что она здесь не нужна, и без нее здесь хорошо справляются. — А как обстоит дело с тем облитым супом недовольным клиентом? Уже назначили дату судебного процесса?
— Еще нет, — ответил Панчо. — Вы не волнуйтесь по этому поводу. Я вам сразу сообщу об этом, когда будет об этом известно.
— Оля, я так рад, что тебя застал здесь, — услышала Невская голос Люсьена.
Девушка подняла голову и посмотрела на своего жениха. Панчо понял, что был сейчас здесь лишним, поэтому поспешил оставить влюбленную пару наедине.
— Я долго размышлял над тем, что узнал тогда от того типа, — начал Люсьен, сев напротив девушки.
— Я… прости меня…, - поспешила Оля себя оправдать, — но я ничего не помню из того, что тогда так красиво и живописно говорил Горский.
— Оля, дай мне сказать, — попросил мужчина не перебивать его. — Я тебе изменил с другою, ты мне изменила с другим. Мы — квиты! Давай начнем все с начала. Я тебя очень люблю, поэтому готов забыть об этом и простить тебя. Кроме того поскольку мы еще с тобой не…. были вместе…. ну, я имею в виду… не спали вместе. Так сказать мы как бы и не изменяли друг другу, потому что… Ну, ты понимаешь? Однако после свадьбы все будет по-другому. Мы будем тогда мужчиной и женщиной перед Богом и людьми, поэтому только тогда…. будет важна по-настоящему измена одного из нас, если, не дай Бог, такое случится с нами в будущем.
Невская сидела и внимательно рассматривала Люсьена Перье. Он все-таки был идеальным мужчиной. Она ему изменила, а он ее даже словом не обидел и не обозвал.
50
— Your passport, sir, — попросил Горского работник в строгой форме после того, как он положил на конвейер свой чемодан и прошел через ворота металлоискателя.
— Here you are, sir, — ответил вежливо Коля, протянув в руке свой документ, который мог засвидетельствовать его персону.
Работник взял паспорт Горского и стал внимательно его изучать, время от времени поглядывая на него, проверяя, похож ли он с собой на фотографии. Для Коли чрезвычайно важным было попасть в Лондон, потому что эта поездка должна была определить дальнейшее его жизненное направление. Или он дальше продолжает трясти своими ягодицами перед богатыми фифами или он станет заниматься тем, чего его души хочется. А главное — он сможет отдать деньги этой капризной дочери Павла Федоровича Невского за ее такую щедрую благотворительность, которую она предоставила его дочери. Он так себе и представлял, как бросает ей на стол деньги с гордо поднятой головой, а еще много раз прокручивал в голове тот момент, когда она на него смотрит свысока и с надутыми губами. «Они у нее точно искусственные! — размышлял над этим Коля. — Получила, наверное, на свое шестнадцатилетие, как подарочек от богатого папочки для капризной дочурки!» Потому что таких соблазнительных губок ему еще никогда не приходилось видеть и целовать. А они у нее уже были тогда такими красивыми и соблазнительными, когда они впервые встретились в Ялте. Правда, сейчас они у нее стали еще больше, наверное, ложилась и не раз на коррекцию в пластическую клинику, чтобы достичь такой неотразимости. А еще сейчас она научилась их так обольстительно открывать, что каждому мужчине, который ее впервые видит — в голову приходит только одна мысль, как бы прикоснуться к этим сладким, розовым губкам.