Б....д 2 (СИ)

Про конверт я вспомнил только минут через десять, когда в голове все как следует улежалось. Взял конверт со стола, аккуратно вскрыл его кинжалом, который всегда висел у меня на поясе, прочитал имя.Потом бросил бумажку на тарелку, и стал смотреть — что с ней будет. И не ошибся. Через минуту бумажка вспыхнула желтым, коптящим пламенем, и через несколько секунд от нее остались только хлопья пепла. Но я запомнил имя, которое мне вообще ничего не говорило. Может раньше я его и слышал, но…в памяти как-то не удержалось. Наверное, мотивации на то не имелось.
Желания сидеть в трактире больше не было. Хмель меня не берет, есть не хочу (кусок в глотку не лезет), так что пошел я, солнцем палимый…в общем — к Содие. Ну а куда еще? Думать буду. Крепко думать — как выкрутиться из ситуации.
Профессорши дома не было — ясное дело, на лекциях. Она же работает. Правда не понимаю — зачем ей это? Как-то спросил, когда лежал рядом с ней в постели, мол, на кой демон тебе это надо? Эти лекции, эти студенты — неужели тебе мало денег? Она только улыбнулась, поцеловала меня, сказала: «Дурачок! Что-то должно быть в жизни — кроме денег и удовольствий? Я же все-таки профессор магии!». Я понял это так, что она увлечена делом и хочет внести свой вклад в науку. Во все времена были такие…увлеченные люди. Которые иногда плохо заканчивали — например, убитые радиацией. Когда у тебя все есть — деньги, положение в обществе, чего еще надо? Одним — нужна власть. Другим — остаться в памяти людей своими научными достижениями. Конечно же второе лучше чем первое. Но я не тщеславен, как моя подруга, и мне хочется только покоя и достатка. И чтобы меня никто не трогал. Не мешал жить.
Остаток дня я тренировался, в чем мне помогал гном, мечтающий о том, чтобы взять надо мной верх хотя бы в чем-то. Например — в кулачном поединке. Это ему не удалось ни разу, хотя мы пробовали спарринг не раз, и не два. Я для него слишком быстр. У него могучие мышцы, но они не дают высокой скорости. Если знать, куда ударить — победа быстрого бойца над сильным все равно обеспечена. Единственный шанс у такого как Малокс — это поймать меня в захват, и применив грубую силу попросту раздавить, сломав мне энное число костей. Но кто бы ему позволил сделать такой захват? Если только привязать меня к столбу…
Содия пришла уставшая, чем-то расстроенная. Я пытался узнать у нее, что случилось, но она отмалчивалась и только отрицательно мотала головой. Мол, не твое дело, мои проблемы. Ну, я от нее и отстал. Я еще не решил — говорить ей о том, что ее приговорили, или нет. Может мне просто исчезнуть из ее дома, и тогда проблема снимется? Ведь все дело во мне! Это меня решили наказать, не ее! Она так…расходный материал. Что, кстати, очень странно. Чтобы фигуру такого масштаба просто-напросто «стереть»? Профессор магии, боевой маг, одна из заместителей главы гильдии магов — кто мог ее приговорить? Ответ напрашивался сам собой, и он мне очень не нравился.
Мы поужинали все вместе. Ирен молчала, отводила от меня взгляд, Малокс был хмур ( я ему врезал ногой в пах, и тем сильно разозлил), мальчишка как всегда молчал (золото, а не ребенок!), Содия хмурилась, я тоже был не в своей тарелке, так что ужин закончился быстро, и скоро все разошлись по своим комнатам. Я отправился за Содией (она не возражала, скорее даже обрадовалась), в спальне быстро раздел подругу догола, достала заранее приготовленную бутылочку с маслом и начал делать ей массаж. Я умею это делать, и очень даже хорошо умею. Научили. И кости вправлять умею. И вообще — мог бы работать и костоправом, и массажистом. Руки у меня сильные, пальцы ловкие — проминаю до самых костей.
Содию массажировать одно удовольствие. Фигура — просто отпадная! Смотришь, и насмотреться не можешь. Ее бы на картинку — в каждом СТО висел бы постер с цветным изображением магини. Оно ведь когда вставляешь болт в гайку, картинка с голой красоткой очень помогает процессу ремонта. Наверное. Но это не точно. Об этом лучше спросить у слесарей, ибо в каждом СТО обязательно на стене среди отпечатков испачканных черным машинным маслом пальцев имеется постер с такой вот красоткой. Только ей до Содии далеко хотя бы потом у, что у постерной красотки протезные силиконовые сиськи. У магини же с этим делом все просто замечательно. Ну, в высшей степени замечательно!
 
Содия только покряхтывала и постанывала, когда мои пальцы мяли ее длинные, упругие мышцы. Раскраснелась, порозовела…
Потом я погнал ее в душ, где как следует отмыл от масла, что тоже ей очень понравилось. И затащил в постель, где применил весь свой опыт обращения с женщинами и в том, и этом мирах. И вот когда она лежала расслабленная, успокаивая дыхание и глядя в потолок полузакрытыми глазами, я и начал разговор:
— Давай, рассказывай…что случилось? Чего ты пришла такая…как будто тебя пчелы накусали? Только не говори, что это не мое дело. Чую, без меня тут не обошлось!
— Да не причем тут ты! — Содия повернулась ко мне, и лицо ее стало злым, и…старше лет на десять, так оно исказилось. Тут же поправилась, улыбнулась — Прости. Ты тут ни причем. Глава Гильдии сказал, что кое-кто наверху недоволен моим поведением, что я недостаточно хороша для Академии, и что он требует убрать меня из заместителей Председателя. Сегодня мне объявили, что я больше не заместитель, а просто маг. 
— Каким поведением недовольны? Кто недоволен? — спросил я, чувствуя, как холодеет внутри.
— Ну…моим поведением. Не знаю — каким! — сказала Содия, и я увидел, как глаза ее дернулись.
— Врешь! — припечатал я ее — Ну-ка, давай! Не ври!
Содия вздохнула:
— Давай поговорим о другом. У меня для тебя есть очень, очень важная весть. С тобой хотят встретиться влиятельные люди. Очень влиятельные. Гораздо более влиятельные, чем я. Хмм…да что я говорю? Я теперь вообще — никто.
— И кто же эти люди? Можешь назвать имена? — спросил я, уже понимая, что снова вляпался в какую-то интригу. Да такую интригу, что выбраться из нее будет для меня задачей если и не совсем невыполнимой, но…очень и очень трудной.
— Завтра в полдень они приедут сюда — ладонь Содии погладила меня по груди и опустилась на живот — Давай сейчас не будем об этом. Оставим все на завтра.
— А об этом я подумаю завтра! — сказал я автоматически, вспомнив героиню одного известного романа. Содия кивнула, помедлила секунды две, а потом медленно и осторожно заползла на меня, накрыв своим упругим, горячим телом. И тут уже мне стало не до разговоров.
* * *
Это был мужчина лет сорока-пятидесяти, с проседью в волосах, спадающих до плеч. Очень дорогой бежевый камзол, годный для бала, или приема во дворце императора, украшенный золотой вышивкой и драгоценными каминями — видно, что для гостя Содии деньги уже давно не средство поддержания организма, а инструмент бизнеса и политики. У него слишком много денег, чтобы о них думать. 
Снова подумал: «Ну зачем, зачем это тебе?! И Содию втравил, мразь! А они ведь знают, все знают! Только идиот может думать, что от Императора что-то укроется. Эх, подруга, ты моя подруга…что мне делать? Или я, или ты — кому умереть? Мне что-то вот не хочется помирать…
А Кирия как сюда попала? Этой-то зачем? Из-за подружки? О господи…девки, да вы ополоумели! У вас все есть, живете, как сыр в масле катаетесь, зачем вам еще и ЭТО?!» 
— Мое имя Зердель, глава Клана Остард, Советник Императора. Я попросил госпожу Альфарец устроить нам встречу, господин Ольгард, и надеюсь, что все, что тут будет сказано, останется между нами. Если вы где-то скажете хоть слово — пострадает и госпожа Альфарец, и…все, кто есть в доме. Вы даете слово, что никому не скажете о том, что здесь будет произнесено?
— Нет — не задумываясь отвечаю я — Наше положение не равно. Вы пытаетесь меня во что-то втравить, и я должен дать слово, что никто об этом не узнает? Это неправильно.
— Ну, хорошо — мужчина нахмурился и оглянулся на свиту, состоящую из пяти мужчин — трое явно охранники — мужчины лет тридцати с хищными, жесткими лицами, обвешанные оружием и постоянно сканирующие взглядами обстановку в комнате, и двое мужиков постарше, со знаками магов на груди. Тоже телохранители, но эти — магические. Ну а чего…человек пришел в общество, где один настоящий убийца, двое других — боевые маги…