Тест на верность (СИ)

– Нет, мам. Ну куда мне? Я скоро лопну. И к тому же мне уже пора на занятия в автошколу.
– Молодец. Горжусь тобой, доченька. Я всю жизнь мечтала научиться водить, купить машину, но как-то не сложилось. А ты у меня умница, красавица.
– Мам, я сейчас расплачусь от умиления.
– А что я неправду говорю? Правда же. Тебе досталось всё то, о чём я только могла мечтать. И муж у тебя замечательный человек, такой хороший. Он не обижает тебя, Дан?
– Нет, – улыбаюсь. – Эрик с меня пылинки сдувает, ты же знаешь, мам.
От искренней улыбки в уголках материнских глаз собираются мелкие морщинки. Обняв меня на прощание, мама долго не хочет разжимать кольцо рук не отпуская.
– Мам, мне пора. На выходных ещё приеду, – обещаю маме, хотя хочется совсем другое. Хочется забрать маму с собой, чтоб жила в одном доме со своей дочерью и внуком, но она, сколько бы ей ни предлагала переехать, всегда отказывается.
***
Утопив педаль тормоза в пол, жду когда машина остановится.
Чёрт. После остановки учебный автомобиль нехило дёргается и мотор глохнет.
– Рано бросила сцепление, – замечает мой автоинструктор.
Пожимаю плечами в ответ. Я старалась, но что-то пошло не так.
Достав из бардачка блокнот, мужчина спрашивает на какое число меня записать. Договариваемся о следующем занятии через несколько дней, прощаемся, пожелав друг другу хорошего вечера.
Выйдя из машины, полной грудью вдыхаю воздух, ощущая в теле усталость. Сегодня был тяжёлый день: работа, поездка к маме, лекция в автошколе, а затем и практическое занятие. На часах уже начало девятого, не удивительно, что глаза сонно слипаются.
В списке исходящих звонков нахожу номер мужа, звоню ему. Узнав, как у них с сыном дела, спрашиваю, что купить домой. Планирую скупиться в магазине и вызвать такси – живём мы за городом, общественный транспорт в такое время в наш посёлок уже не ездит. Эрик мог бы встретить меня на машине, но я не захотела, чтоб он тревожил нашего Тёму, сыну после школы тоже нужно отдыхать.
– Тебя Андрей заберёт с автошколы. Набери его, он уже должен был подъехать, – говорит муж, немного шокируя, но виду я не подаю.
– Ну ок, ладно.
Оглядываюсь. В паре десятков метров от учебного автомобиля припаркована иномарка с включёнными фарами. Щурясь, узнаю в опёршемся бёдрами на капот мужчине Теплинского. Иду ему навстречу.
Свет уличного фонаря хорошо освещает местность, нетрудно разглядеть улыбку, подрагивающую на губах Андрея. Одетый в кожанку на распашку и светлые джинсы, Андрей очень отличается от моего мужа. Эрик предпочитает в одежде классический деловой стиль: брюки, рубашки, галстуки. Теплинский же, сколько его знаю, всегда выделялся на фоне Гофмана какой-то небрежностью в стиле. Кроссовки, джинсы, футболки – всё то, что предпочитают парни лет двадцати.
Сжимая ручку сумки до побеления пальцев, приближаюсь к Андрею шаг за шагом. Волнительно. После дня рождения Эрика моё отношение к его другу изменилось, былая раскрепощённость и непринуждённость исчезли. Гофман постарался, фантазируя и приписывая то, чего нет. Раньше я никогда не рассматривала Теплинского как потенциального любовника, да что там рассматривала, он меня как мужчина особо никогда не привлекал – не мой типаж. Андрей – набор всего того, что я не люблю: начиная от внешности и огромного тату на всю правую руку, заканчивая мягким характером. Человек он хороший, да. Друг безотказный и верный, но на этом всё.
Да и вообще, надо выбросить из головы пьяный бред мужа, но как-то не выходит. Целый день я не перестаю вспоминать все слова, что сказал мне Гофман, и думать об Андрее.
– Привет, давно ждёшь? – стараюсь придать своему тону обыденности.
– Недавно подъехал. Видел, как ты парковалась. Рано бросила сцепление, Дана, – замечает Андрей, а у меня от низкого тембра его голоса на коже появляются мурашки.
– Да, я уже знаю. Автоинструктор об этом сказал.
Докурив сигарету и выбросив её в ближайшей урне, Теплинский спешит открыть для меня дверь в своей машине.
– Спасибо, – поблагодарив, забираюсь в салон бумера, жду, когда Андрей сядет за руль, и прошу его по пути домой завести меня в супермаркет.
 
В салоне бумера пахнет спелой черешней. Этот ароматизатор я подарила Теплинскому на день автолюбителя, с тех пор прошло достаточно времени, но ароматизатор висит на зеркале на лобовом стекле, будто даже не собирается заканчиваться. Возможно, Андрею он просто понравился, поэтому покупает его снова и снова. Не знаю почему, но я начинаю загоняться. Ему нравится то, что подарила я, это что-то значит или же всё-таки Гофману удалось зацепить меня фразой: “Тебе он тоже нравится”?
Нет, абсолютно точно к Теплинскому я ничего не испытываю, но в душе что-то царапает, задевает за живое. Меньше всего мне хочется разлада в наших с Эриком отношениях, поэтому нужно заставить себя жить, как раньше, и сделать вид, что того дурацкого, провокационного разговора никогда не было.
– Этот супермаркет подойдёт? – обращается ко мне Андрей, когда на горизонте появляется “Ашан”.
– Конечно, – ответив, с трудом дожидаюсь остановки бумера. Андрей так близко сейчас, что я чувствую запах его одеколона после бритья и едва улавливаю аромат мятной жевательной резинки.
Из бумера выхожу в спешке и с удивлением обнаруживаю, что Андрей идёт следом. Решил тоже скупиться? Ну ок, наверное, ему тоже нужны продукты. И это совсем ничего не значит, ведь так?
  
4. "Давно непорядочный"
 
Андрей
Рассекая ряды супермаркета, иду следом за Даной. Взгляд аккурат припечатывается к её упругим ягодицам, обтянутые чёрной юбкой. Глазами по стройным ногам вверх-вниз блуждаю. Не могу заставить себя остановиться, перестать пялиться так открыто. Но если запрещено трогать, поглазеть-то, хоть можно?
Богдана выруливает на ряд с овощами, взвешивает продукты, клеит ценник на пакеты. Стою немного поодаль, чтоб не спугнуть своей близостью. Мне показалось или она стала относиться ко мне с осторожностью?
Слова друга не дают покоя. И я всё больше начинаю сомневаться: а дружба ли у нас, или всё-таки взаимная выгода? Кто в здравом уме предложит собственную жену? Я бы точно глотку перегрыз любому желающему приблизиться к моей женщине, а Эрик собственноручно толкает Дану ко мне.
Чтобы что потом?
Развестись и забрать сына, лишив материнских прав?
Не хочется думать, что Эрик – такая подлая скотина, столько лет ведь дружим, ничего раньше подобного за ним я не замечал. Но его предложение “устроить жене тест на измену” выводит меня из себя. Кулаки чешутся – так хочется врезать в “табло” Гофману, но лучше не надо. Спешка хороша при ловле блох, а здесь нужен иной подход.
Думай, Теплинский, думай!
Чем ты можешь помочь Дане?
Сказать ей прямо, что её муж полный неадекват и хочет забрать у неё сына? Так не поверит же. А если откажусь от роли героя-любовника, какая вероятность, что больной мозг Гофмана не найдёт мне замену? То-то же! Вероятность 99,9 процентов.
– Я уже всё, – обернувшись, Дана смотрит на банку собачьей тушёнки в моих руках. Бровью дёргает, мол, это всё зачем я припёрся в “Ашан”? – Вижу, ты уже тоже скупился.
– Типа того.
– Как лорд поживает?
– Да нормально. Не жалуется.
– Ты не обижаешь его? – щурится, словно пытается что-то прочесть в моём взгляде. Эм-м… мы сейчас серьёзно обсуждаем моего ротвейлера?
– Его обидишь. Ты видела эту тушу под шестьдесят килограмм? – глотаю ухмылку.
– Ну мало ли.
Разговор о собаке не продолжается. Не сговариваясь, направляемся к кассе, рассчитываемся за свои покупки. К корму заказываю у кассира пачку сигарет, на ленту выкладываю сникерс и молочную шоколадку с орехами.
– Давай пакет, – забираю у Даны пакет с продуктами, несу его до самой машины. Тяжёлый. Она реально такие носит на постоянной основе или воспользовалась случаем, что я подвёз на машине?
Вопросов у меня много, ответов – ни одного. Да и кто я собственно такой, чтоб в душу лезть со своими нравоучениями?