Дамский соблазн (СИ)

— Ну, чего ты искажает мои слова?
— Ничего я не передергиваю. Это вы мужчины вечно все перекручиваете. Вы бы мечтали надеть на нас в паранджу и закрыть за семью замками, чтобы никто больше не мог смотреть на вашу собственность. Но при этом требуете от вашей собственности быть сексуально раскрепощенными и умелыми в супружеской постели, как профессиональные проститутки! А скажи мне, на милость, откуда нам такими быть? Если вы нам запрещаете смотреть порнуху, ходить на стриптиз, читать всякую поучительную литературу, на подобии «Камасутры»! И наоборот, требуете от нас одеваться, как серые мышки в паранджу и при этом в этих балахонах еще выглядеть сексуальными и соблазнительными, чтобы у вас на нас вставал кто-то в ваших брюках!
Люсьен сидел молча с открытым ртом и слушал свою невесту, от которой он не ожидал таких смелых слов. Однако он с ней был полностью согласен.
— Оля, ты права, — согласился он, чего не ожидала девушка, из-за чего у нее широко открылись глаза от удивления.
— Права?! Ты со мной согласен? С тем всем, что я только, что наплела?
— Да. Но у меня есть оправдание всем моим желанием, — пояснил Люсьен. — Я тебя очень люблю! И готов это все сделать, потому что я тебя ревную к каждому столбу. Мне кажется, что все мужчины вокруг только и делают, что пялятся на твою задницу, когда ты носишь узенькие и коротюсенькие платьица, которые ничего не скрывают от их голодных взглядов! И я знаю, что они чувствуют, когда видят такую манящую попку, за которую хочется ухватиться ладонями…
— Люсьен, не будь таким похабным! — рассердилась Оля.
Мужчина положил руку на ногу девушки, поглаживая ее, и медленно придвигая ее от колена до…
— Руку убери! — выкрикнула Оля, ударив жениха по руке, которая уже была между ее ногами, из-за чего ей пришлось сжать их, чтобы он не смог добраться до самого чувствительного места ее тела.
— Ну, давай немного поиграем, — стал просить Люсьен. — Ты такая сладкая кошечка. Давай я тебя немного поглажу там, а ты меня здесь, — стал он просить обольстительно, указав рукой на то, что находилось ниже его пояса.
— Прекрати, Люсьен! Ты хочешь, чтобы свадьбы вообще не было?
— Хорошо, хорошо, — согласился быстро мужчина, подняв руки вверх, таким жестом показывая, что сдается на ее милость. — Пусть будет по-твоему. После свадьбы — так после свадьбы! Тогда давай справим ее как можно скорее, дорогая. Давай, на этой неделе.
— Через месяц, — четко и уверенно сказала Оля свое последнее слово, с которым пришлось Люсьену считаться, и согласиться с требованием невесты. — И не днем раньше.
  
36
 
Люсьен, сжав зубы, взял себя в руки. Ну, не в том смысле, чтобы взяться за свою мужскую гордость. А в другом. А если точнее, ему бы очень хотелось, чтобы Оля взялась своими ручками за причину его страданий, и облегчила его муки. Ведь Невская была такой правильной, что ему ничего не светило с ней вплоть до свадьбы. И ему не привыкать к такому. Это уже не первый раз ему было настолько плохо, что хотелось карабкаться на потолок от телесных желаний. Но он себя утешал, что в первую брачную ночь он оторвется по полной программе. Эта красотка, которой была Оля, стоила того, чтобы на нее столько ждать. И скоро он получит то, чего так давно желает от нее.
Он размышлял над тем, какой будет Оля в постели: скромной или ненасытной? И Люсьен больше склонялся ко второму, потому что с такими формами, которыми владела эта королева соблазна, невозможно быть другой. Она выглядела такой соблазнительной искусительницей, можно даже сказать блудницей, в том красном платье, в котором он ее впервые увидел, что первой его мыслью, которая возникла в отношении нее в голове — было желание содрать с нее ее тот наряд «проститутки» и заняться с ней любовью прямо там, на столе, в кабинете ее отца, при том, что сам Павел Федорович находился в кресле, за тем же столом. «И еще удивляется, что я хочу одеть ее в паранджу! — сердился Люсьен. — Конечно, мне не хочется, чтобы другие мужики пялились на нее. Я-то знаю, о чем они все мечтают, когда видят ее в таком виде».
 
— А Люси также прилетела с моим отцом? — услышал он голос невесты, поэтому вынужден был снова обратить на нее внимание, хотя ему хотелось на нее вообще не смотреть, чтобы не соблазняться ее формами.
— Да, — ответил он неохотно. — Но они, кажется, с Павлом Федоровичем поссорились. Ты же знаешь Люсинду. Она — полная моя копия не только снаружи, но и внутри. Очень ревнивая! Стоит только, чтобы Павел Федорович кому-то улыбнулся, и она уже себе невесть, что представляет. Будь-то старая бабка или даже мужчина. Она и здесь нафантазирует грандиозную измену!
— Люсьен, почему ты величаешь моего отца так официально? Ты же знаешь, как он этого не любит. Тем более теперь, когда твоя сестра скоро станет его женой. А ведь вы ровесники.
— Близнецы, — уточнил мужчина так, будто его невеста этого еще не знала. — И мне почему-то кажется, что свадьбы не будет, судя по ее встревоженному и разъяренному голосу, когда она мне звонила в прошлый раз. Она готова была порвать твоего отца на мелкие кусочки. Фурия, одним словом! Бесполезно, что она перекрасилась в другой цвет. Суть свою не спрячешь под слоем краски для волос. Если ты родилась рыжею лисой, то никогда не станешь белым пушистым зайчиком. Я ей об этом миллион раз утверждал. Кстати, я так тебе ничего и не сказал об изменении твоего имиджа. Блондинкой тебе лучше, чем брюнеткой.
— Спасибо, — поблагодарила Оля жениха. — Я рада, что тебе нравится. Мне также страшно нравится мой новый цвет волос.
— Да и кудри тебе к лицу.
— Наконец-то не придется выравнивать волосы каждое утро или портить их ламинированием.
— Это твои природные кудри? — удивился Люсьен.
— Представь себе такое!
— Классно! Тебе так намного лучше, дорогая. С черными волосами ты выглядела старше на десять добрых лет. А теперь ты выглядишь школьницей!
— Спасибо. Мне приятно.
— Теперь я начинаю волноваться. Как я буду выглядеть рядом с тобой? В свои тридцать я выгляжу старше на шесть, а то и семь лет. А теперь рядом с такой девчонкой, которой ты стала, буду похожим на твоего отца.
— Не преувеличивай, Люсьен. Ты только в костюмах выглядишь старше, а когда надеваешь джинсы и обычную футболку, то — прямо студент-старшекурсник! Кроме того, в костюмах и с галстуком ты — такой импозантный мужчина! — призывно сказала Оля, рассматривая жениха оценивающим взглядом.
— Убедила, дорогая, — спокойно и радостно ответил Люсьен, когда заметил искорки в глазах невесты. — Теперь я постоянно буду носить костюмы.
— Люсьен, посмотри, что за пожарище? — спросила Оля внезапно, показывая рукой куда-то в окно.
Он посмотрел на то место, куда указывала рука девушки. Две минуты внимательно разглядывая почерневший дом от недавнего пожара, он, понизив плечами, ответил, что не в курсе.
— Что это за дом? Я почему-то не помню, чтобы здесь это видела. Когда произошел пожар?
— А ты вспомни, как давно ты здесь была в последний раз. Ты переехала на собственную квартиру уже больше года назад.
— Точно, — согласилась она, выходя из машины. За ней последовал и Люсьен. — Я не наведывалась в родительский дом уже больше полугода.
— Ну, видишь, за это время здесь могло многое случиться.
— А я вспомнила, — сказала Оля, подойдя ближе к забору. — Папа говорил как-то о страшном пожаре, который произошел в нашем районе. Правда, я не обратила тогда внимания на то. Так, пропустила мимо ушей.
 
— Какое ужас! — тяжело вздохнул Люсьен, разглядывая черные остатки того, что некогда было красивым домом. — И это когда-то был дом! И здесь жили люди!
— Как страшно, Люсьен, — тихо сказала Оля, на глазах которой уже выступили слезы. — Ты себе представляешь, что чувствовали хозяева, когда вернулись домой и перед их глазами стоит эта жуткая и страшная картина.