Экспансия: Эскалация. Том 4 (СИ)

Что ж, всё не так плохо, как можно было ожидать. Ядро, конечно, выглядело отвратительно, сейчас напоминая скорее раздавленный грецкий орех, чем привычный переливающийся шар. Но, кажется, трещины в нём постепенно затягиваются. По крайней мере, когда мы покинули лес, окружавший ковчег, оно выглядело куда хуже.
Что ж, трёхразовое питание, физические упражнения и гора кристаллов тримития быстро приведут меня в норму.
Что-то пробормотавшая во сне Настя заставила меня переключить внимание на неё, и тут меня ждал сюрприз. На этот раз, в кои-то веки, приятный.
Ядро девушки сформировалось окончательно. Было оно совсем маленькое, будто у только пробудившегося одарённого. Впрочем, по сути, это так и было, просто странно было видеть такое ядро у взрослого человека.
Открыв глаза, посмотрел на Настю и, стараясь не разбудить её, убрал локон волос, подающий на носик девушки и заставляющий морщиться во сне.
Удивительная штука — жизнь. Когда я первый раз увидел Анастасию, она показалась мне весьма высокомерной особой, с которой невозможно найти общий язык. А тут вон как оказалось. Слегка приблизившись, я нежно поцеловал девушку в лоб, отчего та, заёрзав, прижалась ко мне, закинув ногу сверху.
Девушка, видимо, перед тем, как лечь рядом скинула халатик, оставшись в одном белом топе с тонкими бретельками, под которым, очевидно, не было лифчика. Впрочем, я на это жаловаться не собирался. Приглушённый свет давал волю фантазии, заставляя воображение работать на полную катушку.
Впрочем, стоило мне только прикоснуться к щеке девушки, как она открыла глаза. Вроде люди говорят что-то про искру, что проскакивает между мужчиной и женщиной. Думаю, в тот момент мы могли бы запитать Исаевск и Торре вместе взятые.
Она молча вытянула руки, обвивая мою шею, и мы поцеловались. Но уже со страстью. Дикой и животной. И простыми поцелуями мы уже не обойдёмся.
* * *
Там же.
Некоторое время спустя.
— Знаешь, это сомнительный комплимент мужчине, когда девушка плачет после секса с ним, — прошептал я на ушко девушки, усевшись позади неё и крепко прижимая к себе.
— Я не плачу, — повернула голову в мою сторону Настя, но я провёл пальцами по её щеке, ощущая капельки слёз. — Это не из-за вас.
— Ты прям в ударе. Думаешь о ком-то другом? — усмехнулся я, но, заметив, что девушка нахмурилась, повернул её к себе полностью, усадив на колени. — Согласен, глупая шутка. Рассказывай, что тебя так беспокоит?
— Вы… точнее, мы, — поджав губы произнесла Настя, собравшаяся, похоже, всё-таки расплакаться. — Я как-то сама, незаметно для самой себя перешла границу, разделяющую лёгкий флирт и влюблённость. Нет, не говорите ни слова, — девушка прижала ладошку к моим губам. — Это не признание в любви. Я прекрасно понимаю своё положение, и что не имею право рассчитывать на что-то серьёзное. Так что воспринимайте произошедшее не более чем слабость, которой мы оба поддались. Предлагаю сделать вид, что ничего не произошло.
— А моего мнения ты узнать не хочешь? — спросил я, когда девушка, буквально выпалив последние слова, выбралась из моих объятий и принялась одеваться.
— Думаю, тут всё очевидно…
Какие очевидные вещи хотела объяснить мне Настя, я узнать не успел. Стук в дверь, от которого та задребезжала и едва не вылетела, прервал девушку.
— Господин, патриарх, откройте, пожалуйста! — с удивительной смесью ярости, беспокойства, требовательности, почтения и радости прогрохотал снаружи голос Леонова.
— Мне кажется, стоит ему открыть, господин патриарх, иначе дверь долго не протянет. Так или иначе, он всё равно сюда попадёт, — затянув на голове хвост, произнесла Морозова и включила свет.
— Мы ещё поговорим, — покачав головой, сказал я девушке и, накинув халат, направился открывать дверь дорогому наставнику.
— Целый? — стоило мне только впустить Леонова в комнату, как тот меня смерил взглядом с ног до головы, а после посмотрел на Морозову, чьи покрасневшие глаза явно выглядели подозрительно.
 
— Жить будет, — ответила девушка, закончив собирать упаковки от лекарств в чемодан. — Игорь Владиславович, мне можно идти?
— Нет, — произнёс я, указывая ей и Леонову на свободные кресла. Сам же уселся на кровать. — Раз собрались, думаю, вам стоит узнать, где я был и что произошло.
— А как же Феррите? — удивлённо спросил наставник.
— Боюсь, некоторые вещи не стоит доверять даже близким соратника, — ответил я и начал рассказывать о неудавшейся охоте, вылившейся незаурядное приключение.
  
Глава 2
 
Торре
Перун
Комната Исаева
— Я правильно понимаю, что, отправившись на охоту, ты умудрился наткнуться на ковчег, «пролюбить» три БТРа, а после проникнуть внутрь судна и покопаться в его базах данных? — уточнил Леонов, когда я взял паузу, чтобы перевести дыхание да смочить горло.
Рассказ вышел каким-то долгим, а я, считай, только до середины добрался.
— Знаешь, если так сократить историю, то она будет совсем неинтересной, — чуть ли не залпом осушив огромный стакан, ответил я. — Впрочем, так оно и должно казаться со стороны. Считайте, выслушали официальную версию моей небольшой вылазки. Останется лишь добавить пару деталей и можно выпускать в свет.
— Пф-ф-ф, «небольшая вылазка». Да я из-за тебя чуть не поседел, паршивец ты малолетний. При всём уважении, господин патриарх, — произнёс Леонов, даже не потрудившись добавить в голос ни уважения, ни сожаления.
— Насть, ну хоть ты на него повлияй, — продолжил наставник, повернувшись к Морозовой. — Попробуй донести, что сейчас не время лишний раз рисковать!
— Ага, Игорю Владиславовичу попробуй что-нибудь запретить, как же, — постаралась как можно более нейтрально ответить девушка. Но Леонов, демонстративно изогнул бровь, и медленно перевёл взгляд сначала на измятую кровать, потом на меня и вновь вернулся к девушке.
Щёки Насти вспыхнули, но говорить она ничего не стала. Лишь мельком взглянула в мою сторону, но, когда я в ответ ей подмигнул, она что-то буркнула себе под нос и принялась ковыряться в стоящем перед ней на столике саквояже с лекарствами.
Скрывать наши зарождающиеся отношения, несмотря на слова Насти, я не собирался. А что до её слов насчёт мимолётной слабости, так я почему-то был полностью уверен, что это не более чем слова.
Впрочем, давить на неё я не собирался. Пускай для начала успокоится да придёт в себя, а после поговорим нормально. Так или иначе, отношения между нами, определённо, прежними не станут.
Интересно, она там, случаем, не для себя успокоительное ищет? А то вон как покраснела и тяжело задышала, чуть ли не с головой забравшись в сумку. Но это, скорее, не от стеснения, а от злости. Да уж, вот это скорость переключения настроения от милой зайки до бешеной фурии. Ладно, о прекрасном попозже, а пока к делам.
— Фёдор Иванович, и ты, и я прекрасно понимаем, что под домашний арест ты меня не посадишь, и я всё равно буду ввязываться во всякие авантюры. Тем более что для этого мне даже стараться не приходится, само как-то получается, — развёл я руками. — Ну а теперь пришло время самого интересного. Того, о чём знать никто посторонний не должен.
— Ферма? — уточнил Леонов, уловив самое главное в моём рассказе.
— Она самая, — я инстинктивно дёрнул плечами, вспоминая увиденное. — То, что я вам сейчас расскажу, не должно выйти за пределы этой комнаты. Парней, что были со мной, я уже проинструктировал. Но на тебе, Фёдор Иванович, теперь дополнительный контроль за ними. По крайней мере ближайшие три недели, пока я не придумаю, как максимально безопасно можно будет вернуться в ковчег.
— Игорь Владиславович, ну, может, хватит уже жути нагонять? — не выдержал-таки Леонов. — Что там такого страшного можно было увидеть?
— Насть, дай, пожалуйста, планшет, — попросил я девушку, которая успела достать из аптечки пару капсул и, не запивая, проглотила их. — Наверное, лучше увидеть, чем услышать, даже из первых уст.